Небольшая поэма о молоке или о чем то другом.

Перед тем как я помру -
Мне придумайте игру.
Мир разбитый на икру - соберу.
И в щеках моих нескучно
И в ладонях будет тучно
Я присутствую заочно - наяву.

А игра совсем не дура -
Тут кораллы и культура
Только быстро надоест. Мне придумайте другую -
Я ревную, я капризный.

Может будет - афоризмы
Может будет - сладкий сон
Или звук какой случайный
Или Феликс Мендельсон
Может праздная женитьба,
Может разная мечта,
Всё мне съесть и повторить бы -
Ни черта.

(----) - черта запела долго.
Только это - совсем не черта.
Эта падкая точка тире - это гусь.
Выбитый в тире уполномоченным мальчиком. как сто процентов.как дрожь колен.
Как вольный плен.
Как струны вен.
Забвен теперь и краток.
Я весь - сухой остаток.

Две капли - как две точки.
Тире - падение. Мой рот
Порядком обесточен
Я тень. Я сушь. Я крот.

Я лишь ----------..........
       Благая тишь...
Я вышел.
      "Ишь какой гулящий!
        Кладите его в ящик! " -
поëт хмельная баба.
Я ощущая слабо. Твоë касанье - льна... Последняя война.
Ты пристально и жутко. Почти как проститутка, как колесо телеги, как сталь и печенеги, - вильна. Бровями уверая,ты вышла из сарая.

О, нянечка, я - Пушкин!
Целуй мои макушки!
Рассказывай мне сказки!
В понурой водолазке, ловлю опять жука
Мне не хватает ласки.?.!
Дрожит моя рука - две тени клавесина, плетени паутина, и тины кутерьма, и льдины и тюрьма.

Туман. Две лодки у причала.
Две девы - та кричала.
Другая пела день.
Две пригоршни овец.
Мой серый дом - отец.
Сердец заржало тренье
И хохот вдохновенья -
Не удержал - сердец.


Сердится нету нужды -
Ах отчего вы чужды
Прекрасные поля?
Извилистые лужи и запах перегара
И скучная пора...
И ты, и ты земля! (...)

Опять кинотеатр -
Я лодка, я оратор
А может быть диктатор
А может писк слюны
А может лунный кратор...
А может... звон войны..?

Ты ты ты - мы пьяны...
Только ты - красоты...
Въются сны... Кра - со - ты.
Нет я не заяц. Я другой -
Я ложка. И может быть совсем уже не кошка, ну может быть немножко. Кошка.
Окошко - вспотыка.
Я весел буду или нет,
И вот бежит сороконожка,
И река. И в реку мрак, и в реку рак, печаль уставшего барака - встречает дурака.

Две бъютъся бездорожные, безрожные, больные существа.
И в перерывах множится нетленная листва. И ленная дорога - прекрасна и грустна.
И вот выносит мать корабль пирога. Ругает мать, выносит мать, как страшного врага. И рвать готова мать пирог. Ломать его и в рот пихать. Но срок - пирог слетает с рук
Он дорог ей, пирог.
Она опять берётся рвать
Она опять берётся врать
Пахать берётся землю мать - и грязь из под ногтя
Глотать берётся мать, крехтя.
Прехт - срывает хруст.
Мех - бывает пуст.
Тут из уст её, лаптя, вышел, вышкой выпал выпут - вырывается с корнями, вырывается слетя, вырывается как кожа, вырывается как пилка, вырывается с плетенью, вырывается с мешенью...
Бабка за внучку, ручка за тучку, вкусно и скучно, долго и точно, полночно - звучно, неоднозначно, дедка за репку, репка за ветку, ветка за метку, клетка за клетку, дождь за ограду, груздь винограда, грохот снаряда, -  вырвалась точка соска...

И молоком, эта точка - как чайки, как лужи - каааааакааааааааааааааааааааааааааааааааааяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя тооооооооооосссссскааааа
Какая тоска!
Какая тоска!
Какая тоска!
Какая тоска!
Какая тоска!
Какая тоска! Какая?
Какая тоска! Лакая его молоко - мне было ничтожно легко. Я сладок не бЫл. Я гладок не бЫл. Я был Пушкин - мои зеленели макушки, и ели мне пели частушки, и ушки мои зеленели, и мушки летали, и мушки устали. И сели со мной на опушке. Так слушайте, мушки -

Кап.          Кап.
  Кап.      Кап.        Кап.

Кап.          Кап.       Кап.    

Кап.     Кап.       Кап.     Кап.

07.11.2025.

Там где то гнев, в горячей топке
На самом дне моей души
Через уста, подобно сопке
Вздымает - тише, не дыши

Иначе ты его разбудишь
Иначе он затопит всё,
Ты слов ужасных не забудешь
Он гибель нам с тобой несёт

Казалось бы, ну сколько можно
Щипать от сердца по куску
Так страшно, неуютно, сложно
Не снесть тревогу и тоску

От гнева хочется порою
Рычать, бодаться и крушить
Потом по новой не отстроить
И кровью станут вдруг першить

В отчаянье сорванные глотки
Но ты постой, ты не спеши
Мы уплывём с тобой на лодке
О борт пусть чешут камыши

Пускай не будет в околотке
На километр ни души
Мы тел изношенные шмотки
Оставим, чтобы свет души

Летал свободно и без боли
В прохладной, лиственной глуши
Или в большом бескрайнем поле
Мы тел себя с тобой лишим

Лишим себя перегородки
И вот едины, но в двоём
На нашей неуклюжей лодке
Мы рассекаем водоём

Но только как, ведь тяжесть тела
Не покидают просто так
И вот рука - вся до предела
И вот кишечника бардак

Как это всё нам надоело.
Пусть тяжесть тел не мучит нас
В телах мы в этих неумело
Как в акваланге водолаз

Передвигаемся едва ли
По скучной насыпи пространств
Мы те тела не выбирали
Пускай они оставят нас

Пришла пора нам уже сбросить
Тяжелый, пагубный баласт
Как лист, когда приходит осень
Со древа падает как пласт

Быть может так, найдём с тобою
Мы тот спасительный баланс
Наедине, судьба с судьбою
Нельзя оставить этот шанс

Так что же, ты пойдёшь со мною?
В чертоги лиственной глуши
В бескрайнее большое поле?
Возьми меня и задуши

Как по утрам зубную пасту
Из тела мерзкого скорей
Меня ты выдави, напрасно
Ты это тело не жалей

Своё ты выброси проворно
В цветущий, теплый водоём
Душа твоя подобно вору
Пролезет в маленький проём

Тебя я встречу уже там же
И тут же крепко обниму
Но рук уж нет теперь, и как же?
Что теперь делать, не пойму

Теперь объятья недоступны
Теперь не вскроются уста
Что оставались неприступны
Что делать? Досчитать до ста?

Мы не готовы к новым формам
И мчимся с непривычки ввысь
Мы потеряли ту опору
Внутри которой билась жизнь

И вот теперь, она фонтаном
Со свистом хлещет в небеса
Нехорошо теперь и там нам
Теперь нам жалко телеса

Они уютны, хоть убоги
В них есть мясная теплота
Мы все тки люди, а не боги
Как нам вернуть всё на места?

Теперь никак уже отныне
Мы потерялись навсегда
И если мы когда то были
Теперь исчезли без следа

Теперь мы бродим над рекою
От скуки страшной по ночам
И не дотронуться рукою
До оголенного плеча

И не прильнуть к тебе щекою
И не запеть, не закричать
Теперь не будут нас с тобою
Нигде в потемках замечать

Лишь впечатлительные дети
Вечерней, сумрачной порой
Увидят в скользком силуэте
Как пролетаем мы с тобой

Они решат что это ветер
Или отброшенная тень
И больше никого на свете
Не потревожим мы теперь

26.07.2024.

Заметки. (Давней давности).

...Когда она говорила, губы её взлетали и таяли, взлетали и таяли...

...Трагичная история повествует о жизни и творчестве безымянного попугая. Музыка переполненна отчаяньем, жаждой свободы и предчувствием скорой кончины...

...Вселенское социалистическое правительство выпустило новый указ, в котором определило норму любви для каждого гражданина республики...

... Я спал с 5 до 13, проснулся ненадолго, потом проспал с 13 до 19, проснулся ненадолго, почти спал с 19 до 1, почти не спал с 1 до 6, потом спал с шести до одиннадцати, проснулся ненадолго, и потом спал с одиннадцати до пяти часов вечера...

...Голова, голова, голова - из головы вытекала слизь, голову раздавили, нежным вареным ботинком, нежным вареньем...

... Я умру я умру я умру я умру я умру я умру я умру я умру я умру...

... Социальные сети - пристанище греха, разврата...
- он говорил это и доставал через рот макароны, мрачно - мрачно, по осминожьи, раскачиваясь на стуле, без помощи рук, без помощи ног... Грозные его глаза, налитые маслиновой водицей, болтались в глазницах, как два ежа в колодце. С нахлестом и пафосом. Черно - малиновая правда. "И да прибудет она в геенне огненной, и да прибудут все в геене огненной"...

... Какая мерзость - демоническая пивная баба и добрый пивной мужик выпитое кофе бунтует внутри воспаленного кишечника от них пахнет перегаром щеки поддёрнуты падением мокрый живой в своей омерзительности поцелуй охота крепкая мужичок с книжечкой следующая станция царицыно...

... Мама, пластмассовый крокодил посмотрел на меня недоброжелательно, я кидаюсь к выходу но двери отказываются расступаться передо мной...

... Собственноручно растопчу
Собственноножно задушу...

Я отрицаю вас
Я отрицаю фраз
Бронеспокойных кочерыжки
Я отрицаю звонкие отрыжки
И телефонные звонки.
Обертки и коленки.
Я радостно остался на продлёнке,
А вы шагали гордо в первый класс.
Неся свои достойнейшие морды -
Вы изучали хорды.
А я ушел в отказ.

8.07.2025.

{{Художник очень сильно переживал. Он сидел и переживал. Сначала он переживал сидя за столом. Потом он подошёл ко окну. Он сделал выразительный жест руками - никто его не услышал. Он сел за стол. Потом он сел за стул. Потом он сел на пол. Потом он встал и отряхнулся. Потом он взял листок бумаги и нарисовал на нём: дв••е точк•и, краснπую шапочку, мнимый п|орядок, торжес™тво и тождественно=сть, ле¶с и г∆оры, кло°пов и ве\твь укро℅℅па. Таким образом переживания художника нашли отражение в его творчестве))

ПОПАЛЗЛО
без сучка,без задоринки
  мыссидели - затворники
стихотворненькие. корочкой
мы кормили бездомную девочку
а на полочке - копошилась бездумная книжечка.
ближе к полночи.
чижики бедненькие
сволочи. дайте тоже им корочку, дайте -     28.11.2025.
   кожицу я собрал с лица
     и дал поклевать подлецам.
         сложен мой нож - и что ж? /стого...

Скукожился птенчик
    И помер.

ЮГОСЛАВСКОЕ
Из европейской сюиты

1.Протекая меж либо либо
Скользко как рыба рыба.
Переходные танцы - шманцы
И прочее - агнцы, оборванцы...

Нитекая и слабо и слабо
Отупевшее - лабо лабо
Пузырями шли губы губы
Подозревая в них - раба и краба...

Увели яркой буквой шесть
[Заза] толито толиэто
Боромбой, боробобой своей губой - гурьбой.
Велено - не по щучьему.
Щелочью - чуточку.
Ложью - логово.
А сороконожьего былолимногово¿

Так пускай - в кислом молоке будет кесарево,
Во всяком будет всякое,
А в косово будет сараево.

   ..   ..   .  .   .  [((12.2025 2.12.2025.]) (

*         Без головы

                  висел
Как т5рци*            [ГОСПОДЬ]
в тяжёлом постоянстве
Н  А   Д  О -  -  - М Н О Й
а я как [БЛЯДЬ] - в тяжёлом постоянстве,
      пьяных мух,
          для нас для двух -
взревел - потух - ограрный залп
  И я сказал:  0~∆, 0^∆
    А он сказал :∅∅/∅/∅
-------
...егущаястрокапрекасноедале...
  -------
  , в раскраске - книжке музжечок,
задание один - расскрасте камуфляж
И я конечно же как дурачок
взял самый яркий карандаш.
                                         4. 12.  2025
ГРАНАТОМЁТ ГОСПОДЬ ГРАНАТОМЁТ ГРАНАТОМЁТ ГОСПОДЬ ГРАНАТОМЁТ ГРАНАТОМЁТ ГРАНАТОМЁТ
И сдохнет докучающая муха...
 ----------      
        *События, описанные в данном стихотворении, вне всяких сомнений могли происходить на Балканском полуострове, где нибудь в Боснии, Албании или даже Болгарии, однако география в данном случае не играет столь важной роли, по этому не стоит уделять этому вопросу много внимания (прим.автора)

"Ты хочешь жить?" - спросила ты
А я хотел чего то боле
Печальной, сложной красоты
И неизвестной, нежной боли

Хотел узнать свою болезнь
Причину странного полета
И чувство было, где то здесь -
Такого призрачного гнёта

Молчала тихая вода
И птица в далеке кричала
Мы были вместе, навсегда
В последний раз, и всё сначала

У смерти купленный покой -
Непродолжительное время
Навеки, ласковой рукой
Ты наложила это бремя

Не излечиться, не забыть
В тисках у тягостной разлуки
Лишь на чуть чуть умерить прыть
Лишь на чуть чуть ослабить муки

Удастся может быть, и что
Опять искать для жизни повод
Всё ни к чему, и все не то
Везде тоска и этот голод

И что то тянет, наверху
Тревожно - пафосная нота
Но словом то не нареку
И сердце бьётся отчего то

И сладко начинает ныть
Его та нота истязает
Спросила ты - "ты хочешь жить?"
А я ответил -"я не знаю..."

31.12. 2024.

ЧЕХОСЛОВАКИЯ
Из европейской сюиты

Маршировали по аорте стаи беззвучных мАльчиков. Песни поющие следу Ющие -
[Ничего страшного] - ни солёного пенья пташьего
[Ничего] - ни трёх и четырёх не,
,Ни, - чваканье, че, го - страш/ш/ш/ного.
Ничего страшного - не выпекла, не рук
Ничего - ни корней, не спасибо
Ничего - вытек из урны друк
Протекая меж либо либо.
2.12.2025.

СЛУЖЕБНЫЙ КАРМАН
7 сезон. 3 серия.
"Размышления одного ухажёра"
--------------------------------------------
"Людмила, любовь моя! " - сказал я про себя, но Людмила мне не ответила. Что понятно, ведь я не озвучил этого в слух. Тоска сгущалась над моим рабочим столом. Медленный полдень убивал меня. Так бывает когда объешься какого нибудь борща, или того хуже - кукурузных палочек. Фатум, чувство надвигающейся беды скопилось у меня где то посередине кишечника, или же почек. Неведомый кракен звал меня из темноты моего же собственного темечка, звал покинуть растлевающее меня солнце, мир вокруг. Я взглянул на Людмилу, будто в последний раз. Мой взгляд остановился на её правом ухе. Почему так мало внимания уделенно красоте человеческих ушей? Представьте себе рыцаря, который поёт серенаду своей возлюбленной - он наверняка упомянет в ней про её прекрасные голубые глаза, про еë широкие плечи, про струящиеся по этим плечам волосы, не забудет он и про губы, сравнив их с каким нибудь диким вином, вспомнит её витиеватые брови, возможно в его памяти всплывёт её носик - курносый или с горбинкой, хотя петь он об этом вряд ли станет,  и все остальные части тела, не все из которых стоит воспевать в возвышенных дефирамбах. Но как же уши? "О нежный блеск твоих ушей!.. Позволь коснуться!.. " - эти строки пожалуй прозвучат абсурдно. Однако уши - это самое красивое что можно себе представить. Это же золотое сечение! Что может быть прекраснее! Я смотрел на правое ухо Людмилы и не мог оторваться. Неясное чувство смятения, предчувствие чего то рокового, наконец нашло свою причину и переросло в восторг, смешанный с ужасом. Как художники эпохи Возрождения, воспевающие совершенство человеческого тела, могли упустить из виду такое очевидное его проявление! Был бы я Леонардо да Винчи или Рафаэлем, первое что я бы сделал - это написал гигантское полотно, на котором было бы изображено одно большое человеческое ухо, в мельчайших подробностях. Почему же никто ни сделал этого за меня? А всё потому что ухо - это что то инородное, нечеловеческое, больше соответствующее эстетике экспрессионизма. Если вглядеться в картину "крик" Эдварда Мунка, можно обнаружить что лицо кричащего человека имеет форму уха, это практически оно и есть. Так же не стоит забывать о Ван Гоге... Из всех частей человеческого тела ухо больше всего претендует на то чтобы быть отсеченым, что было описано даже в Евангелии. Будто бы это что то лишнее, страшное, от чего нужно поскорее избавиться. Потому что ухо - это не часть человеческого тела. Ухо это хтонический ужас, вторжение, инопланетяне, чёрная дыра, и вместе с тем - необъяснимая, всеохватывающая красота и полное совершенство...

Лежу расплющенный любовью
Который час в своей кровати
Смотрю на жёлтые обои
С пустою, нежную апатией

Смотрю на жёлтые обои
И замечаю пару мух
Вот так бы бы и мне с тобою
Делить стену одну на двух

Вот так бы бы и мне с тобою
Вдвоем бы лапки потирать
Потом попав под мухобойку
Раскинув лапки умирать

Весна 2021

Отчего же Достоевский идиот?
Почему же Достоевский идиот?
Вот сидит он и горят его глазища
Будто только что он съел огромный борщ ,
Будто он уже нашёл и ищет
В тишине какой то радостную вошь.

Вот и возгорает его рот
Обеспечен шаткую бородкой
Взгляд его отвинчен как бы от
Взгляд его задумчивый и кроткий

Почему он идиот, не понимаю
Может я порядком тоже идиот.
Я его глазища вынимаю -
Глазик вот, и вот какой то глазик вот.

Нет на них не сыпи, не проказы
Нету туповидного бельма
Я ведь не читал его рассказы -
Там была тюрьма и кутерьма

Там порой старушек убивали
А порой ещё чего то было там
Почему он идиот, не понимаю
Глуп, бываю я, не по летам.

8.11.2025.

https://t.me/ananimnye_voprosy_bot?start=5116989756
Задавайте мне вопросы. Отправляйтесь на луну (!)

т9:
Слово луна пишется с большооой буквыы
Слово луна пишется с большооой буквы...

Весело мне, братья.🍒

Я чувства -
Фейрверк варикозный
Укрою кольчугой громоздкой
А мозг
Я, веселый и грозный,
На время совсем отключу
Помчусь я
Дорогой морозной
Где звезды, где холод нервозный,
Ничей и ужасно промозглый
К далёкому солнца лучу
Оно
Будто шарик навозный
Горячий и газообразный
Уставший, варёный и красный
Его разгляжу, поверчу
От жара покроюсь как маслом
Я потом, и сам стану красным
Его посчитаю напрасным
И тоже совсем отключу
Теперь только проблеск алмазный
На тысячи вакумных вёрст
Осколков разбившейся вазы
Пустых, обесцвеченных звёзд
Мне станет легко и спокойно
Я тихо усну и замерзну
Теперь только звёздные войны
И нет человеческих слёз.

01.07.2024.

СЛУЖЕБНЫЙ КАРМАН
7 сезон. 4 серия.
"Поражение"
-------------------------------------------
Людмила ненавязчиво
обернулась, и спросила - "что ты на меня так смотришь?" При этом по её губам проскользнула улыбка, похожая на молнию или на змейку, причём во всех значениях обоих слов. Я молчал. Она вернулась к работе, будто и не оборачивалась . Я придвинулся к ней поближе. При этом я старалась как можно тише дышать, чтобы не отвлекать её от работы. Воздух, выходящий из моего рта, я пережимал кадыком, таким образом наружу попадала лишь малая его часть. Может быть эти мои ухищрения и привели к тем последствиям, о которых я уже рассказывал ранее. Я давно хотел сказать Людмиле что наши отношения зашли в тупик, что так продолжаться больше не может, но никак не решался. И вот я наконец собрался с силами, я решил что это нужно сделать прямо сейчас.  Я уже было начал говорить, но что то пошло не так. Из за пережимания кадыком воздуха слова мои не могли вырваться наружу. Я растерянно шевелил губами, как выкинутая на сушу рыба. Голова моя закружилась, и перед глазами осталось только мерцающее отверстие Людмилиного уха. Дети иногда любят раскручивать друг друга на карусели, при этом иногда они делают это насильно. Со мной было что то похожее - меня определённо кто то раскручивал. Потом этот кто то остановился и у меня зазвенело в ушах. И кстати не только у меня, из уха Людмилы тоже доносился звон, причём колокольный. С каждым новым ударом, помимо своей воли, я приближался к нему. "Людмила, я давно хотел сказать тебе, что так продолжаться не может. Я совершенно точно люблю тебя, но твоя сумбурность, твоя быстротечность, твой гений, если хочешь - я чувствую что это меня уничтожит, что... что нельзя так..." - хотел сказать я, я уже продумал каждую фразу заранее, провертел её с разных сторон, представил в голове интонацию с которой я буду еë говорить. Губы мои были похожи в этот момент на грузинский лаваш, я конечно их не видел, но я так думаю. Они разжались с драматичным щелчком, будто кто то перезарядил пистолет, перед контрольным выстрелом в голову. Но вместо того чтобы сказать эти ужасные слова, я мягко мягко прикоснулся ими к уху... К уху моей жены, Людмилы...

СЛУЖЕБНЫЙ КАРМАН
7 сезон. 5 серия.
"Говоришь на меня - переводишь на себя"
--------------------------------------
И с тех пор завертелось, понеслось. Ухо впитало меня под корень. Так я оказался в тюрьме, так стал причиной смерти своей достопочтенной тётушки. Всему виной любовь, роковая любовь. Людмила стала называть меня "голубчик". Объяснить ей было уже ничего невозможно - то что это ничего не значит, то что за этим не стоит никакой жизни, то что это сама по себе жизнь, и не более. Людмила вгрызлась мне в шею, обгладала мои ногти, съела всю грязь из под них. Стала с остервенением гладить мои рубашки и готовить мне на завтрак вареники. Я говорил ей - "Людмила, любовь моя, какие к чёрту вареники с утра, мне итак тяжело живётся, лучше уж сразу напиться водки,  чем целые сутки носить в себе эти вареники" Она отвечала мне лишь одним словом, произнося его с лукавой улыбкой -" Жри". И я ничего не мог с этим поделать, я жрал. Я вообще не сторонник патриархальных ценностей. Её забота унижала меня. Таким образом она утверждала свою власть - через бесприкословное выполнение своих "женских" обязанностей. Я же всё больше чувствовал своё бессилие. До этого я питался исключительно рыбьей чешуëй и семечками, и был абсолютно счастливым человеком. Теперь я чувствовал над собой гнёт материального, мрачные энергии земли взяли меня за чакры, как лошадь за узду, и руководили мной. В годы моей бытовой инвалидности я размышлял о том что материя рано или поздно на меня обидится, за моё к ней пренебрежение, и отомстит мне нищетой, неизличимой болезнью или чем то пострашнее. Так и случилось. Она отомстила мне Людмилой. Людмила стала всё больше стервенеть - в ней всё больше проявлялось низкое женское, которое меня пугало сильнее всего, житейское бабье, если можно так выразиться. Носителями житейского бабьего чаще всего являются продавщицы, уборщицы, иногда медсестры. Их женственность стирается о суровой быт, как изначально исскуственное. С ним чувствуешь себя спокойно, чувствуешь что внутри тебе тоже есть комочек житейского, который уже делает тебя ценным. Они хотят тебя "приголубить" - не важно, как мужа, как сына, как внука. И казалось бы всё просто - практичность, и только практичность,никакой поэзии, никакой мистики. Но мистика за этим стоит совершенно чудовищная. Языческое что то, древнее, власть над миром, над землёй, становление еë частью. Жуть. "Людмила, ты ж ведьма" - сказал я на тот момент своей ещё будующей жене. "Ну и че, пошли жениться" - ответила она. А дальше вы сами всё знаете...

СЛУЖЕБНЫЙ КАРМАН
8 сезон. 1 серия.
"Оскорбление чувств"
--------------------------------------------------
"Было много ужасных баб
   Было мало искренних лилий
     Был я часто и падок, и слаб
       Исчезал я порой, словно иний... "
- декларировал Леха. Вдруг как в сказке скрипнула увесистая, стальная дверь и в камеру ввалился вонючий, бородатый индивид, с испуганными, но уверенными в себе глазами. Он держал в руках маленькую кутомку, как ёжик в тумане. Мы поздоровались с ним, но он ничего не ответил. На его лице был заметен суровый отпечаток мучениства, высокая и страшная идея. Возможно это просто были отёки, но создавали они именно такое впечатление. Под глазами было очереченно большое пространство для синяков, но начинались они чуть ниже, чем положено, и казалось были совсем прозрачными, а не синими. Чем то он напоминал великого русского писателя Фёдора Михайловича Достоевского. Леха гостеприимно усмехнулся. Наш новый сожитель хотел кажется что то сказать, но воздержался. Он довольно сдержанно присел и уставился перед собой. Взгляд его был одновременно тупым и мудрым. Такой взгляд нужно прожить. Казалось наш гость никогда не выходил из состояния этого хрупкого баланса тупизны и мудрости. Ближайшие три часа с ним вообще невозможно было взаимодействовать. Мы с Лёхой могли лишь порадоваться за него, мы решили что он нашёл свой заветный дзен и счастлив в нём. Для нас , судя по всему, в этом дзене места не было. Дело шло к вечеру, наш гость неожиданно встал и  начал читать своебразную молитву:

"Благословенная тля!
Укрой мя воинством твоим
От бед и сует человеческия
Пожри недостойную плоть мою
Усмири мятежный дух мой
И возрадуюсь я, в благолепии твоем
Яко же ты есть истина, покров всех праведных
И нечестивцам воздаяние
Аминь."

Мы с Лёхой многозначительно переглянулись. Я кажется что то вспомнил, а его будто то бы задело за живое. Он резко вскочил со своей койки,  и перегнулся головой к нашему новому соседу. "Извините" - начал он, с интонацией человека, готового вот вот чихнуть - "извините... Вот разрешите поинтересоваться... Вот что вы нашли такого... Благословенного... Я извиняюсь... В... В тле!? " Сказав последнее слово он и в правду чихнул. Гость воинственно заурчал и стал угрожающе медленно подниматься. Леха уже пожалел что задал столь не осторожный вопрос. Но было поздно...