Насколько же наивно полагать, что подписание условного Фернандеша взамен Тчуамени способно радикально изменить траекторию развития клуба — будь то структурные изменения, тактические паттерны или что-либо, подпадающее под категорию «ИГРА».

Неужели кто-то всерьез допускает, что один профиль способен трансформировать игровую модель тренера?

Приведу в пример РДЗ, который сходу внедрил свои базовые настройки, пользуясь абсолютно неподходящими профилями в лице Палиньи и Галлахера. Помешали ему эти двое, учитывая, что они совсем не пересекаются с его философией?

Работает это и в обратном направлении: появление одного Матеуша не превратит нас в команду с 65% владения вместо 52% (условно), если сама игровая модель главного тренера продолжит отталкиваться от сильных качеств имеющихся ресурсов.

Люди не учитывают/не берут во внимание, насколько тревожно будет выглядить Матеуш в связке с Майну, когда придётся защищаться от переходных фаз (а придётся, потому что сам подход это подразумевает). Оба достаточно хороши в этом аспекте, но в связке: не могут покрывать большие дистанции и не самые надёжные дуэлянты.

Антропометрия полузащиты — очень важный фактор. Всегда привожу в пример трех последних чемпионов АПЛ: общая черта, которую я заметил — наличие в составе мощного, физически развитого «якоря» (Райс, Гравенберх, Родри). У каждого из них, естественно, специфичный набор качеств (они не одинаковые, но суть думаю уяснили).

Параллельно игнорируется потеря влияния Каземиро на стандартах и его эффективность в обеих штрафных. Любой команде нужно иметь 4+ игроков с подобным функционалом на стандартах, у нас же — лишь 33-летний Магуайр и Шешко, который, вероятно, будет делить игровое время с Мбеумо/Куньей.

Романтизм этой затеи (флюидной и текучей 3-ки в полузащите) берёт своё начало из ПСЖ, но у ПСЖ в активе один из лучших атлетов этого вида спорта (Невеш), который может прыгать до Сатурна, и Руис, имеющий 60%+ успешности на втором этаже. У нас нет ни Руиза, ни Невеша.

Нельзя от балды захотеть игрока с сильными качествами на мяче, надеясь на гигантские системные изменения, параллельно упуская из виду всё то, в чём мы теряем.