Сегодня, продолжая ряд заметок о мысли в движении и двигательной мысли, вновь обращусь к работе и видению У. Форсайта

#танец лиц

Дискретность. Закольцованность. Спекуляция — это все о балете Уильяма Форсайта «Blake Works». Четкость движений, сложносоставность композиции и простота переходов в этом балете — как непрерывная игра жеста заставляют зрителя обманываться сцена за сценой, взмах за взмахом.

Классическая композиция соблюдена, формы выверены — опытный смотритель уже угадывает следующие движения, ведь весь алфавит хореографии был раскрыт в первой части композиции. Здесь пластический мотив проводится через простые геометрические формы — треугольник, линия, квадрат, а после и мириады точек, естественный переход к хаосу. От упорядоченности к органичному беспорядку рисунок ведет не только хореограф, но и симфонист. Симфония танца здесь сопровождается обманчивой симфонией звуков: отголоски, паузы, продолжительная строгая линия и вновь отрывистые sample, sample — пелена разорвана, симфония не удалась.
Но возникло живое впечатление!

Акцентированный бит сменился монотонностью, контраст хореографического языка подтвердил этот ход. Теперь сцена заполнена целиком, последний пластический штрих и финал. Ложный.

Зритель снова обманут, началась следующая часть:текучесть в руках, волна вместо бродвейских мотивов, но все та же классическая основа — на ней строится общая картина балета.
На сцену, обрывая линию па-де-труа, простым шагом выходит группа танцоров. Через миг — они лебеди, затем исполнители неоклассики или петеры, перевоплощающиеся в архитектурные детали времени модерна, с их витиеватыми формами и флоральностью. Не проходит и несколько минут — цитирование закольцовывается, возвращаясь к «птичьим формам». Электронные восклики то ли чаек, то ли вновь лебедей собирают композицию в четыре пары неразлучников. Теперь на са сцене классический урок, плавное перетекание отрабатывающихся танцорами фигур и движений: совсем скоро у юных лебедей дуэтный экзамен, поэтому поза сменяется отдыхом и продолжается обратно позой.

Стоит выглянуть из балетного класса в окно или же просто моргнуть — и вот уже совершенно свободные фигуры шагом и прыжками рассекают воздух. Мужская вариация — «there are two men down» — об убийственности любви: к форме, музыкальной мысли и танцу. Любовь к свободе движения, преданность классической традиции и органичное встраивание новых пластических форм. Дискотека или уличное соревнование, где уже привычно для зрителя появляются мастера классического слова. Они и здесь забирают пальму первенства. Балет, классическое адажио, вновь.

Взмахи рук-крыльев партнеров, а за ними следует поклон, теперь уже действительно финальный. Занавес закрывается, чтобы через мгновение распахнуть перед нами картину, собравшую труппу целиком. Спекуляция? Нет, это правдивый итог.

Но о чем же был диалог двоих, что финал перестал быть ложным?