АМАЗОНКИ В ИНДИИ
Легенды об амазонках, популярные среди древних греков, были, по-видимому, связаны с реальной практикой участия женщин в военных походах у народов, живших на окраине греческой ойкумены, в частности, у сарматов. Однако женщины-воительницы присутствовали и в истории Индии. Ранее я уже писал о легендарной Стрираджье – «царстве женщин». Однако имеются и более точные исторические свидетельства. Грек Мегасфен (IV–III вв.), который по поручению эллнистического правителя Селевка I Никатора посетил с дипломатическим заданием двор основателя династии Маурьев Чандрагупты в городе Паталипутра, сообщает, что этот индийский царь на охоту «выступает в окружении женщин, а вне круга женщин идут копьеносцы. С обеих сторон путь процессии огражден веревками. Тому, кто зайдет за веревку к женщинам, грозит смерть. Впереди идут барабанщики и несущие колокольчики. Царь охотится в огороженном пространстве, стреляя из лука с помоста (рядом с ним стоят 2 или 3 вооруженные женщины), а в неогороженных местах царь охотится со слона. Женщины же следуют за ним одни на колесницах, другие – на конях, третьи – на слонах со всякого рода оружием, подобно тому как они выступают с царем в поход». А еще ранее греки были поражены тем, с какой яростью женщины некоторых племен Панджаба плечом к плечу со своими мужьями сражаются против войска Александра Македонского. В произведениях индийской драматургии, относящихся к более позднему периоду, охрану гаремов правителей несут не евнухи, а вооруженные гречанки. В могольский период выезд знатных дам из гарема также сопровождался эскортом из вооруженных саблями и луками стражниц, происходящих из племен, где женщины не соблюдали обычай затворничества.
Образ женщин – воительниц и охотниц – настолько покорил сердца индийских мужчин, что мы его нередко встречаем в индийской живописи уже позднего средневековья. Иногда это картины явно в духе эротических фантазий, когда обнаженная женщина стреляет из мушкета или лука в тигра, одновременно наслаждаясь любовью с мужчиной.
Впрочем, такого рода воительницы встречаются нам и в реальной истории. Например, в Индии до сих пор чтут память рани Джханси Лакшми Баи, участвовавшей в знаменитом сипайском восстании 1857–1859 гг. (в индийской историографии – Первая война за независимость) и лично принимавшей участие в боях.
Легенды об амазонках, популярные среди древних греков, были, по-видимому, связаны с реальной практикой участия женщин в военных походах у народов, живших на окраине греческой ойкумены, в частности, у сарматов. Однако женщины-воительницы присутствовали и в истории Индии. Ранее я уже писал о легендарной Стрираджье – «царстве женщин». Однако имеются и более точные исторические свидетельства. Грек Мегасфен (IV–III вв.), который по поручению эллнистического правителя Селевка I Никатора посетил с дипломатическим заданием двор основателя династии Маурьев Чандрагупты в городе Паталипутра, сообщает, что этот индийский царь на охоту «выступает в окружении женщин, а вне круга женщин идут копьеносцы. С обеих сторон путь процессии огражден веревками. Тому, кто зайдет за веревку к женщинам, грозит смерть. Впереди идут барабанщики и несущие колокольчики. Царь охотится в огороженном пространстве, стреляя из лука с помоста (рядом с ним стоят 2 или 3 вооруженные женщины), а в неогороженных местах царь охотится со слона. Женщины же следуют за ним одни на колесницах, другие – на конях, третьи – на слонах со всякого рода оружием, подобно тому как они выступают с царем в поход». А еще ранее греки были поражены тем, с какой яростью женщины некоторых племен Панджаба плечом к плечу со своими мужьями сражаются против войска Александра Македонского. В произведениях индийской драматургии, относящихся к более позднему периоду, охрану гаремов правителей несут не евнухи, а вооруженные гречанки. В могольский период выезд знатных дам из гарема также сопровождался эскортом из вооруженных саблями и луками стражниц, происходящих из племен, где женщины не соблюдали обычай затворничества.
Образ женщин – воительниц и охотниц – настолько покорил сердца индийских мужчин, что мы его нередко встречаем в индийской живописи уже позднего средневековья. Иногда это картины явно в духе эротических фантазий, когда обнаженная женщина стреляет из мушкета или лука в тигра, одновременно наслаждаясь любовью с мужчиной.
Впрочем, такого рода воительницы встречаются нам и в реальной истории. Например, в Индии до сих пор чтут память рани Джханси Лакшми Баи, участвовавшей в знаменитом сипайском восстании 1857–1859 гг. (в индийской историографии – Первая война за независимость) и лично принимавшей участие в боях.
❤25🔥6👍2
ПРО ЛУНУ
Что-то в последнее время стали много говорить про «освоение Луны». Превратить светило, тысячелетиями вдохновлявшее романтиков, влюбленных и поэтов, в обычный карьер для добычи полезных ископаемых и заодно мусорку, было бы печальнее всего. Эрнст Юнгер еще в далекие 50-е писал по этому поводу: «Эта демифологизация мира, которую мы распространяем, внушает страх. Её не восполнить через господство над пространством, возможность быстро достичь отдалённые места. Мы приходим и гасим божественный свет. Если мы достигнем Луны, что, кажется, не за горами, то этим мы погасим тайну, которая сохранялась, пока земные люди взирали на звёзды. Мы превратим мерцающие дворцы Селены в минные поля и отвалы для атомных отходов».
Что-то в последнее время стали много говорить про «освоение Луны». Превратить светило, тысячелетиями вдохновлявшее романтиков, влюбленных и поэтов, в обычный карьер для добычи полезных ископаемых и заодно мусорку, было бы печальнее всего. Эрнст Юнгер еще в далекие 50-е писал по этому поводу: «Эта демифологизация мира, которую мы распространяем, внушает страх. Её не восполнить через господство над пространством, возможность быстро достичь отдалённые места. Мы приходим и гасим божественный свет. Если мы достигнем Луны, что, кажется, не за горами, то этим мы погасим тайну, которая сохранялась, пока земные люди взирали на звёзды. Мы превратим мерцающие дворцы Селены в минные поля и отвалы для атомных отходов».
❤30👍11❤🔥5🙏2
СЕГОДНЯ ПРАЗДНИК ЗМЕЙ!
Наг-панчами – праздник в честь Нагов, змей-божеств, а фактически почитание змей, и особенно наиболее ядовитых видов, таких как кобра, которых индусы называют нага или нагара. Этот праздник проводится в пятый день светлой половины месяца шраван,поэтому и называется Наг-панчами. Идея праздник – умилостивить нагов, чтобы охранить дом и семью от нападения и укусов змей.
Праздник соблюдается особенно кастами ниже кшатрийского уровня, совершающими обряды почитания нагов и для собственного благополучия, и ради благополучия членов высоких каст. Обрядов почитания нагов следующие. Вокруг домов (за забором усадьбы) проводятся охранительные круги из коровьего навоза, чтобы змеи не заползали за забор. На стене в кухне рисуют навозом же два прямоугольника, а в них изображения Нага и Нагини – сажей и маслом. Здесь проводится жертвование им как божествам молока, листьев бетеля и вздутого риса. Люди (чаще женщины) идут к норам, где змеи обычно сидят затаившись, и совершают им жертвоприношения в виде молока, бананов, заранее пророщенного зерна пшеницы, грэма и бобов. Там они возжигают масляные светильники. Благоприятный знак – увидеть в этот день живых змей.
В этот день главное развлечение – катание на качелях для всех – независимо от пола, возраста и касты. Вечером жители деревень, надев лучшие наряды, поют обрядовые песни.
Культ змей существует в Индии с древнейших времен, его присутствие зафиксировано уже в Индской цивилизации. Сам бог Вишну нередко изображается возлежащим на змее Шеше на поверхности вод космического океана. Змеи символизируют мудрость и бессмертие, также ассоциируются с водой, дождем и плодородием, отсюда связь их культа с культом богинь-матерей. Помимо этого, змеи способны передвигаться между различными мирами и, таким образом, выступают посредниками между планами бытия, способность же сбрасывать кожу превращает их в символ преображения.
Литература: Индийские праздники. СПб., 2005. С. 43–44. Индуизм. Джайнизм. Сикхизм. М., 1996. С. 192–193; Кинсли Д.Махавидьи в индийской тантре. СПб., 2008. С. 119–120; Циммер Г. Мифы и символы в индийской культуре. М., 2015. С. 67–74.
Наг-панчами – праздник в честь Нагов, змей-божеств, а фактически почитание змей, и особенно наиболее ядовитых видов, таких как кобра, которых индусы называют нага или нагара. Этот праздник проводится в пятый день светлой половины месяца шраван,поэтому и называется Наг-панчами. Идея праздник – умилостивить нагов, чтобы охранить дом и семью от нападения и укусов змей.
Праздник соблюдается особенно кастами ниже кшатрийского уровня, совершающими обряды почитания нагов и для собственного благополучия, и ради благополучия членов высоких каст. Обрядов почитания нагов следующие. Вокруг домов (за забором усадьбы) проводятся охранительные круги из коровьего навоза, чтобы змеи не заползали за забор. На стене в кухне рисуют навозом же два прямоугольника, а в них изображения Нага и Нагини – сажей и маслом. Здесь проводится жертвование им как божествам молока, листьев бетеля и вздутого риса. Люди (чаще женщины) идут к норам, где змеи обычно сидят затаившись, и совершают им жертвоприношения в виде молока, бананов, заранее пророщенного зерна пшеницы, грэма и бобов. Там они возжигают масляные светильники. Благоприятный знак – увидеть в этот день живых змей.
В этот день главное развлечение – катание на качелях для всех – независимо от пола, возраста и касты. Вечером жители деревень, надев лучшие наряды, поют обрядовые песни.
Культ змей существует в Индии с древнейших времен, его присутствие зафиксировано уже в Индской цивилизации. Сам бог Вишну нередко изображается возлежащим на змее Шеше на поверхности вод космического океана. Змеи символизируют мудрость и бессмертие, также ассоциируются с водой, дождем и плодородием, отсюда связь их культа с культом богинь-матерей. Помимо этого, змеи способны передвигаться между различными мирами и, таким образом, выступают посредниками между планами бытия, способность же сбрасывать кожу превращает их в символ преображения.
Литература: Индийские праздники. СПб., 2005. С. 43–44. Индуизм. Джайнизм. Сикхизм. М., 1996. С. 192–193; Кинсли Д.Махавидьи в индийской тантре. СПб., 2008. С. 119–120; Циммер Г. Мифы и символы в индийской культуре. М., 2015. С. 67–74.
❤25👍5🔥5
ИНДИЙСКИЕ МИФЫ ГЛАЗАМИ ДЕВДАТТА ПАТТАНАИКА
Недавно познакомился с книгой Девдатта Паттанаика «Индийские мифы. От Кришны и Шивы до Вед и Махабхараты». Поскольку я с детства влюблен в индийскую мифологию, книга представляет для меня огромный интерес. Понравилось, что автор с самого начала пишет о значении мифа («Все живут в мифе») и что современные идеологии, даже со всеми их претензиями на рационализм, это просто светская мифология. К числу положительных сторон книги я бы также отнес стремление Д. Паттанаика показать мифологию индуизма во всем ее разнообразии, без возвеличивания только одного направления, и в историческом развитии, а не как нечто данное в готовой форме. Еще порадовало отсутствие смешения мифологии и истории, чем грешат многие современные индийские авторы, для которых война между Рамой и Раваной, например, это такой же исторический факт, как Сталинградская битва. В то же время изложение мифов какое-то куцее, лапидарное, красота древних преданий совершенно не передается. В этом отношении книга Темкина и Эрмана «Мифы Древней Индии» несравненно лучше. Автор постоянно стремится истолковать мифы с точки зрения философии и этики, что иногда выглядит очень наивно. Мне в этом отношении ближе точка зрения о самоценности мифа. Кроме того, книга Паттанаика изобилует таблицами, содержание которых зачастую вызывает улыбку. Например, богиню Кали он называет «развратной», про Кришну во Вриндаване пишет, что он «ассоциируется с молоком и романтикой», а Кришна в Двараке – «с кровью и войной».
Недавно познакомился с книгой Девдатта Паттанаика «Индийские мифы. От Кришны и Шивы до Вед и Махабхараты». Поскольку я с детства влюблен в индийскую мифологию, книга представляет для меня огромный интерес. Понравилось, что автор с самого начала пишет о значении мифа («Все живут в мифе») и что современные идеологии, даже со всеми их претензиями на рационализм, это просто светская мифология. К числу положительных сторон книги я бы также отнес стремление Д. Паттанаика показать мифологию индуизма во всем ее разнообразии, без возвеличивания только одного направления, и в историческом развитии, а не как нечто данное в готовой форме. Еще порадовало отсутствие смешения мифологии и истории, чем грешат многие современные индийские авторы, для которых война между Рамой и Раваной, например, это такой же исторический факт, как Сталинградская битва. В то же время изложение мифов какое-то куцее, лапидарное, красота древних преданий совершенно не передается. В этом отношении книга Темкина и Эрмана «Мифы Древней Индии» несравненно лучше. Автор постоянно стремится истолковать мифы с точки зрения философии и этики, что иногда выглядит очень наивно. Мне в этом отношении ближе точка зрения о самоценности мифа. Кроме того, книга Паттанаика изобилует таблицами, содержание которых зачастую вызывает улыбку. Например, богиню Кали он называет «развратной», про Кришну во Вриндаване пишет, что он «ассоциируется с молоком и романтикой», а Кришна в Двараке – «с кровью и войной».
❤22👍8😁1