— А Ямаль приедет? Пожалуйста, скажите Ламину, что мы его очень ждём на Ямале. Очень. Прямо местами уже волнуемся.

Взволнованные граждане полуострова несколько раз попросили передать их просьбу с футбольной трибуны. Передаю. Уже официально, можно сказать, с печатью внутреннего беспокойства.

Есть, правда, одна проблема — сезон у молодого человека в самом разгаре. Хотя «Атлетико» очень постарался, чтобы времени среди недели было побольше.

Нет, конечно, можно после чемпионата мира. В Уренгое будет жарко. Комары с оводами будут не просто довольны — они устроят фестиваль. Испанская кровь у них пойдёт как гастрономический прорыв сезона.

Но лучше всё-таки приехать на стыке зимы и весны — под «День оленевода», знаменитый северный праздник, где веселье иногда выходит за рамки здравого смысла и уверенно идёт дальше без него.

В Уренгое его проводят с масштабом финала Лиги чемпионов.
На пляже реки Седэяха каждый год мастерят чумовую деревню. Именно чумовую — и по смыслу, и по конструкции. В ней — угощения народов Севера и такие краски конкурсов, что глаз сначала радуется, а потом слегка теряется.

Ламин оценит. Его бы сразу туда повели — в чум. Без объяснений. Там строганина, грузди, оленина и уха! Понравится явно.
Иначе не нашим он будет — возмутительно бездуховным.

— Так, а что у вас по спортивной части? — спросит Ламинушка, причмокивая и уже начиная понимать, что попал.

— А за спорт у нас, дорогой ты наш каталонец, — ответят ему дружелюбные ненцы, попыхивая табачком и, возможно, философией, — не волнуйся! Его столько, что даже талисманы имеются. Медведи. Ну а как?
Умка и его подельник Безумка. Один символизирует дружбу, второй — последствия.

И вот пойдёт он с ними по деревне — как с Рэшфордом и Рафиньей по полям футбольным. Да даже лучше. Там-то чего? Мяч, трава, всё предсказуемо.
А здесь секций побольше. Вот тебе нарты — перепрыгивай на время, на количество и на внутреннее состояние. А вот знаменитое перетягивание палки: садишься, упираешься, держишься за палку, соперник держится за ту же палку, и дальше начинается философия. До двух палок игра! Кто понял жизнь — тот выиграл.

А вот тебе соревнование имени Индианы Джонса с музыкальным названием — метание тынзяна на хорей. Тынзян — аркан, хорей — длиннющая палка, которой управляют оленями, если они вдруг характер показывают.

Кстати, про оленей. Тут вам не там. Стоять с шампанским в руке на яхте в Монте-Карло и смотреть на блестящие тачки? Не надоело? Надоело. Даже если не пробовал — всё равно надоело.
Вот замёрзшая река — настоящая трасса, с гламурным характером.

Олени на ней гран-при Уренгоя устраивают. Кто до призов доедет — те отдохнут.
Потому что хозяева получат снегоходы и сразу же начнут на них ездить, проверяя, насколько приз заслуженный.
Тоже на перегонки — драг-рейсинг называется. С ветерком!

Ну а потом Ламину про обычаи и быт обязательно расскажут. Культурология — святое!
Узнает, что щуку ненцы считают чем угодно, но только не съедобной рыбой — и в этот момент его картина мира даст трещину. А над алтайцами с их пантовыми ваннами ухахатываются в тундре — потому что логика должна где-то заканчиваться.

В чуме в тундре и баню устраивают, и стиральные машинки с телевизорами — тоже не новость. Цивилизация пришла, посмотрела и решила остаться.

Да много чего.
Осталось только доехать Ямалю на Ямал. Все готово.

А пока мы за него с коллегами посмотрели на этот праздник северной жизни.
И, мягко говоря, до сих пор не можем прийти в себя.
Хотя, если честно, уже и не пытаемся.