ТАНТРА ЭТО НЕ РЕЛИГИЯ?

Иногда можно столкнуться с утверждением, что «Тантра это не религия». Особенно так любят говорить адепты неотантризма, чьей задачей является привлечь как можно больше людей (все равно каких, лишь бы деньги платили по твердому тарифу) на свои семинары и ретриты, массажи и бани. Однако нет ничего более далекого от реальности. Если мы возьмем любой словарь, то узнаем, что религия это мировоззрение, а также соответствующее поведение и специфические действия (культ), основанные на вере в существование Бога или богов. А если откроем любой священный текст индуистского тантризма (про буддийский тантризм пусть расскажут те, кто лучше знаком с этим феноменом), то там только и идет речь о различных божествах (Шива, Кали, Тара, Трипурасундари и т. д.) и их культе. По сути дела, львиную часть содержания этих текстов составляет описание различных практик поклонения индуистским божествам. Зато там нет совершенно ничего о «гармонизации семейных отношений», йони-хилинге, обнимашках, массажах и банях, обо всем том, что так любят нео- или, вернее сказать, псевдотантристы. Так, никакой массаж в текстах индуистского тантризма не упоминается ни разу, хотя индийцы были знакомы с массажем, на санскрите массаж это saṃvāhana. И кто теперь скажет, что «Тантра это не религия»? Может, лучше сказать, что «Тантра это не массаж».

КАКОВО ЧИСЛО ЧАКР?

Мы привыкли считать, что чакр всего семь, однако дело обстоит намного более сложным образом. В санскритских текстах нигде не говорится именно о семи чакрах. Такое известное сочинение, посвященное чакрам, как «Шат-чакра-нирупана» (глава из «Шри-Таттва-чинтамани» Пурнананды Гири, XVI в.), описывает шесть центров, и само слово ṣaṭ на санскрите значит именно «шесть». Седьмой центр, сахасрара, обычно «выносится за скобки» как находящийся вне тела. В других текстах и школах принято самое разное количество чакр. Прежде всего, отметим, что сами представления о чакрах возникли и развивались исторически на протяжении длительного времени. В «Йога-сутрах» Патанджали (II в. до н. э. – IV в. н. э.), древнейшем и авторитетном тексте по йоге, и в комментарии на «Йога-сутры» Вьясы (IV в. н. э.) упомянуты пупочная чакра, лотос сердца, центр в голове и на кончике носа, причем они служат местами для концентрации и никак иначе (например, они не связываются с поднятием кундалини). В более поздних текстах число чакр увеличивается, и появляются их более детальные описания. В Девибхагавата-пуране, которую я переводил, помимо шести общеизвестных чакр я встретил упоминания о кайласа-чакре и родхини-чакре, находящихся выще аджня-чакры (VII.35.46). В «Каула-джняна-нирнае» сказано, что существует восемь центров, которые остаются неназванными, и в этом же самом тексте упомянуты «лотосы» с 100, 10 миллионами, 15 миллионами, 30 миллионами и даже одним миллиардом лепестков. Шиваиты помещают над сахасрарой еще один центр, именуемый двадашанта, а в южноиндийской школе шривидья выделяется девять чакр, начиная с акулападмы. В 1958 г. в Кашмире была обнаружен манускрипт, содержащий описание двенадцати чакр. Вот их названия в нисходящем порядке: 1) бхрамара, 2) сахасрадала, 3) пурна-гири-питха, 4) аджня, 5) балават, 6) вишуддха, 7) анахата, 8) манас, 9) манипура, 10) кундалини, 11) свадхиштхана, 12) адхара. Называются расположение каждой чакры и количество лепестков. Наконец, тибетские буддисты весьма скромны в подсчете чакр, насчитывая всего пять таких центров: в макушке головы, горле, сердце, пупке и области гениталий. В других буддийских сочинениях сказано насчитывается четыре центра.
Чакры очень понравились западным любителям индийской мудрости и йоги. Подлинным создателем системы семи чакр является теософист Чарльз Ледбитер (1854–1934), который отдал предпочтение именно семи, потому что теософисты выделяли это число среди прочих священных чисел. Отсюда же теософистская концепция семи тел человека, хотя в индуизме речь идет только о пяти оболочках (kośa) или же трех телах (śarīra), но никогда – о семи. Начиная с Ледбитера чакры «обросли» на Западе массой собственных выдумок, измышлений и самодеятельных «практик», вроде «чакрового дыхания» или «прокачки» той или иной чакры. С отдельными чакрами стали связывать работу разных органов человеческого тела, особенности характера человека и его заболевания, чего мы совершенно не найдем в оригинальных индийских источниках.
 

Любимая книга моего детства. А вы какие книги читали в юные годы?😀

В пятницу, о Повелительница кулы, возлюбленную,
Отмеченную всеми благоприятными признаками, благосклонную, радующую сердце,
Из числа восьмерки акулы или восьмерки кулы, цветущую, призвав,
Очистившую тело омовеньем в масле, пусть ее усадит на сиденье.
Пусть знаток предписаний умастит ее благовониями, украсит цветами и обрядит в одежды
И то же проделает с собой, о Повелительница кулы.
Призвав в нее божество, пусть он поклоняется, совершая ньясу по порядку.
Воздав ей почести по порядку, приборы для курения, светильники, [включая] светильники кулы,
Преподнеся с мыслью о ней как о божестве, блюдами со вкусами шести видов,
Начиная с мяса, пусть ее с преданностью ублажает, о Богиня.
Лицезрея ее, пребывающую в улласе апогея зрелости, пусть повторяет мантру,
Сам обладающий молодой улласой и погруженный в ее созерцанье.
С неизменным умом тысячу восемь раз [совершенную]
Джапу предложив, пусть вместе с ней ночь проведет.
Кто три, пять, семь иль девять пятниц, дорогая,
Согласно этому предписанию совершает поклоненье, того заслуг не сосчитать.
Плод поклонения в четырех питхах он обретает, о Повелительница кулы,
И что бы не пожелало его сердце, то к нему приходит, без сомненья.

Куларнава-тантра 10.39–47

БХАЙРАВА ДЖАЯНТИ
 
Праздник Бхайрава Джаянти, известный также как Бхайрава Аштами и Калабхайрава Аштами, отмечается на восьмые лунные сутки темной половины месяца карттика. Бхайрава считается гневным проявлением Шивы и его явление обычно связывается с конфликтом Шивы с другими богами. Согласно одному из мифов, Шива обрел облик Бхайравы в наказание после того, как отрубил Брахме его пятую голову.
Бхайрава изображается с поясом из колокольчиков, с гирляндой из человеческих черепов, спутанными волосами и выступающими клыками, в его четырех руках – меч, трезубец, барабан и чаша. Ваханой Бхайравы является волк или собака.
На Бхайрава Джаянти верующие бодрствуют всю ночь, совершая поклонение Бхайраве и слушая сказания о нем. На полночь приходится арати. На утро, после омовения, поклоняются своим умершим предкам. Бхайраву особенно почитают ради обретения богатства, здоровья и избавления от препятствий.

Ты для меня как светоч ночью,
Как сон сладчайший наяву,
Как рай, увиденный воочью,
Ради Тебя творю, пишу, живу!

ЭТО СЛУЧИЛОСЬ ТРИДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД
 
Сегодня я отмечаю маленький личный юбилей: ровно тридцать лет назад я холодным ноябрьским вечером пришел в клуб «Гармония» на улице Задонского на собрание литературного клуба, где прочитал свои стихи и рассказал о себе. Там же я познакомился с писателем Олегом Каштановым и другими замечательными людьми. С этого момента, можно сказать, и началась моя общественная жизнь.  
Время тогда было крайне интересное, появилось много невиданных ранее культурных и религиозных течений, выходило огромное число книг. Помню книжные развалы на городском рынке, где я купил альманах «АУМ» (репринт эмигрантского издания). Тогда же я стал испытывать острый дефицит в общении и жаждал куда-нибудь «прорваться». Особенно меня привлекали рериховцы и кришнаиты. Что касается первых, то от знакомого журналиста Карема Садыкова услышал имя Каштанова и узнал его телефон.
Вскоре, помимо клуба «Гармония», я стал посещать мероприятия местного рериховского общества, прежде всего, университет «Орифламма» в историко-художественном музее. У Каштанова были широкие связи среди местной творческой интеллигенции, и на эти собрания приходило много музыкантов, поэтов, писателей, художников. Однажды и я со сцены прочитал свои стихи, это был мой первый опыт публичных выступлений. Большим событием в жизни Калининграда становились организуемые рериховским обществом выставки картин Николая и Святослава Рерихов. А однажды к нам приехал по-настоящему легендарный человек – художник-космист Борис Смирнов-Русецкий, лично знавший семью Рерихов. Все это было на порядок выше современных горе-эзотериков с их полной коммерциализацией, самопальными «духовными практиками» и соответствующим жаргоном («осознанность», «будь в потоке» и «оплата по сердцу»).
С тех пор много воды утекло, но то время и те встречи я вспоминаю с большой теплотой и особенно благодарен Олегу Каштанову.

Духом служения женщине проникнут соответствующий фрагмент в Гандхарва-тантре (36.17–47(1)). Сумев привлечь (ākṛṣyā, по-видимому, речь идет об использовании магии, как говорилось выше) прекрасную шакти, садхака усаживает ее на ложе из хлопка, слева ставит чашу, наполненную вином, а затем размещает оставшиеся три макары: мясо, рыбу и поджаренное зерно. После этого он ставит киноварью тилак на лбу шакти, украшает ее цветочными венками, душит благовониями, зажигает приборы для курения и светильники. Затем садхака совершает ньясу на тело шакти. Место от пупка до стоп ассоциируется с биджа-мантрой Вагбхава, от сердца до пупка – с Камараджей и от головы до сердца – с неуказанной биджей. Все тело шакти садхака созерцает как состоящее из всех мантр и видит в ней богиню Камешвари (kāmeśvarī, «владычицу желания»). Поместив ей руку на сердце, он сто восемь раз повторяет неназванную мантру. Снова и снова он пьет вино, которое было очищено мантрой и которое прежде отпила шакти. Также пара вкушает мясо. Опьяненный и обнаженный садхака раздевает шакти. Созерцая треугольник ее лона, он вспоминает три биджи и сам себе ощущает божеством. При этом уста шакти уподобляются Пурначандре, груди – Джаландхаре, бедра – Камарупе (речь идет о самых святых для шактистов местах паломничества). Затем он обнимает и целует свою шакти и соединяется с ней. Совершая этот ритуал, мужчина становится Камешварой («владыкой желания»).

Из книги: Женщина в индуистской Тантре

На фото: скульптуры IX–X вв. (Музея штата Ассам, Гувахати)