Титан замахнулся — Леви нырнул вниз, скользя по мохнатой шкуре, и тут же рванул вверх, использовав практически последний запал газа. Морда развернулась, огромные зрачки сузились, фокусируясь на мелкой цели. Леви обожгло чужое горячее дыхание. Титан улыбался. Сквозь оскалившиеся зубы тянуло гнилью. 

Смотрел он до жути странно. Не враждебно, а с азартом. Интересом. Титан будто был рад увидеть Леви.

— А ты подойди, я и отвечу, — послышался голос из воспоминаний.

Леви выругался, пятясь назад от шока. А Микаса ощутила, как её свободную руку сжимает чужая, маленькая и холодная. Прародительница не нуждалась в словах — она умела объяснять другими методами.

— Здесь всё могло измениться, — озвучила Микаса, повернув голову к Леви. — Если бы ты тогда… Точнее, я…

— Я и отсюда бы услышала, — фраза ещё невинной Микасы, совершенно не подозревающей, что произойдёт внутри.

Стоило ей сделать шаг навстречу, прошлый Леви с силой втащил её в кабинку, прижал к стене и скользнул рукой по мокрой футболке... Последовал испуганный девичий вздох, звуки возни, а затем — глухой удар, с которым Леви повалился на кафель. Прошлая Микаса выбежала из душевых, не замечая ничего на своём пути. Даже четверых наблюдателей.

— И после такого вы за ручки держитесь? — усмехнулся Зик, протирая очки от пара.

— Где мы? — Леви понял, что задаёт неправильный вопрос. — Когда мы?.. 

— Шиганшина. Лет пять назад. Вот бы их всех можно было предупредить… — Микаса вытерла скатившуюся по щеке слезу. Леви хотел было прижать Микасу к себе, но тут же отдёрнул руку — касаться её в этом времени казалось слишком неправильным.

— Не стóит вмешиваться, — доктор поправил очки на носу и поднялся. […] — Пойдёмте. Нам есть, о чём поговорить.

— Вы знакомы? — взяла Леви за кончик рукава и повела, поскольку тот не сдвинулся с места. 

— Я знаю его как Аккермана, — Гриша заглянул в дом, а после помахал рукой, чтобы они прошли в подвал. — Того, кто способен влиять на видимое мной будущее.

Леви, вооружившись свежескрученной папиросой, встал у одного из окон. Скоротал несколько минут, а после решил проверить, как девчонка справляется с заданием.

— Хм, — взял одну из сигарет, проверил наполненность, как плотно скручена бумажка. — Чаще тебя так надо будет наказывать. Сделай десять. На лету схватываешь.

— Прямо как вы меня сегодня, — шепнув себе под нос, девчонка не отнималась от дела.

— Чё? 

— На лету схватили. Это была шутка, капитан.

— Глупость какая, — прикурил чужое творение прямо у стола, вызвав неодобрительный вздох. Не потому что приспичило сделать затяжку, а чтобы спугнуть внезапно появившееся желание ухмыльнуться.

— Я был о тебе лучшего мнения. 

— Я о вас тоже! — ринулась вперёд, расправила плечи, нависла над Леви, не моргая. 

— Ну, делай уже что-нибудь, раз надумала, — с полминуты пустых гляделок успел заскучать. — Только помни, что у каждого действия есть свои последствия. Как и у тех, которые мне пришлось предпринять в зале суда, — сделал уверенный шаг, девчонка — два назад.

— Почему тогда вы сейчас такой… хороший? — вытянула ногу и нагло коснулась чужой икры стопой. — Мне приснилось, что я испортила ваш дорогой чай? 

— Не знаю, что тебе там снилось. Иди за стол, я второй раз разогревать не собираюсь, — отошёл, освобождая проход к столу.

Или чтобы более не могла дотянуться.

— И вот это своё не бери, — провёл пальцами вокруг шеи, изображая её шарф, коего на месте почему-то не оказалось. — По столице в этом тряпье стыдно ходить. Тем более летом. 

— Вы тогда своё «это» тоже оставьте, — повторила жест, рассматривая чужое жабо. 

Справедливо. Хоть Леви и так не собирался его надевать, можно было подыграть девчонке. 

— Идёт. Не опаздывать. 

— Я не опоздаю. 

— Ага, а потом мне тебя снова по казармам бегать будить? — ему захотелось её побесить. Слишком спокойной и покорной была, неправильной. 

— Могу подойти в половину, — принялась ковырять пальцем дверной косяк.

Внутри комнаты повисла гробовая тишина. Подслушивали. 

— Подойди, — прошептал, чтобы не греть чужие уши. 

— Подойду, — тоже ответила едва слышно. 

— Часы по тебе сверять буду. 

Было что-то… необычное в таких обычных разговорах с Аккерман. 

— Сверяйте… 

Леви несколько раз стукнул пяткой в стену и резко отошёл. Этот диалог казался незаконченным, хоть они и обговорили все вопросы. Хотелось сказать что-то ещё, услышать что-нибудь в ответ. Но поборол себя — довольно дурью маяться. Кивнул, осмотрелся и пошёл к выходу.

— Знаете, я тут анекдот услышала…

— Анекдот, — серьёзно на неё посмотрел. — Абсурдная лживая история? 

— Смешная, — ей наконец пришло в голову вытереть рот. Девчонка распрямила спину и, тихонечко придвинувшись к нему на стуле, нагнулась, шепча. — Знаете, почему у нас кишка такая длинная? 

— Ну-ка, — скептически нахмурился. 

— Чтобы жопу горячим чаем не обжигать, — фыркнула от смеха носом, прикрывая губы тыльной стороной пальцев.  

Леви резко отвернулся и поднял ложку, прикрывая ей свой рот. В груди снова потеплело, наружу чуть не вырвался спазм смеха. Его больше веселило не сказанное, а заразительная улыбка Аккерман.

Это было опасно. Слишком лично. Интимнее всех их прошлых конфузов. 

Лучше бы они переспали в душе. Или каюте. Где угодно. Сблизились единожды, чтобы опосля разойтись навсегда. Леви не мог себе позволить расслабиться настолько, чтобы смеяться перед кем-то. Вместе с кем-то. Это звучало ещё хуже. Он прокашлялся, прогоняя остатки веселья, и молча вернулся к еде. 

— Я думала, вам понравится. Наверное, не к столу, — разочарованно вздохнула, помешивая суп ложкой. 

— Не к столу, — ответил эхом. 

И больше не сказал ни слова до возвращения на паром. 

— Капитан, — едва слышно начала Микаса. — Прошу прощения за фамильярность… Но что-то случилось?

— Йегер твой ебучий случился.

— Что произошло? — девчонка перемялась с ноги на ногу, переживая.

[…]

— С Йегером всё в порядке. Титана своего он обуздал.

— А с вами всё в порядке? — осмотрела Леви с ног до головы, а после уставилась на чашку, заполненную окурками. — Вы много курите. Очень…

— Я заебался, Аккерман, — глубоко и протяжно вздохнул, выпуская горячий дым сквозь зубы.

— Можно? — указала рукой на ближний к окну край стола. После кивка аккуратно опёрлась на угол, полуприсев. — Расскажете?

И так посмотрела своими беспокойными глазами, что Леви был готов изложить ей всё, что только знал об этом мире.

— На, — протянул руку, между его пальцев была намотана… красная лента. […] — В кровати нашёл, — шепнул, чуть приблизившись. — Больше не теряй.

— Иначе вам бы пришлось ещё один букет мне собирать, — нервно хихикнула и тут же притихла. Вырвалось. Имир иногда подтрунивала над ней на эту тему.

— Сообразила, значит, — ловко поймал девичью ладонь своей, стоило Микасе потянуться за лентой.

— Сообразила… — повторила, не задумываясь, ведь полностью потерялась в цепких пальцах капитана.

— Показывай, чё у тебя там, несчастье ты ходячее.

— Уже не ходячее… — Микаса стыдливо спрятала взгляд, наскоро разуваясь.

Указав на травмированный палец, поставила ногу на лежащее дерево. Капитан поднял девичью лодыжку и повернул, осматривая ступню.