Ну все, конец.

Мы все еще ненавидим, все еще говорим то, что не думаем и мы все еще боимся. Как же мы собираемся войти в вечность будучи людьми с темными душами, закованными в плоть и ей потакающими сердцем? Отпустите себя и покайтесь. Простите и любите.
Господь сохраняет, братья и сестры.

Доброе утро, нигилисты!

Я люблю жизнь… можно сказать, что я… lifelover… жизнелюб…

Неординарный подход к выполнению задачи

Pinned to the black cross, skinned alive, fossilised in darkest sin, desolated, nailed.

Огромный (около 2ух метров) котенок, рядом с неебаться каким здоровенным (около 7 метров) мороженным. Вы когда нибудь видели нечто подобное? Сомневаюсь.

На самом деле, слово, которым древние германцы называли медведей давно утеряно. “Bear” - это эвфемизм, означающий «коричневый». Германцы думали, что если произнесут настоящее название медведя он тут же появится. Однако прото-германское слово “arktos” скорее всего является тем самым утерянным «именем медведя». Такие дела.

Что это было блять

Реальный мир - это аллюзия на кенши.

На заводе обитают дикие коты. Я не шучу. Их около 5-12 штук. Они бегают среди станков, дышат тем же производственным смогом, что и рабочие, едят те же котлеты. Им безразличен шум и гул машин, безразличны люди и холод. Но коты счастливы быть среди движущей силы, среди стали и маленьких огоньков, вылетающих из пасти вырезающего станка. Коты на заводе - продукт людского страха быть зажатыми в тиски серой и однообразной жизни в погоне за призрачной надеждой на улучшение условий существования. Коты - это отличный способ показать, как ничтожен человек перед машиной и как мало он значит для этого мира.

Я дотронулся до звезд и обжегся… как жаль, что в моем городе не поменяли вольфрамовые лампы в фонарях…