Я вчера про музей Булгакова в Киеве написала два слова, и фотографии старые свои нашла. И когда я глянула в них — я просто дара речи лишилась. И полезла в словарь, обновить для себя значение слова «импринтинг». Потому что мне кажется, это чистый он: шаблон поведения, сформированный чём-то ранее увиденным и неосознанно повторяемый. Потому что я, хоть и была многократно в этом музее, но уже давно, и помню его в общем, не в деталях. А теперь посмотрела на фото, посмотрела на свой кабинет — и улыбнулась 😀 Улыбнитесь и вы. И посмотрите по сторонам — чем вы окружили себя? Какой шаблон поведения повлиял на то, что вас окружает дома?

А парижане в этом месяце вовсю обсуждают новую чайную (salon de thé), пристроенную к старейшему в городе кафе – Le Procope (1686). Удивительно, что кафе, принимавшее просветителей (Дидро и Вольтера) и революционеров (Марата и Робеспьера) до сих пор работает и, в общем-то, не сильно изменилось. Создать рядом новое пространство “в том же духе” – какая ответственность! Но проект поручили молодому дуэту Виржини Фридманн и Дельфин Версаче (вошедших не так давно во французский список AD100). Как пишут журналисты, от студии дизайнеров в Сен-Жермен до “Прокопа” всего несколько шагов, но авторам пришлось пройти длинный путь. “Только не стилизация, только не Диснейленд – нам нужна была настоящая история”, – рассказывают девушки и доверительно сообщают, что работали с деталями и темами, которые вряд ли встретятся им в других проектах: виртуозная обработка массива, шинуазри, сложнейшие деревянные панели и молдинги. Для пола в точности повторили рисунок мраморного пола одного из дворцов в сицилийском городе Ното – поскольку основатель кафе Франческо Прокопио деи Колтелли был сицилийцем. Для декора потолка пригласили специалистку по мраморной бумаге – эти кессоны расписаны вручную. Выложились по полной. В связи с этим проектом вспоминается известная история, рассказанная Петром Вайлем:
«Берт Ланкастер вспоминал, как Висконти требовал на съемках «Леопарда», чтобы платки в комоде были высочайшего качества и с монограммами князя Фабрицио ди Салина. Зачем, когда герой лишь выдвигает ящик, но ничего не достает? Миланский аристократ Висконти ответил нью-йоркскому плебею Ланкастеру: «На платки с монограммами вы будете смотреть по-другому».

В интерьерной сфере нет более закрытого и консервативного жанра, чем шале. При словах “домик в Альпах” все мы примерно представляем, что это. Гений места в данном случае не просто учитывается, он прямо-таки довлеет. Хочу вам показать интересный проект, где вдохновляющая география не одна, а две – это шале в Альпах, но хозяину явно милее горы Тибета. Авторы – студия A Work of Substance – аккуратно ввели в альпийскую архитектуру множество примет другой культуры – от решетчатых балюстрад, как в монастыре Друкгьел Дзонг в Бутане, до японской ширмы и общего вервордтовского ощущения ваби-саби. Получился такой гималайско-альпийский замес, и он отличный.

В соседних дружественных каналах начался прогрев миланской темы: админы показывают мебельные новинки, которые можно будет увидеть на ISaloni 2024. Однако вне контекста эти новости не очень работают. А вот собирать себе в папку новые вневыставочные площадки имеет смысл. Это самое интересное. Я вам уже рассказывала, какую фантастическую локацию выбрала Alcova: villa Borsani – это шедевр, и туда можно будет попасть!
И такие места манкие, вероятно, появятся еще, и увидеть их можно благодаря ИСалони. А зачем их видеть дизайнеру, как думаете? Чем хорошо, что Alcova там будет?