Фото работ Дэвида Хикса, которые есть в моей подборке, показывают его с совершенно другой стороны, нежели интерьеры его загородного дома и рассказы его сына о работах отца. Даже не знаю, чем объяснить😂 Белых интерьеров я у него не помню вообще.

А вот идея, что цвет, чтобы он заиграл и засиял, надо заключить в белую раму, мне нравится, я такое тоже бы делала.

В Псковской области, в районе Пушкинских гор есть заброшенная деревня РОждество (с ударением на О), а в ней маленький деревянный храм. К которому пару лет назад было приковано большое внимание из-за современной и, как посчитали, не канонической росписи. Автор – петербургский художник Дмитрий Марголин. Не только художник, но и христианин. Но сделанные им изображения оказались настолько живыми, напряженными и неожиданными, что настоятель храма, который и дал Марголину этот заказ, принял решение росписи забелить. Тут собрался ученый совет, вмешался уважаемый архитектор Максим Атаянц… В общем, росписи до сих пор еще живы, в храме служили литургию, и в него даже можно попасть с редкой экскурсией. Это было бы интересно в дополнение к всегда прекрасным поездкам в Пушкиногорье (вот здесь можно почитать мой старый репортаж для Vogue об этих местах). Что касается работы Марголина. Да, масштаб немного не соответствует, таким фигурам нужно больше пространства, да акрил слишком ярок, но я в любом случае за то, чтобы создавать новое, а не стилизовать под старое. И если бы это был старый храм с утраченными фресками, я бы предпочла, чтобы их написал хороший современный художник, не пытающийся повторить работу безвестного мастера прошлого. О своем подходе к реставрации и утратам расскажу завтра, а сегодня с праздником всех, кто празднует.

Я частенько в своих выступлениях затрагиваю тему возвращения утраченного наследия или утраченных элементов в архитектуре и в интерьере. Так вот моя глубокая и убежденная точка зрения заключается в том, что утраченное совершенно не нужно полностью повторять и пытаться в первой четверти XXI-го века сделать, как было 100 или 200 лет назад. Тем более, что это совершенно невозможно. Все равно мы живём в другое время. У нас другие взгляды, другие техники и другие инструменты. Другие физические измерения. Вот пример, который связан с языком, чтобы было более понятно. Язык Пушкина – это совсем не то, как мы говорим сейчас, одни и те же понятия мы выражаем другими словами. Я, например, сразу вспоминаю “Евгения Онегина”: “Но панталоны, фрак, жилет, всех этих слов на русском нет”. И это самое простое – лексика, но и в синтаксисе, в построении фраз мы тоже сильно отличаемся от того, чтобы было 100 лет назад и раньше.

То же самое касается и архитектуры, и интерьера. Очень здорово и интересно узнать, что было в том или ином пространстве. Как оно выглядело в те или иные годы в момент своего создания. А вот если оригинала нет уже, то восстанавливать “один в один”, в общем, совершенно неправильно. И нигде в мире так не делается. Могу привести простые примеры. Окна с форточками, которые были в моей новой квартире, мы делать не стали. Хотя у нас получились очень классные окна, повторяющие старые по расстекловке. Просто форточки находятся очень высоко, это неудобно, а современные окна, даже деревянные и без стеклопакетов, сделанные по классической технологии, позволили нам вмонтировать систему вертикального открывания и проветривания.