Леви, вооружившись свежескрученной папиросой, встал у одного из окон. Скоротал несколько минут, а после решил проверить, как девчонка справляется с заданием.

— Хм, — взял одну из сигарет, проверил наполненность, как плотно скручена бумажка. — Чаще тебя так надо будет наказывать. Сделай десять. На лету схватываешь.

— Прямо как вы меня сегодня, — шепнув себе под нос, девчонка не отнималась от дела.

— Чё? 

— На лету схватили. Это была шутка, капитан.

— Глупость какая, — прикурил чужое творение прямо у стола, вызвав неодобрительный вздох. Не потому что приспичило сделать затяжку, а чтобы спугнуть внезапно появившееся желание ухмыльнуться.

— Я был о тебе лучшего мнения. 

— Я о вас тоже! — ринулась вперёд, расправила плечи, нависла над Леви, не моргая. 

— Ну, делай уже что-нибудь, раз надумала, — с полминуты пустых гляделок успел заскучать. — Только помни, что у каждого действия есть свои последствия. Как и у тех, которые мне пришлось предпринять в зале суда, — сделал уверенный шаг, девчонка — два назад.

— Почему тогда вы сейчас такой… хороший? — вытянула ногу и нагло коснулась чужой икры стопой. — Мне приснилось, что я испортила ваш дорогой чай? 

— Не знаю, что тебе там снилось. Иди за стол, я второй раз разогревать не собираюсь, — отошёл, освобождая проход к столу.

Или чтобы более не могла дотянуться.

— И вот это своё не бери, — провёл пальцами вокруг шеи, изображая её шарф, коего на месте почему-то не оказалось. — По столице в этом тряпье стыдно ходить. Тем более летом. 

— Вы тогда своё «это» тоже оставьте, — повторила жест, рассматривая чужое жабо. 

Справедливо. Хоть Леви и так не собирался его надевать, можно было подыграть девчонке. 

— Идёт. Не опаздывать. 

— Я не опоздаю. 

— Ага, а потом мне тебя снова по казармам бегать будить? — ему захотелось её побесить. Слишком спокойной и покорной была, неправильной. 

— Могу подойти в половину, — принялась ковырять пальцем дверной косяк.

Внутри комнаты повисла гробовая тишина. Подслушивали. 

— Подойди, — прошептал, чтобы не греть чужие уши. 

— Подойду, — тоже ответила едва слышно. 

— Часы по тебе сверять буду. 

Было что-то… необычное в таких обычных разговорах с Аккерман. 

— Сверяйте… 

Леви несколько раз стукнул пяткой в стену и резко отошёл. Этот диалог казался незаконченным, хоть они и обговорили все вопросы. Хотелось сказать что-то ещё, услышать что-нибудь в ответ. Но поборол себя — довольно дурью маяться. Кивнул, осмотрелся и пошёл к выходу.

— Знаете, я тут анекдот услышала…

— Анекдот, — серьёзно на неё посмотрел. — Абсурдная лживая история? 

— Смешная, — ей наконец пришло в голову вытереть рот. Девчонка распрямила спину и, тихонечко придвинувшись к нему на стуле, нагнулась, шепча. — Знаете, почему у нас кишка такая длинная? 

— Ну-ка, — скептически нахмурился. 

— Чтобы жопу горячим чаем не обжигать, — фыркнула от смеха носом, прикрывая губы тыльной стороной пальцев.  

Леви резко отвернулся и поднял ложку, прикрывая ей свой рот. В груди снова потеплело, наружу чуть не вырвался спазм смеха. Его больше веселило не сказанное, а заразительная улыбка Аккерман.

Это было опасно. Слишком лично. Интимнее всех их прошлых конфузов. 

Лучше бы они переспали в душе. Или каюте. Где угодно. Сблизились единожды, чтобы опосля разойтись навсегда. Леви не мог себе позволить расслабиться настолько, чтобы смеяться перед кем-то. Вместе с кем-то. Это звучало ещё хуже. Он прокашлялся, прогоняя остатки веселья, и молча вернулся к еде. 

— Я думала, вам понравится. Наверное, не к столу, — разочарованно вздохнула, помешивая суп ложкой. 

— Не к столу, — ответил эхом. 

И больше не сказал ни слова до возвращения на паром. 

— Капитан, — едва слышно начала Микаса. — Прошу прощения за фамильярность… Но что-то случилось?

— Йегер твой ебучий случился.

— Что произошло? — девчонка перемялась с ноги на ногу, переживая.

[…]

— С Йегером всё в порядке. Титана своего он обуздал.

— А с вами всё в порядке? — осмотрела Леви с ног до головы, а после уставилась на чашку, заполненную окурками. — Вы много курите. Очень…

— Я заебался, Аккерман, — глубоко и протяжно вздохнул, выпуская горячий дым сквозь зубы.

— Можно? — указала рукой на ближний к окну край стола. После кивка аккуратно опёрлась на угол, полуприсев. — Расскажете?

И так посмотрела своими беспокойными глазами, что Леви был готов изложить ей всё, что только знал об этом мире.

— На, — протянул руку, между его пальцев была намотана… красная лента. […] — В кровати нашёл, — шепнул, чуть приблизившись. — Больше не теряй.

— Иначе вам бы пришлось ещё один букет мне собирать, — нервно хихикнула и тут же притихла. Вырвалось. Имир иногда подтрунивала над ней на эту тему.

— Сообразила, значит, — ловко поймал девичью ладонь своей, стоило Микасе потянуться за лентой.

— Сообразила… — повторила, не задумываясь, ведь полностью потерялась в цепких пальцах капитана.

— Показывай, чё у тебя там, несчастье ты ходячее.

— Уже не ходячее… — Микаса стыдливо спрятала взгляд, наскоро разуваясь.

Указав на травмированный палец, поставила ногу на лежащее дерево. Капитан поднял девичью лодыжку и повернул, осматривая ступню.