ПРОСТО КРИШНА, НЕ «ГОСПОДЬ» 😊   
 
Честно говоря, мне всегда резало слух бесконечное именование индуистских божеств «Господами». В санскритских текстах, которыми я занимаюсь уже почти три десятилетия, нет, например, никаких «Господа Шивы», «Господа Кришны», есть просто Шива и Кришна, и простое обозначение по имени говорит об отношениях теплой близости между человеком и богом. Разумеется, в санскритской литературе у каждого бога имеется немало имен и эпитетов, но они никогда не образуют устойчивых словосочетаний и запросто могут заменять друг друга.
«Господь Шива» и «Господь Кришна» в языке русскоязычных почитателей индуизма являются простой калькой с английского «Lord Shiva» и «Lord Krishna». В свою очередь, это является продуктом христианского влияния. Словом «Господь» на русский язык принять передавать греческое слово Κύριος «кюриос», которое служит обычным наименованием Бога в Септуагинте – сборнике переводов Ветхого Завета на греческий язык и в Новом Завете. На английский это же слово переводится как «Lord». Отсюда происходят знакомые нам «Господь Саваоф» (букв. «Господь воинств») и «Господь Иисус Христос».  
Непонятно, кто первым стал «лордить» из индусов, говоря о своих богах. По крайней мере, в англоязычных текстах XIX в. никаких «Lord Shiva» еще не встречается. Но, в любом случае, проникновение подобных словосочетаний в религиозный язык индуизма стало продуктом воздействия совершенно иной духовной традиции в условиях британского колониального господства. К этому же добавилось и то, что слово «lord» является титулом высшего британского дворянства. Но в индуизме взаимоотношения между человеком и почитаемым им божеством совершенно иные, чем в христианстве. Верующий может воспринимать почитаемое им божество не только как повелителя, восседающего на небесах, но и как своего друга, ребенка и даже как возлюбленного. Чего общего у проказливого мальчишки Кришны с библейским «Ветхим денми» или надменным и холодным английским аристократом? Поэтому и бесконечное «лординье» кажется мне не только неблагозвучным, но и совершенно не соответствующим духу индуистской традиции.

НОВЫЙ ГОД У ВЕДИЙСКИХ АРИЕВ

Приближается «самый любимый праздник миллионов» – Новый год, так что самое время поговорить о том, как отмечали этот праздник арии времен Ригведы. Ведийский Новый год был приурочен к зимнему солнцестоянию, то есть отстоит совсем недалеко от того, которым нам хорошо знаком  Заметим, что восприятие времени у древних людей носило циклический характер, и все события представлялись не как отметины на однонаправленной линии истории, а скорее как точки на ободе колеса, как бесконечное воспроизведение архаических прецендентов. Так и Новый год составлял важнейшую веху, когда в момент завершения годового цикла вновь, как в незапамятно далекие времена, воцарялось первобытное хаотическое состояние, и возникала необходимость в новом акте творения мира. Поэтому арии устраивали на Новый год особые ритуалы, призванные помочь силам божественного порядка одолеть хаос. На языке Ригведы это называлось «битвой за свет Солнца» (svārṣati-). Зажигались жертвенные костры, совершались возлияния, возносились гимны богам, а еще устраивались ритуальные состязания. ( Окончание следует)

Ведийские арии вообще любили состязаться, и эта агональность (любовь к разного рода соревнованиям) роднит их с древними греками и в тоже время отличает от позднейших индийцев, у которых не могло возникнуть чего-то напоминающего Олимпийские игры. Так, устраивался ритуальный поединок арии (вайшьи) и шудры: они боролись на белом куске кожи, представляющим Солнце. Затем, проходили гонки колесниц. Но наибольшее значение в ритуальном плане играли словесные поединки жрецов-поэтов, проходившие в виде вопросов и ответов, имевших форму космогонических закладок brahmodya. Примером служат строки из гимна I.164.34–35:
Я спрашиваю тебя о крайней границе земли.
Я спрашиваю, где пуп мироздания.
Я спрашиваю тебя о семени племенного жеребца.
Я спрашиваю о высшем небе речи.
Этот алтарь – крайняя граница земли.
Это жертвоприношение – пуп мироздания.
Этот сома – семя племенного жеребца.
Брахман этот – высшее небо речи.
Для жрецов-поэтов победа в таком поединке служила подтверждением знания ими сокровенных тайн мироздания. Согласно гипотезе Хиллебрандта и Кёйпера, древнейшее ядро Ригведы составили как раз гимны, предназначенные для новогодних состязаний, а равно и гимны богине зари Ушас, где воспевается не просто начало нового дня, но первая заря Нового года («тьму изгоняя, она сотворила свет»), несущая жизненные блага – богатство, долголетие и потомство – во вновь устроенной вселенной.

Если бы я не стал индологом, то мог бы стать античником. В детстве я зачитывался не только популярными переложениями древнегреческих мифов и перерисовывал изображения богов и богинь, но и обожал «Илиаду» в переводе Гнедича. А еще мне в университете нравилась латынь, и у меня списывала вся группа 😊 Жаль, что я учил ее всего один год и я не продолжил заниматься дальше. Наверное, учиться в старой классической гимназии мне бы понравилось. Античность это одна из исторических эпох, которые откликаются мне. Мои любимые авторы: Геродот, Фукидид, Страбон, Тацит. Геродот всегда импонировал фразой, что для каждого народа самые лучшие обычаи это его собственные. У Фукидида особенно нравилось описание трагически закончившейся сицилийской экспедиции афинян. Страбон запечатлел переливающийся разноцветными красками мир, давно утраченный нами. Тацит интересен яркими картинами из эпохи принципата, а в «Германии» он создал ставшее классическим противопоставление дряхлеющей цивилизации и здорового и сурового варварства. Фото из ГМИИ имени Пушкина, где в изобилии представлены гипсовые копии различных известных памятников античности и Ренессанса.