Что удивительно. Ибо две недели назад в Париже на Maison&Objet прославляли сдержанный скандинавский дизайн датчанки Сесиль Манц - ее назвали дизайнером года. В Стокгольме, наоборот, хотят креатива, эклектики и «итальянистости». «Именно здесь будет уместно ее яркое и игривое представление о мире и вещах», - говорит о приглашении Паолы Сесилия Ниберг, куратор проектной зоны стокгольмской выставки.
Пространство центрального выставочного холла Навоне собирается превратить в апартаменты, вроде бы полностью отвечающие всем потребностям и наделенные всеми функциями привычного дома, но без четких границ. За основу возьмёт свой принцип Tham Ma Da - объединение массы простых вещей для создания чего-то нового и совершенно необычного. Интерьеров с приключениями, как то так можно перевести The Adventurous Interiors. Посмотрим - я тоже лечу в Стокгольм за интерьерными и дизайнерскими приключениями!
Пространство центрального выставочного холла Навоне собирается превратить в апартаменты, вроде бы полностью отвечающие всем потребностям и наделенные всеми функциями привычного дома, но без четких границ. За основу возьмёт свой принцип Tham Ma Da - объединение массы простых вещей для создания чего-то нового и совершенно необычного. Интерьеров с приключениями, как то так можно перевести The Adventurous Interiors. Посмотрим - я тоже лечу в Стокгольм за интерьерными и дизайнерскими приключениями!
А если кто не очень представляет себе, каковы заслуги Паолы Навоне, то для вас необходимый минимум знаний - вот.
Почти 30 лет Паола Навоне была единственной женщиной, и женщиной при этом очень востребованной, в преимущественно мужском мире итальянского дизайна.
Ее карьера началась в 1973-м после окончания Туринского Политеха. Уроженка Турина, она переехала в Милан. С 1974 по 1978 работала на Centrokappa, креативное подразделение компании Kartell. Была редактором журнала Domus. Сотрудничала с Алессандро Мендини, Этторе Соттсассом и Андреа Бранци в самой прогрессивной на тот момент дизайн-группе Alchimia, что принесло ей в 1983-м престижный приз Osaka International Design Award, впервые присуждавшийся как раз в тот год. С тех пор ее многократно называли «Дизайнером года», вручали призы и награды за отдельные вещи и общий вклад в развитие дизайна.
В 1980-е она была как никто другой востребована в итальянской мебельной индустрии. Вместе с Джулио Каппеллини создала марку Mondo, одно из подразделений Cappellini. Вывела в законодатели мебельной моды старинное семейное предприятие Gervasoni, выпускавшее традиционную плетеную мебель (Навоне работает ее арт-директором с 1998 года и по сию пору, а также делает для них же кровати под маркой Letti&Co). Кроме того, сотрудничала и сотрудничает с Natuzzi, Alessi, Driade, Abet Laminati, Molteni, Casamilano, Baxter, Saint-Louis и десятками других компаний.
Современная женщина Ренессанса – так или примерно так регулярно называют ее журналисты за то, что она берется за все с одинаковым энтузиазмом: архитектура, предметный дизайн, арт-директоринг, дизайн интерьера, художественная критика, преподавание, промышленное планирование, разработка и организация эвентов. А еще, по ее собственным словам, она «немножко антрополог» - то есть специализируется на изучении людей. Она обожает тусовки – много лет во время Миланского мебельного салона собирала толпы гостей прямо у себя дома – и прекрасно готовит простую и вкусную итальянскую еду.
Она крайне любопытна, непосредственна, заразительно жизнерадостна и невероятно энергична для своих 65 лет. Она живет под знаком «свободы, воображения, энергии и оптимизма». Это ее личные качества, которые она превращает в свойства своего дизайна: расслабленного, естественного, располагающего к себе. Ее вещи были одними из первых индустриально производимых вещей в духе shabby-chic, «облезлой роскоши».
По рождению она итальянка, но по сути – настоящий человек мира, непрестанный путешественник, для которого дорога и новые места – это скорее жизнь, чем путешествие. Прожив много лет в Гонконге, она сама себя считает номадом, заявляя, что это ее рабочий метод: «Постоянно путешествовать, каждый день, 24 часа в сутки – это может означать, что я иду в подвал или читаю книжку. На стадии аналитической работы это как аккумулировать идеи и концепции в одну большую посудину. На стадии синтеза несколько элементов, необходимых для реализации проекта, обязательно всплывут на поверхность. Мое дело – сконцентрироваться на них и отбросить все лишнее».
От природы склонной к нарушению границ, и не только географических, ею постоянно движет чрезвычайно сильный интерес к самым разным, часто очень далеким друг от друга, явлениям и культурам. Она любит синий цвет – и в ее палитре он превращается и в ультрамарин, как на глазированных плитках из Марокко, и в турецкую бирюзу, и средиземноморскую белесую синеву. Особенно же сильно она привязана к Востоку, и что-то едва уловимо этническое долгие годы проступало в ее вещах – очень деликатно, безо всяких драконов и павлинов. Видимо, это ее увлечение буддизмом и Азией лет пятнадцать назад привлекло Джорджо Армани, который, решив запускать домашнюю коллекцию, пригласил консультантом именно Навоне. Но вместе с каким-нибудь особым черным бамбуком из-за тридевяти земель, который Паола разыскала в очередном путешествии в Азию, она готова использовать и современные материалы и технологии - и вот из этого симбиоза возникают ее вещи. Которые легко узнать по почерку, но трудно отнести к какому-либо направлению. Они современные, но вместе с тем и вне
Почти 30 лет Паола Навоне была единственной женщиной, и женщиной при этом очень востребованной, в преимущественно мужском мире итальянского дизайна.
Ее карьера началась в 1973-м после окончания Туринского Политеха. Уроженка Турина, она переехала в Милан. С 1974 по 1978 работала на Centrokappa, креативное подразделение компании Kartell. Была редактором журнала Domus. Сотрудничала с Алессандро Мендини, Этторе Соттсассом и Андреа Бранци в самой прогрессивной на тот момент дизайн-группе Alchimia, что принесло ей в 1983-м престижный приз Osaka International Design Award, впервые присуждавшийся как раз в тот год. С тех пор ее многократно называли «Дизайнером года», вручали призы и награды за отдельные вещи и общий вклад в развитие дизайна.
В 1980-е она была как никто другой востребована в итальянской мебельной индустрии. Вместе с Джулио Каппеллини создала марку Mondo, одно из подразделений Cappellini. Вывела в законодатели мебельной моды старинное семейное предприятие Gervasoni, выпускавшее традиционную плетеную мебель (Навоне работает ее арт-директором с 1998 года и по сию пору, а также делает для них же кровати под маркой Letti&Co). Кроме того, сотрудничала и сотрудничает с Natuzzi, Alessi, Driade, Abet Laminati, Molteni, Casamilano, Baxter, Saint-Louis и десятками других компаний.
Современная женщина Ренессанса – так или примерно так регулярно называют ее журналисты за то, что она берется за все с одинаковым энтузиазмом: архитектура, предметный дизайн, арт-директоринг, дизайн интерьера, художественная критика, преподавание, промышленное планирование, разработка и организация эвентов. А еще, по ее собственным словам, она «немножко антрополог» - то есть специализируется на изучении людей. Она обожает тусовки – много лет во время Миланского мебельного салона собирала толпы гостей прямо у себя дома – и прекрасно готовит простую и вкусную итальянскую еду.
Она крайне любопытна, непосредственна, заразительно жизнерадостна и невероятно энергична для своих 65 лет. Она живет под знаком «свободы, воображения, энергии и оптимизма». Это ее личные качества, которые она превращает в свойства своего дизайна: расслабленного, естественного, располагающего к себе. Ее вещи были одними из первых индустриально производимых вещей в духе shabby-chic, «облезлой роскоши».
По рождению она итальянка, но по сути – настоящий человек мира, непрестанный путешественник, для которого дорога и новые места – это скорее жизнь, чем путешествие. Прожив много лет в Гонконге, она сама себя считает номадом, заявляя, что это ее рабочий метод: «Постоянно путешествовать, каждый день, 24 часа в сутки – это может означать, что я иду в подвал или читаю книжку. На стадии аналитической работы это как аккумулировать идеи и концепции в одну большую посудину. На стадии синтеза несколько элементов, необходимых для реализации проекта, обязательно всплывут на поверхность. Мое дело – сконцентрироваться на них и отбросить все лишнее».
От природы склонной к нарушению границ, и не только географических, ею постоянно движет чрезвычайно сильный интерес к самым разным, часто очень далеким друг от друга, явлениям и культурам. Она любит синий цвет – и в ее палитре он превращается и в ультрамарин, как на глазированных плитках из Марокко, и в турецкую бирюзу, и средиземноморскую белесую синеву. Особенно же сильно она привязана к Востоку, и что-то едва уловимо этническое долгие годы проступало в ее вещах – очень деликатно, безо всяких драконов и павлинов. Видимо, это ее увлечение буддизмом и Азией лет пятнадцать назад привлекло Джорджо Армани, который, решив запускать домашнюю коллекцию, пригласил консультантом именно Навоне. Но вместе с каким-нибудь особым черным бамбуком из-за тридевяти земель, который Паола разыскала в очередном путешествии в Азию, она готова использовать и современные материалы и технологии - и вот из этого симбиоза возникают ее вещи. Которые легко узнать по почерку, но трудно отнести к какому-либо направлению. Они современные, но вместе с тем и вне
временные, в них есть немного от живости и веселья итальянской ривьеры и отголоски прагматизма и изобретательной бедности 1950-х годов. «Идея, что противоположности притягиваются и дополняют друг друга, существовала всегда. Я пытаюсь создать диалог между разными элементами, чтобы родились или гармония, или контраст» - говорит Паола. И еще одна ее говорящая цитата: «Элегантность – это соединение баланса, простоты и несовершенства. Способность идти по жизни легко и не теряя своей уникальности, своего лица».
Неделя дизайна в Стокгольме открывается только сегодня, а за выходные мы успели осмотреть много местных достопримечательностей, связанных с дизайном и оформлением интерьеров, а также визуальными искусствами.
В Музее фотографии - выставку крутейшей китайской фотохудожницы Chen Man. Ей 37 лет, она мастер провокации и фотошопа. Ее называют китайской Анни Лейбовиц. В Китае, если знаменитость у неё не снялась - значит она не существует. Ну и мировые звезды не брезгуют: Бэкхэмы, Дольче и Габбана, Кусама и др. На последнем фото - она сама, съёмка для обложки китайского журнала Harpers Bazaar