Сегодня сложно долго удерживать внимание зрителя. Мы отвлекаемся на уведомления во время фильма и редко полностью погружаемся в историю.

Выпуски Сергея Минаева я всегда дослушиваю до конца.

Недавно включила выпуск о Тургеневе (с участием Алены Долецкой) и не заметила, как пролетело время.

Тургенев родился в богатой дворянской семье, но его детство нельзя назвать счастливым. Он вырос с деспотичной матерью, которую боялись и крепостные, и собственные дети. В 25 лет в его жизни появилась Полина Виардо — замужняя оперная певица, которую он больше уже не смог забыть. После знакомства с ней писатель годами следовал за семьей Виардо по Европе, жил рядом, дружил с ее мужем, помогал детям и, кажется, стал частью их семьи. Больше всего меня поразило то, что это длилось сорок лет.

Он так и не создал собственной семьи, а Полина Виардо осталась главным человеком в его жизни. При этом Тургенев был далеко не единственным ее поклонником. Ее талантом восхищались многие выдающиеся мужчины того времени. Когда Тургенев умер, все свое состояние и авторские права на произведения он завещал Полине Виардо.

Мне кажется, эту лекцию стоит послушать даже тем, кто никогда не читал Тургенева. Она помогает лучше узнать не только самого писателя, но и эпоху, в которой он жил.

выпуск: https://youtu.be/lgbpuDwVSkQ?is=tMFzmH3Lrmi_9eSL

её коллекции.

Vincent van Gogh,
‘Piles of French Novels’
1887

одна из самых красивых иллюзий современности — это культ одиночества.

Нам постоянно показывают человека, который никому ничего не должен. Он может переехать в другую страну, сменить работу, открыть бизнес, путешествовать, жить только для себя. И все это подается как высшая форма свободы. Но ведь жизнь не только про периоды роста.

Многие мыслят слишком короткими отрезками. Что будет через год? Через три? Почти никто не задает себе вопрос: «А что будет со мной через тридцать лет?»

Кто будет рядом, если станет плохо? Кто приедет без просьб? Кому будет небезразлично, что со мной происходит?

Строить семью непросто, но одинокая жизнь далеко не проще.

морнинг

По совету моей любимой тети прочитала статью Дмитрия Леонтьева «Феномен ответственности: между недержанием и гиперконтролем».

Выписала для себя несколько мыслей.

«Тенденция бегства от свободы и от ответственности, от того, чтобы попытаться стать в какой-то степени причиной происходящего, как была, так и остается не только доминирующей, но и во многом привлекательной для большого количества людей. От этого предостерегал выпускников американского университета Иосиф Бродский: «Всячески избегайте приписывать себе статус жертвы. Из всех частей тела наиболее бдительно следите за вашим указательным пальцем, ибо он жаждет обличать. Указующий перст есть признак жертвы - в противоположность поднятым в знаке Victoria среднему и указательному пальцам, он является синонимом капитуляции. Каким бы отвратительным ни было ваше положение, старайтесь не винить в этом внешние силы: историю, государство, начальство, расу, родителей, фазу луны, детство, несвоевременную высадку на горшок и т. д.» (Бродский, 2000 а, с. 116-117).

Наверное, нет человека, у которого хотя бы раз в жизни не возникало желания в сложной ситуации поднять указательный палец. Для психики это самый простой путь. Не нужно анализировать происходящее, проживать неприятные эмоции или признавать собственную ответственность. Можно просто винить во всем внешние обстоятельства.

Как с этим работать?
Наверное, начинать с паузы.
Об этом ниже:

«Мы могли бы перестать быть просто болтливыми следствиями в великой причинно-следственной цепи явлений и попытаться взять на себя роль причин» (Бродский).

«В этом случае я сам включаюсь в собственную жизнь как причинный фактор. Один из элементов, объясняющих это — пауза, про которую писал Р. Мэй, как про пространство человеческой свободы: природа свободы заключается в паузе между стимулом и реакцией.

Как только мы вместо немедленного реагирования делаем паузу, цепь ломается. Механизм «щелк — зажужжало» сразу разлаживается. Оказывается, что появляются разные возможности, разные альтернативы. При помощи паузы я приостанавливаю влияние внешних и внутренних (в традиционном понимании этих слов) факторов. Пауза позволяет отключить «автопилот» и взять «штурвал» в свои руки. В этой точке мое поведение обретает свободу и ответственность.»

Помню, в феврале 2022 года у маркетингового агентства, в котором я работала, начали отваливаться зарубежные клиенты. Я тогда пришла в офис в пессимистичном настроении и говорила руководителю, что не понимаю, как в этих условиях мы будем работать в дальше. Никогда не забуду, что он мне тогда ответил. По сути, это была та самая мысль, о которой говорится в статье выше.

«Нельзя приучать себя во всем винить внешние обстоятельства. Они могут быть сложными и не зависящими от нас, но если постоянно объяснять все происходящее только ими, очень быстро привыкаешь к роли жертвы. Выигрывают в итоге те, кто умеет находить в таких условиях новые возможности. Со временем это становится привычкой — либо оставаться в позиции жертвы, либо в любой неопределенности искать точку, от которой можно двигаться дальше.»