Предлагаю к прочтению книгу Евы Иллуз "Фабрика счастливых граждан". Авторы: Ева Иллуз — социолог, автор книг "Почему любовь ранит" и "Почему любовь уходит", а также Эдгар Кабанас, психолог.

В книге представлен социологический и социально-философский анализ современной тенденции "стремления к счастью".

Некоторое время назад я писала пост об эффекте социального давления всеобщего стремления к счастью. Исследование, которое я упоминала, хорошо дополняет идеи этой книги.

Книга интересна мне по нескольким причинам:
▫️ Она предлагает критический анализ позитивной психологии Мартина Селигмана, показывая, как определённые идеи могут получить финансирование и статус научного направления.
▫️ Социологическое объяснение "стремления к счастью" рассматривается через призму индивидуализма и коллективизма. Редко можно встретить анализ тенденций психотерапии с точки зрения других областей знания.

Также книга помогает задать важные вопросы:
▫️ О границах между различными помогающими практиками и психотерапией как обоснованной деятельностью.
▫️ О скрытых или явных сообщениях о человеке, здоровье и ценностях, которые транслируются через практику психологов и психотерапевтов. Деятельность психологов не нейтральна.
▫️ Не является ли идея "общества счастья" очередной социальной утопией или большим нарративом? А постмодернисты говорили, что большие проекты закончились)

Книга неоднозначная, и не всем понравится позиция авторов, но тем не менее ее полезно прочитать психологам и психотерапевтам, чтобы понять, что об их деятельности думают социологи, а для непрофессионалов книга может быть полезна как критика популярных психологических идей и взгляд со стороны на поп-психологию.

Давайте обсудим эту книгу!
Интересно услышать ваше мнение, пишите!

#книги

Спросила ИИ: "Какие данные о социальной тревоге устарели к 2025 году?"😁
Интересный ответ, если дальше копать, то надо запрашивать ссылки и проверять.👍

Ответ ИИ:
Вот некоторые научные данные, теории и гипотезы о социальной тревоге, которые устарели к 2025 году:

Устаревшие данные и упрощенные представления:

• Представление о социальной тревоге как о преимущественно "когнитивной" проблеме:  Хотя когнитивные модели (особенно модель Кларка и Уэллса) оказали огромное влияние и остаются важными, к 2025 году стало понятно, что социальная тревога – это гораздо более сложное и многогранное явление, чем просто "когнитивные искажения".  Исследования подчеркивают:
    * Важность эмоциональных процессов:  Эмоциональная регуляция, избегание эмоций,  интенсивность эмоциональных реакций (не только когнитивная оценка) играют ключевую роль.  Модели, интегрирующие эмоциональные процессы, такие как модель избегания опыта,  приобрели большее значение.
    * Роль телесных ощущений и интерцепции:  Социальная тревога не только в "голове", но и в "теле".  Повышенная чувствительность к телесным ощущениям, искаженное восприятие физиологического возбуждения (интерцепция)  являются важными факторами.
    * Нейробиологические основы:  Исследования нейронных цепей, нейротрансмиттеров и гормонов, связанных с социальной тревогой, стали гораздо более продвинутыми.  Упрощенное представление о "негативных мыслях" как единственной причине стало недостаточным.

• Генерализованная и негенерализованная социальная тревога как четко разделенные категории:  Разделение на генерализованную и негенерализованную формы, хотя и полезное клинически,  оказалось не столь четким и дискретным на нейробиологическом и феноменологическом уровнях.  Скорее, существует континуум социальной тревоги с различными уровнями генерализации и специфическими социальными ситуациями, вызывающими страх.  Фокус сместился на индивидуальные профили социальной тревоги, а не на жесткие категории.

• Фокус преимущественно на страхе "негативной оценки":  Хотя страх негативной оценки остается центральным, к 2025 году стало понятно, что социальная тревога также может включать другие виды социальных страхов, такие как:
    * Страх позитивной оценки:  Парадоксальный страх привлечь позитивное внимание, быть в центре внимания даже в позитивном контексте.
    * Страх ассертивности:  Трудности с выражением своих потребностей и мнений, установлением границ.
    * Страх интимности и близости:  Тревога в близких отношениях, страх уязвимости.
    * Страх показаться "скучным" или "неинтересным":  Стремление постоянно развлекать и впечатлять других.

• Представление о социальной тревоге как исключительно "расстройстве":  Все больше исследований подчеркивают континуум социальной тревожности и адаптивные функции умеренной социальной тревожности в определенных контекстах.  Полностью "избавиться" от социальной тревоги может быть не только нереалистично, но и нежелательно.  Целью терапии становится не полное устранение тревоги, а управление ею, снижение дистресса и улучшение функционирования.  Также растет понимание культурных различий в проявлении и восприятии социальной тревожности – то, что в одной культуре считается расстройством, в другой может быть вариантом нормы.

• Упрощенные нейрохимические объяснения (например, "дефицит серотонина"):  Ранние гипотезы могли сводить социальную тревогу к дисбалансу одного нейротрансмиттера, например, серотонина.  К 2025 году нейробиологическое понимание стало гораздо более сложным и системным.  Стало ясно, что:
* Задействована сложная сеть нейротрансмиттеров:  Серотонин, дофамин, ГАМК, норадреналин, окситоцин и другие нейротрансмиттеры взаимодействуют в сложных путях, регулирующих социальное поведение и тревогу.
    * Роль нейронных цепей:  Исследования фокусируются на конкретных нейронных цепях, связывающих различные области мозга (например, амигдалу, префронтальную кору, инсулу, полосатое тело) и их дисфункции при социальной тревоге.