В рамках подготовки к занятию по немецкому (которые пока мне даются с трудом, хз, стоило ли сейчас это делать) дали посмотреть сатирический ролик про сон антивокера. Сам ролик не смешной, смешно другое: если убрать пару деталей и представить, что это не ирония относительно антивокеров, а серьезный антивок-ролик, то получится российская пропагандистская короткометражка, которых мы уже видели немало (привет Сергею Бурунову).

https://www.zdf.de/play/video/funk-collection-funk-12064-312/funk-die-woke-diktatur-102

Обнаружен новый, радикальный вариант искажения моей фамилии

В Бундестаге выбирают трех судей Конституционного суда (в Германии это не пожизненная должность), и это очень интересно. Замес такой:

1. Для одобрения судьи нужно 2/3 голосов. В нынешнем Бундестаге это партии центра (Union, SPD, Зеленые) и еще одна партия. То есть Левые или AfD.

2. Судей выберут. Двух судей номинировала SPD, за них проголосуют три центральные партии и Левые. Третьего судью тоже, насколько я понимаю, выберут, но тут затык под названием БРАНДМАУЭР.

3. Union живет в мире двух брандмауэров, то есть они официально запретили себе договариваться с двумя партиями: AfD и Левыми. Ирония судьбы в том, что за последний год оба брандмауэра уже ломались. Первый раз — когда благодаря AfD прошли антимиграционные инициативы Мерца. Второй раз — когда благодаря Левым Мерц смог избраться канцлером после скандального первого голосования. Но оба брандмауэра держатся. Проблема в том, что (см. выше) есть ситуации, где нужно 2/3 голосов Бундестага, и в этой ситуации иметь два брандмауэра нежизнеспособно.

4. Все медиа (и не только) давят на Union — брандмауэр с Левыми это не современно, прекратите, иначе вы нормализуете AfD. Вайдель уже заявила, что они поддержат кандидата от Union, то есть проблема не в том, кого изберут, проблема в том — кто. Выбор конституционного судьи при поддержке AfD воспринимается как огромный шаг к нормализации партии.

5. Это все можно воспринимать как политический балет — постановку с заранее понятным итогом (какая разница, все равно же выберут), но опыт последнего года показывает, что это все не шутки, потому что напрямую влияет на избирателей и имеет далеко идущие последствия: собственно, после голосования за антииммиграционные инициативы Мерца привело к триумфальному взлету Левых, которые были умирающей партией, а теперь где-то уже не очень далеко от Зеленых и SPD по опросам (а Берлину вообще маячит левый мэр — понятно, что дело не только в том голосовании, но, кажется, и в нем, люди голосуют за партию, которая точно не будет иметь ничего общего с AfD).

6. Одновременно с этим пошли какие-то процессы внутри AfD (о которых подробно пишет Дима Карцев): партия очередной раз пытается решить, по какой дорожке пойти: радикализации (обычно выбиралось это) или, хм, респектабилизации — в сторону крайней, но не экстремистской, правости: одна из причин тут еще почистить программу от того, что немецкие спецслужбы считают доказанно экстремистким и снизить вероятность запрета партии.

То есть в этом одном голосовании видны сразу несколько важнейших процессов немецкой политики:

1. Кризис центра — с кем договориваться и вообще как найти свое место в мире поляризации.
2. Поляризация — с обеих краев спектра растут силы, и без них уже нельзя решить важнейшие вопросы.
3. Будущее AfD в Германии и будущее Германии с AfD — с какой крайне правой партией мы тут окажемся на выборах в 29 году, на которых, как я подозреваю, значительная часть читателей этого канала уже сможет голосовать.

Если чего попутал, жду в комментариях ваши исправления.

Ну что за жесть. ЗЕЛБСТБЕВАЙРОЙХЕРУНГ, май эсс. Впрочем, переводится, как САМОВОСХВАЛЕНИЕ, попробуй, прочитай это слово, англосакс.

Процент жителей стран Евросоюза, живущих в съемном жилье

Приехали на неделю в Лондон, контраст, скажем так, заметен:

Во-первых, уже несколько раз видели людей, которые куда-то бегут. Куда вы бежите! Остановитесь! Полежите!

Во-вторых, все в рекламе, и в рекламе всяких сервисов, которые помогают эффективнее работать. Работать?? Эффективнее???

В-третьих, люди разговаривают! Много! Вчера бармен, наливая пинту, спросил, откуда я (сложно!), потом сказал, что у него дед из Нюрнберга. Не стал спрашивать, в каком смысле он из Нюрнберга, оставим эти домашние шутки дома.