Это фотографии деталей двух новых временных выставок в Государственном Эрмитаже.
Обе будто бы вырастают из тени, и высвечивают для посетителей что-то еще более темное, непривычное, одергивающее⚱️

Строгие готические предметы интерьера и созвучные им, вытянутые и стройные фигуры на полотнах Каспара Давида Фридриха становятся воплощением 'внутреннего пейзажа' художника, составляют тонкий «Ландшафт души». Здесь произошла встреча с рисунком любимой Капеллы парка Александрия, историями об императорской коллекции и стихотворениями В.А. Жуковского. Трепетное сплетение 🤍

И случилась ассоциация о том, что в пространстве выставки ты ходишь не от отдельного экспоната к другому, а будто бы перемещаешься между отражениями звука полотен: происходит вторение, а за ним следующее — и вот уже возникает образ бесконечной перспективы, незаканчивающейся линии колонн.

С подобным эффектом посетитель сталкивается еще до проникновения в сам Николаевский зал Зимнего дворца, где расположилась выставка — в пространстве Аванзала за центральным объектом — Ротондой, двумя крыльями раскрывается только уже полукруглая колланада. В ее порталах расположены источники света, превращающие работы немецкого романтика в буквально мистические объекты 🦪

Подобной атмосферой окутана и вторая экспозиция «Посмотри в глаза чудовищ...», обращенная к мифическим образам пугающих существ античности. Объемом глаз и перенасыщенностью конечностей страшат гостей выставки гидры, сирены, кентавры, сфинксы...

Они хоть и воплощают ужас, но кажутся такими знакомыми — вероятно, для многих изучение музея начиналось именно со встречи с подобными образами греческой культуры. На какое-то время захотелось перевоплотиться в гекату — ее тройственный облик помог бы детальнее рассмотреть каждый объект. Точно вернусь сюда ещё раз!

В особенности, чтобы еще раз задержать взляд не только на графике, рельефах или керамических объектах, но и «Древнем ужасе» Льва Бакста: он схватывает взор и не освобождает внимание на протяжении всего путешествия по выставке, ты невольно оглядываешься, проходя от рассказа об одном ужасающем существе к другому. И вспоминается строка из стихотворения вновь поэта, но не романтика — представителя Серебряного века — Н.С. Гумилева: «В очи глянет запоздалый, но властительный испуг...».

Другой век. Другие линии.
Но и здесь слишком явно прослеживается все та же нить, возникает трилогия: античность — романтизм — модернизм.

Линейное. Нелинейное. Странноочевидное.

Случайно родился текст от вопроса и разговора — пишите, говорите! Посмотрим в глаза вместе 🙏🏻