Рынок входит в сезон отчётностей с ощущением “пока всё хорошо”. Акции растут синхронно от Токио до Нью-Йорка, и глобальные инвесторы рассчитывают на четвёртый подряд год приличной доходности. Но именно здесь и начинается проблема.

Первый реальный тест 2026 года это корпоративные прибыли. И они выходят в момент, когда фон вокруг максимально токсичный: геополитика трещит, прогнозы по росту мутные, а оценки уже на уровне, где ошибаться нельзя.

Глобальный рынок торгуется примерно по 20x forward earnings. Историческая медиана за 10 лет это 17x. То есть премия уже заложена. А в 2025 рынок вырос почти на 19%. Чтобы продолжить рост, прибыли должны не просто вырасти. Они должны вырасти без единого сбоя.

В США рынок ждёт +8% по прибыли за прошлый квартал и больше +11% в каждом квартале 2026. В Азии прогнозируют скачок на 14%. В Европе всего около +1%. Разрыв колоссальный. И именно он делает картину хрупкой.

Ключевая мысль, которую повторяют все стратеги, звучит жёстко: места для разочарований нет. Любые понижения прогнозов по 2026 мгновенно ударят по рынку. Не потому что всё плохо, а потому что всё уже слишком хорошо оценено.

Первые отчёты это подтверждают. Банки в США не сказали ничего вдохновляющего про экономику. В Европе старт был слабым, Richemont не задал нужного тона. Единственным спасением, как и последние три года, снова стал AI. TSMC дала сильный прогноз по AI-чипам и рынок выдохнул. Пока.

Но тут начинается вторая проблема. AI уже не тянет рынок в одиночку. Более того, монолитный AI-трейд начал трескаться ещё в конце 2025. И теперь весь груз ожиданий перекладывается на “остальную экономику”: потребителя, промышленность, энергетику, здравоохранение. Именно они должны доказать, что рост действительно расширяется, а не держится на одном нарративе.

Отсюда повышенное внимание к “старой экономике”. Деньги начали перетекать в банки, consumer, сырьё, промышленность. Но это не вера. Это проверка. Эти сектора должны показать, что способны сами тянуть индексы, а не просто быть фоном для Big Tech.

AI при этом никуда не исчезает, но к нему стали относиться жёстче. Рынок больше не готов платить за бесконечный capex без понятной отдачи. Meta упала после того, как напугала рынки масштабом инвестиций. Oracle, бывший любимец AI-трейда, оказался под давлением из-за выхода на долговой рынок.

Контраст показательный. “Великолепная семёрка” показывает рост прибыли около +20%, в четыре раза выше остального S&P. И при этом планирует потратить около $530 млрд в 2026. Вопрос теперь не в росте выручки, а в том, хватает ли free cash flow, чтобы всё это финансировать без разрушения баланса. Это становится ключевой метрикой сезона.

Отдельный слой неопределённости это тарифы и нефть. Торговая политика США меняется почти в реальном времени. Любое решение суда по тарифам может задним числом переписать финансовые модели компаний. Плюс риск по нефти: Венесуэла, Иран, Ормузский пролив. Это всё факторы, которые не отражаются в мультипликаторах, но легко могут в них врезаться.

Параллельно идёт оборонный бум. Рост военной напряжённости заставляет страны наращивать бюджеты, и акции defense-компаний уже улетели. Проблема в том, что оценки там тоже стали натянутыми. Рынок будет смотреть, превращается ли геополитика в устойчивый рост прибыли, или это просто премия за страх.

Европа и Азия выглядят оптимистично на бумаге. В Европе ждут восстановления прибыли после нулевого 2025, особенно в банках. В Азии рынок уже отыграл ожидания, и теперь должен их подтвердить. Китай и Корея в фокусе.

В итоге сезон отчётностей это не про “хорошо или плохо”. Это про соответствие. Рынок стоит на уровне, где всё должно сойтись одновременно: рост прибыли, устойчивый спрос, контроль затрат, ясные прогнозы. Любой сбой в одном месте мгновенно вскроет, насколько тонким стал этот баланс.

Ралли ещё живо. Но оно больше не про надежду. Оно про доказательства.

Learn Macro ◽️ Explore Macro

История с новым главой ФРС всё больше превращается в политический сигнал, а не кадровое решение.

Трамп публично даёт понять: Кевин Хассетт ему нужен не в ФРС, а рядом. Не как технократ, а как рупор. Человек, который может объяснять экономику, продавать нарратив и держать линию Белого дома. И в этом смысле назначение его в ФРС для Трампа выглядит не усилением контроля, а потерей влияния.

Фраза “я бы не хотел тебя терять” важнее любых официальных комментариев. Это прямое признание: ФРС для Трампа не площадка для коммуникации. ФРС это чёрный ящик. А Хассетт сейчас слишком ценен, чтобы отправлять его туда, где “эти ребята почти не говорят”.

Рынок это понял мгновенно. В фокусе сразу появился другой Кевин — Уорш. И не просто появился, а стал базовым сценарием. Комментарии стратегов, реакция prediction markets, движение доллара и акций — всё говорит об одном: если Хассетта оставляют в Белом доме, значит, кресло ФРС почти автоматически едет к Уоршу.

И это уже другой сигнал.

Уорш воспринимается как более жёсткий, более институциональный, более “ФРСовский” кандидат. Его назначение рынок может считать попыткой сохранить видимость независимости ФРС, даже если Белый дом усиливает давление через другие каналы. Отсюда и относительное спокойствие в реакции рынков: не паника, а настороженность.

При этом важно, что сам Трамп говорит: “в голове у меня всё уже решено”, но имени не называет. Это типичная стратегия неопределённости. Держать рынок в подвешенном состоянии, пока политические рычаги донастраиваются. Тем более что процесс упирается в Сенат, где уже есть прямое сопротивление и привязка утверждений к расследованию против ФРС.

Контекст делает всё ещё токсичнее. ФРС уже под огнём из-за расследования, Пауэлл говорит о подрыве независимости, Белый дом отвечает риторикой “надзора за деньгами налогоплательщиков”. Это уже не дискуссия о ставках. Это борьба за контроль над институтом.

И всё это происходит в момент, когда экономика тянет ФРС в разные стороны. Слабость рынка труда требует снижения ставок. Упрямая инфляция требует паузы. Новый глава, кем бы он ни был, зайдёт в ФРС с ожиданием дальнейших снижений, но без гарантии, что комитет пойдёт за ним. Особенно если Пауэлл останется в Совете управляющих.

Итог простой. Назначение главы ФРС перестало быть “кто лучше подходит”. Это вопрос архитектуры власти. Кого Трамп хочет видеть говорящим от имени экономики. Кого — сидящим в закрытой комнате и голосующим по ставке. И кого рынок сочтёт достаточно “системным”, чтобы не испугаться.

Хассетт, судя по всему, остаётся политическим активом. А значит, ФРС, скорее всего, получит не самого удобного для Белого дома человека. Но именно это сейчас и нужно, чтобы не сломать рынок раньше времени.

Learn Macro ◽️ Explore Macro

Макроэкономические события на предстоящую неделю

Рынок переключается с «инфляционных заголовков» на реальную активность.

🔴UK - в центре: CPI ждут выше (3.3% vs 3.2%), и сразу после этого проверка, выдерживает ли потребитель (Retail Sales) и что показывают Flash PMI. Если инфляция ускоряется, а спрос и услуги держатся - BoE сложнее быть голубем, GBP получает поддержку, а гилты становятся тяжелее. Если CPI неприятный, но продажи/PMI сдают - это уже история про охлаждение экономики и рост нервозности: инфляция липкая, а рост слабее.
🔴 Германия остаётся split-screen: индустрия в минусе (PMI < 50), услуги держатся - ключевой риск, если начнут проседать именно services.
🔴 США по консенсусу всё ещё крепко: manufacturing PMI выше, services высоко - любой сюрприз вверх вернёт тему higher-for-longer через доходности.

Итого: неделя про то, где трещины первыми проявятся - в спросе/услугах или только в индустрии - и насколько это меняет ожидания по ставкам.

🇬🇧Claimant Count Change - анализ
🇬🇧CPI y/y - анализ
🇺🇸Final GDP q/q - анализ
🇬🇧Retail Sales m/m - анализ
🇪🇺German Flash Manufacturing PMI - анализ
🇪🇺German Flash Services PMI - анализ
🇬🇧Flash Manufacturing PMI - анализ
🇬🇧Flash Services PMI - анализ
🇺🇸Flash Manufacturing PMI - анализ
🇺🇸Flash Services PMI - анализ

Learn Macro ◽️ Explore Macro

Начало года для software оказалось не “дном для подбора”, а продолжением распада нарратива.

Инвесторы входили в 2026 с идеей: beaten-down SaaS, дешёвые мультипликаторы, худшее уже позади. Но рынок быстро показал, что проблема не в оценках. Проблема в экзистенциальном страхе.

Релиз AI-инструмента от Anthropic 12 января стал триггером. Не потому что продукт уже что-то сломал, а потому что он напомнил, что именно может быть сломано. И этого хватило. Intuit -16% за неделю, Adobe и Salesforce -11%+. Morgan Stanley SaaS-баскет уже -15% YTD после -11% в 2025. Худший старт года с 2022.

Ключевой момент здесь не в конкретных компаниях. А в том, что рынок перестал понимать, как вообще выглядит рост software в мире AI.

Раньше всё было просто. Подписка, recurring revenue, высокая маржа, длинный горизонт. Можно было экстраполировать почти бесконечно. Поэтому и платили 40–60x. Сейчас эта логика сломалась. Если AI-агенты могут выполнять задачи 24/7, собирать отчёты, писать код, автоматизировать workflow за часы, то за что именно пользователь будет платить софту через пять лет?

И главное: incumbents пока не дают ответа.

У Salesforce есть Agentforce, но он не меняет revenue-траекторию. У Adobe есть генеративные фичи, но без прозрачных метрик и апдейтов. У большинства крупных SaaS AI есть, но как feature, а не как новый двигатель роста. Это не успокаивает рынок. Это усиливает сомнения.

В итоге сформировался токсичный консенсус: “не трогать software, даже если дешёво”. Buy-side не видит катализаторов для re-rate. Фундамент есть, но будущего никто не может смоделировать. А рынок не платит за то, что нельзя смоделировать.

Контраст с чипмейкерами максимальный. Там всё наоборот. Видимость. Контракты. Capex от hyperscaler-ов. Nvidia и компания знают, кто и сколько будет покупать. Поэтому earnings по полупроводникам +45% в 2025 и почти +60% в 2026. Определённость против неопределённости.

И вот парадокс. Software сейчас торгуется по 18x forward earnings. Самый дешёвый уровень в истории. Ниже, чем когда-либо за десятилетие. Но это уже не “value”. Это дисконт за риск того, что старую модель просто перепишут.

Оптимисты, конечно, есть. Barclays говорит про стабилизацию spending. Goldman — про расширение TAM за счёт AI. Davidson — про возврат к фундаменталу. Но все говорят одно и то же между строк: разворота пока нет.

Это не сектор, который ждёт отчётов. Это сектор, который ждёт нового ответа на вопрос “зачем мы вообще существуем в AI-мире”.

И пока этого ответа нет, дешёвые мультипликаторы не защищают. Они просто фиксируют неопределённость.

Learn Macro ◽️ Explore Macro

История с тарифами США и ЕС — это уже не торговый спор. Это демонстративная эскалация, где экономика используется как рычаг давления в геополитической игре.

Трамп фактически выдвигает ультиматум: либо Европа соглашается на сделку по Гренландии, либо с 1 февраля получает 10% тарифы, а к лету — 25%. Повод вторичен. Суть в сигнале. Торговля напрямую привязывается к вопросам безопасности и суверенитета. И это ломает всю привычную конструкцию трансатлантических отношений.

Реакция ЕС показательная. Формально — переговоры, дипломатия, экстренные саммиты. По факту — подготовка к ответному удару. На столе уже лежат тарифы на €93 млрд американских товаров. Самолёты Boeing, автомобили, бурбон. И это не блеф: меры уже одобрены ранее, просто были поставлены на паузу. Теперь их можно включить за считанные дни.

Ключевой момент — антикоэрцитивный инструмент. Это тяжёлая артиллерия ЕС, которую никогда не применяли. Он создавался именно под такие сценарии: когда торговля используется как средство политического принуждения. Если его активируют, речь пойдёт не только о тарифах. Возможны налоги на американские техкомпании, ограничения инвестиций, закрытие доступа к госзаказам. Это уже не “ответка”. Это системный конфликт.

Важно понимать масштаб. ЕС — крупнейший источник импорта в США. Более 20% всех американских импортных товаров. Любой разрыв здесь бьёт по обеим сторонам. По оценкам Bloomberg Economics, при 25% тарифах экспорт затронутых стран в США может упасть до 50%. Германия, Дания, Швеция — под максимальным ударом.

И всё это происходит на фоне ралли европейских рынков. Деньги только начали заходить в Европу: оборонка, промышленность, банки, чип-оборудование. Немецкий фискальный разворот, снижение ставок, надежды на рост прибыли. Тарифная война в этот момент — идеальный способ выбить почву из-под ног.

Американская позиция предельно цинична и потому опасна. “Европа проецирует слабость, США — силу”. Это не переговоры. Это проверка на прочность. И если ЕС сейчас отступит, он потеряет не только торговые позиции, но и политическую субъектность.

Самое тревожное здесь даже не тарифы. А прецедент. Если торговые пошлины становятся инструментом принуждения союзников по НАТО, значит, правила больше не работают. А когда правила не работают, рынок начинает закладывать хаос.

Это история не про Гренландию. Это история про то, как быстро мир может перейти от “экономического партнёрства” к открытому экономическому давлению. И для рынков это куда более серьёзный риск, чем любой отчёт по инфляции.

Learn Macro ◽️ Explore Macro

a16z делает ставку не на “вау-AI”, а на то, без чего весь этот праздник жизни просто развалится. Не чаты, не ассистенты, не красивые демки. Инфраструктура. То, за что платят инженеры, когда у них горит прод и падает масштабирование.

Cursor за год превратился из стартапа на $400 млн в компанию на $29 млрд. Двухмесячный Unconventional AI сразу получает сид за $4,5 млрд. LMArena, по сути табличка с рейтингами моделей, уже стоит почти $2 млрд. Это не про “здоровые оценки”. Это рынок, который решил, что именно инфраструктура теперь главный актив в AI. a16z это отлично понял ещё в 2024. Они собрали отдельный фонд на $1,25 млрд, а теперь докинули ещё $1,7 млрд. Но важнее не сумма, а подход. Инфраструктура для них это любой AI-софт, который покупают технари. Кодинг, биллинг, деплой, безопасность, модели. Всё, что внедряется быстро и сразу начинает жрать бюджеты. И это уже работает. Metronome ушёл Stripe примерно за $1 млрд. Salesforce забрал Regrello. Meta купила аудио-стартап. Это не “бумажные” апсайды. Это живые экзиты в разгар хайпа.

При этом внутри фонда никто не делает вид, что всё нормально. Casado прямо говорит: оценки безумные. Но дальше идёт ключевая фраза. Пользователи реальные. GPU реально крутятся. Спрос настоящий. Это не web3, где сначала токен, потом вопрос “а зачем”. Самое показательное, чего они не сделали. a16z почти не полез в дата-центры и neocloud. Теперь жалеют. CoreWeave уже под $50 млрд. И Casado честно формулирует болезненный вывод: иногда ты можешь быть прав и всё равно не заработать. Потому что рынок награждает не аккуратность, а масштаб и наглость.

Фонд старается заходить рано и писать небольшие чеки. До того как цифры становятся совсем цирковыми. Но даже это не спасает, когда стартап без продукта сразу стоит $10 млрд просто потому, что “эта команда уже делала ChatGPT”. В итоге картина простая. a16z не спорит, пузырь это или нет. Они играют внутри пузыря, но в правильном слое. Не строят бетон, не заливают капекс. Они продают лопаты. Код, биллинг, деплой, костыли, без которых весь AI-бум встанет.

Риск не в том, что AI не взлетит. Риск в другом. В какой-то момент компании скажут: “мы платим слишком много”. И тогда инфраструктуру начнёт прижимать первой. Casado это понимает. Победителей будет меньше, чем кажется. Но каждый победитель будет огромным. И именно на этих нескольких гигантов a16z и ставит.

Learn Macro ◽️ Explore Macro

Тарифы Трампа оказались ровно тем, чем и выглядели с самого начала. Налогом не на Китай, Индию или Бразилию, а на самих американцев.

Немецкий Kiel Institute разобрал данные по 25 млн поставок на $4 трлн и пришёл к простому выводу: 96% тарифной нагрузки платят американские импортеры и потребители. И только около 4% оседает на иностранных экспортёрах. То есть вся риторика “мы заставим другие страны платить” не выдерживает проверки цифрами.

Экспортёры почти не снижают цены. Ни в Бразилии, ни в Индии. Даже когда пошлины поднимали сразу до 50%. Они просто продают меньше в США и больше в других странах. Маржу не режут. Объёмы сокращают. Логика железная: лучше продать меньше, но с нормальной прибылью, чем заливать рынок убыточным товаром.

В результате $200 млрд таможенных сборов это не “деньги, выбитые из иностранных партнёров”. Это $200 млрд, вынутые из карманов американских компаний и домохозяйств. Сначала платит импортер. Потом он решает, что делать дальше: либо поднимать цены, либо жать маржу. В обоих случаях счёт в итоге приходит потребителю.

Ключевая формулировка из исследования звучит убийственно просто: тариф это не налог на иностранного производителя, а налог на потребление внутри США. Почти идеальный pass-through. Почти без сопротивления.

И это полностью ломает главный аргумент тарифной политики. Она продавалась как бесплатный инструмент давления: и партнёров накажем, и бюджет пополним, и американцев не заденем. На практике всё наоборот. Партнёры адаптировались. Бюджет пополнился. А платят за это американские покупатели.

Тарифы не меняют цены за границей. Они меняют структуру торговли и делают жизнь внутри страны дороже. Не через громкие заголовки, а через тысячи мелких решений в цепочках поставок. И именно поэтому этот налог выглядит незаметным, но ощущается всеми.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel

🇬🇧Claimant Count Change - 07:00

Анализ предстоящего события

Рынок валится не из-за отчётов и не из-за ФРС. Его трясёт из-за политики, которая внезапно стала слишком реальной.

Конфликт США и Европы вокруг Гренландии не остывает, и рынок начинает закладывать сценарий, который ещё месяц назад выглядел как анекдот. Европейские акции минус 0,9%. Stoxx 600 показал худший день за два месяца. Фьючерсы на S&P 500 падают на 1,6% и готовы обнулить рост с начала года. Азия тоже в минусе.

Триггер простой. Агрессивное давление Трампа по Гренландии возвращает страхи торговой войны, но уже не с Китаем, а с союзниками. И рынок не видит признаков деэскалации. Все ждут привычного “Tuesday Taco”, разворота или смягчения риторики. Его нет. Нервозность накапливается.

Дополнительно масло в огонь подлила Япония. Там рухнули длинные гособлигации после предвыборных обещаний снизить налоги на еду. Доходности по 30-летним бумагам рванули вверх. Это сразу же перекинулось на глобальный долговой рынок. Доходность 30-летних трежерис подпрыгнула до 4,92%.

И вот тут рынок акций начинает реально нервничать. Рост доходностей по всей кривой означает давление на оценки, особенно в США. Чем выше безрисковая ставка, тем меньше терпения к дорогим акциям. Особенно к тем, что держатся на мультипликаторах, а не на кэше.

На этом фоне деньги бегут в защиту. Золото и серебро обновляют исторические максимумы. Доллар слабеет и уходит на двухнедельный минимум. Классический risk-off, но спровоцированный не рецессией, а геополитикой и долговыми рынками.

Картина неприятная. Политический конфликт, рост доходностей, давление на оценки и отсутствие “спасительного твита”. Это не паника, но уже и не здоровая коррекция. Рынок начинает понимать, что в этот раз шутки могут затянуться.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel

Японский рынок облигаций треснул. И это уже не шум, а сигнал.

40-летние JGB улетели выше 4%. Исторический уровень. Такого не было с момента запуска бумаги в 2007 и вообще ни по одному сроку за последние 30+ лет. 30–40 лет выросли больше чем на 25 б.п. за день — самый резкий скачок со времён тарифного шока Трампа.

Триггер примитивный. Токаити выходит с предвыборным обещанием: снизить налог на продукты. Источник финансирования не назван. Рынок всё понял сам. Будет долг. Много долга. И его придётся кому-то покупать.

Аукцион 20-леток прошёл вяло, страховщики начали вываливать длинные бумаги рекордными объёмами, и дальше пошёл каскад. С октября, с момента прихода Токаити, доходности по 20–40 годам уже +80 б.п. Это не «переоценка», это смена режима.

Важно, что Япония больше не outlier. 30-летние JGB уже выше немецких. То, что десятилетиями было «якорем» глобальной доходности, внезапно перестаёт быть бесплатным. И рынок мгновенно чувствует, что если Япония отпускает длинный конец, трясти начнёт всех.

Пошёл спилловер. Трежеря продолжили падение, доллар дёрнулся, акции в Азии под давлением. MLIV прямо говорит: если движение усилится, это может стать гораздо грязнее по ходу европейской и американской сессий.

Правительство делает вид, что всё под контролем. Говорят про «устойчивую фискальную политику», «доверие рынков» и «снижение долга к ВВП». Но рынок голосует иначе. Он видит популизм без источника денег и реагирует единственным способом — продаёт.

Да, теперь JGB выглядят «дёшево» для иностранцев. 65% оборота уже делают нерезиденты. SGX запускает фьючерсы на длинные JGB. Но это не bullish story, это volatility story. Деньги приходят, когда пахнет движением.

И главный вопрос — BOJ. Пока он молчит. Unlimited buying лежит в ящике, но его не достают. Если распродажа продолжится или пойдёт дальше по миру, у BOJ не останется выбора. Интервенция станет вопросом времени.

Вывод простой. Япония больше не тихая гавань. Политика + фискальный популизм + огромный долг = рынок, который больше не верит на слово. И если именно Япония начинает шатать длинные ставки, это проблема не только Токио.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel

🇬🇧CPI y/y - 07:00

Анализ предстоящего события

Торговая сделка США–ЕС фактически поставлена на паузу. И повод уже не экономика, а чистая политика.

Европарламент заморозил ратификацию после того, как Трамп начал открыто угрожать ЕС тарифами, требуя… Гренландию. Без шуток. Пока США не откажутся от давления и «вернутся к сотрудничеству», голосования не будет. И, судя по тону, может не быть вообще.

Суть проста. Трамп использует тарифы как рычаг принуждения против суверенной территории страны ЕС. Для Брюсселя это красная линия. Не «жёсткие переговоры», а подрыв базового доверия. Поэтому сделку, которую ещё летом протащили как компромисс ради избежания торговой войны и сохранения американских гарантий безопасности, теперь просто убрали в ящик.

Напомню, условия были не подарок для Европы. 15% тарифы на большую часть европейских товаров в обмен на ноль для американской промышленности и части агро. Уже тогда многие говорили, что ЕС слишком много отдал. Сейчас эти голоса стали мейнстримом.

Трамп подлил бензина, заявив, что с 1 февраля вводит 10% тарифы против восьми стран ЕС, а к июню поднимает до 25%, если не получит «сделку по покупке Гренландии». В этот момент даже сторонники соглашения сказали: стоп. Пока не ясно, насколько вообще надёжен партнёр, никакого ratification.

Дальше — хуже. В Брюсселе обсуждают ответку: тарифы на €93 млрд американских товаров, ограничения на инвестиции, анти-coercion инструмент. Формально ЕС всё ещё говорит про диалог. Неформально — готовятся к эскалации.

Важно и то, что сделка и без этого висела на волоске. Расширение 50% тарифов на металлы, давление США по поводу европейского регулирования tech — всё это копилось. Гренландия просто стала точкой, где терпение закончилось.

Итог. Это уже не торговый спор. Это вопрос надёжности США как контрагента. ЕС даёт чёткий сигнал: если тарифы становятся инструментом геополитического шантажа, никаких «свободных рынков» не будет. Сделка, которую продавали как стабилизатор трансатлантических отношений, теперь сама стала их заложником.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel

Японский рынок облигаций дал трещину, и это уже не локальный шум, а системный сбой.

Всего $280 млн сделок хватило, чтобы устроить обвал в рынке госдолга на $7,2 трлн. Ультрадлинные JGB рухнули, доходности улетели на рекордные уровни, а по всей кривой сгорело $41 млрд. Масштаб движения такой, что в США это назвали шестисигмовым событием. И это при том, что торгов почти не было.

Это ключевая точка. Цены в Японии сейчас формируются не объёмом, а маржинальной сделкой. Рынок тонкий, дилеры зажаты по балансам, а Банк Японии больше не стоит стеной с бесконечным бидом. Много лет BOJ выжигал ликвидность, выкупая всё подряд. Теперь он отходит в сторону, и выясняется, что под рынком пустота.

Самый жёсткий удар пришёлся на 30- и 40-летние бумаги. В 30-летке за день проторговали всего $170 млн, в 40-летке ещё $110 млн. При этом доходности прыгнули больше чем на 25 б.п. Для сравнения, в фьючерсах на 10-летние JGB в тот же день прошло $41 млрд. Два разных мира. И именно длинный конец разваливается первым.

Bloomberg фиксирует рекордную дивергенцию между рыночными доходностями и их «теоретическими» значениями. Это означает одно: рынок больше не верит в собственные модели ценообразования. Дислокация стала нормой.

Кто продавал, до конца не ясно. Называют всех: хедж-фонды, первичных дилеров, страховщиков. Но причины понятны. Инфляция в Японии больше не абстракция, ставки растут, а фискальная дисциплина трещит. Идея приостановить налог с продаж на еду перед выборами только усилила страх, что контроль потерян.

Есть ещё один важный сдвиг. Рынок JGB больше не внутренний. Иностранцы сейчас делают около 65% месячного оборота, против 12% в 2009. Это деньги с коротким горизонтом, без привычки «держать до погашения». Как только что-то идёт не так, они выходят. Быстро.

И это не чисто японская история. То же самое происходит в США и Европе. Рынки суверенного долга всё больше зависят от игроков, которые первыми бегут к выходу. Ликвидность иллюзорна, пока не нужна. А когда нужна, её нет.

Япония просто первая, где этот механизм сломался публично. И если рынок, десятилетиями считавшийся самым стабильным и контролируемым в мире, может развалиться от пары сотен миллионов оборота, это плохой сигнал для всей глобальной системы.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel

🇺🇸Final GDP q/q - 13:30

Анализ предстоящего события

🇬🇧Retail Sales m/m - 07:00
➡️Анализ события

🇪🇺German Flash Man PMI - 08:30
➡️Анализ события

🇪🇺German Flash Serv PMI - 08:30
➡️Анализ события

🇬🇧Flash Man PMI - 09:30
➡️Анализ события

🇬🇧Flash Serv PMI - 09:30
➡️Анализ события

🇺🇸Flash Man PMI - 14:45
➡️Анализ события

🇺🇸Flash Serv PMI - 14:45
➡️Анализ события

Франция заходит в год неуверенно. И это уже чувствуется не по заголовкам, а по бизнесу.

Composite PMI в январе провалился ниже 50 — до 48,6. В декабре было ровно на грани, рынок ждал стабилизации. Не вышло. Это первое сжатие с осени и чёткий сигнал, что экономика начинает притормаживать.

Формально всё списали на сервисы — именно они рухнули сильнее всего, самыми быстрыми темпами с весны прошлого года. Но по факту это не про кафе и консультации. Это про ожидания. Когда бизнес не понимает, каким будет бюджет, налоги и правила игры, он просто перестаёт принимать решения. Ставит всё на паузу.

Производство слегка подросло, и на бумаге это выглядит как баланс. В реальности — нет. Французская экономика держится на сервисах. Если они уходят в минус, «плюс» в промышленности не спасает картину.

Корень проблемы — политика. После досрочных выборов страна живёт в режиме времянки. Бюджеты не проходят, дефицит висит, фискальная дисциплина — под вопросом. Даже если бюджет на 2026 формально продавят, никто всерьёз не верит, что там будет реальная консолидация. Это понимают и компании.

При этом парадокс: статистика по ВВП пока выглядит терпимо. Конец прошлого года — плюс 0,2%, экономика выдержала и внешнее давление, и внутренний бардак. Прогнозы на этот год — около 1% роста. Но PMI — это не про прошлое. Это про то, что бизнес чувствует прямо сейчас. И ощущение такое, что запала больше нет.

Важно и то, как именно падает PMI. Он показывает не глубину кризиса, а его ширину. То есть проблемы расползаются по всей экономике, даже если пока не выглядят катастрофой. Обычно это начало замедления, а не его конец.

Да, есть ложка мёда: уверенность в промышленности неожиданно выросла до максимума за несколько лет. Компании чуть лучше смотрят на заказы и загрузку. Но это скорее надежда, чем подтверждённый разворот.

Итог простой. Франция ещё не в рецессии. Но она явно теряет скорость. Политическая неопределённость начинает бить по реальному спросу, особенно в сервисах. Если бюджетный кризис не закроют быстро и внятно, PMI ниже 50 может стать не исключением, а новой нормой.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel

Трамп подает захват венесуэльской нефти как великую победу Америки, но когда дело дошло до того, чтобы быстро превратить черное золото в миллиарды долларов, Белый дом пришел не к гигантам индустрии, а к двум частным трейдинговым домам - Vitol и Trafigura.

Это не просто бизнес. Это возвращение королей теневого рынка в большую игру.

Суть вот в чем: блокада Трампа задушила добычу в Венесуэле, хранилища забиты, а теневой флот из санкционных танкеров месяцами болтается у берегов. Чтобы разгрести этот завал, нужны не лощеные CEO в галстуках, а те, кто умеет работать в серой зоне. Vitol и Trafigura получили эксклюзивные лицензии, пока остальные стоят в очереди.

Почему это важно и в чем профит?
🛑Бухгалтерская магия и маржа: Трейдеры покупают нефть у PDVSA со скидкой около $15 к Brent, а перепродают американским НПЗ (Valero, Phillips 66) со скидкой $8–9. В мире, где прибыль обычно считают центами с барреля, здесь пахнет огромными иксами.
🛑Возврат территорий: Санкции против РФ, Ирана и Венесуэлы годами выдавливали западных посредников из игры, отдавая потоки азиатским игрокам. Сейчас Vitol и Trafigura получили карт-бланш на реванш.
🛑Грязное прошлое: Забавно, что эти же компании пару лет назад признавали вину в подкупе чиновников в Южной Америке ради контрактов. Но Трампу сейчас не до этики - ему нужно, чтобы нефть текла, а деньги капали.

Но есть нюанс. Даже три:
1️⃣Логистический кошмар. Нефть марки Merey - тяжелая и вязкая, как гудрон. Ее не каждый завод переварит. Плюс огромные объемы сейчас просто перекачивают в хранилища на Карибах, где они проедают деньги за фрахт и страховку.
2️⃣Финансовый вакуум. Банки боятся венесуэльских санкций как огня, поэтому трейдеры финансируют сделки из собственного кармана. А при текущем рынке (бэквордация), когда завтрашняя нефть дешевле сегодняшней, хранение - это прямой убыток, если не продать быстро.
3️⃣Тикающие часы. Лицензии не вечны (до июня 2027), и Вашингтон вот-вот пустит на рынок конкурентов. Окно сверхприбылей закроется быстро.

Vitol и Trafigura сейчас выполняют роль чистильщиков. Они обеспечивают Трампу рычаг давления на венесуэльцев, обещая продать всё по лучшей цене. Как выразился трейдер Vitol на встрече в Белом доме: «Мы здесь, чтобы вы получили то, что хотите».

По факту, мы видим, как геополитика снова превращается в частную лавочку для крупнейших товарных дилеров мира. Они не просто везут нефть - они монетизируют хаос. И пока политики спорят о демократии, трейдеры уже фрахтуют танкеры, забирая свои $5–7 маржи с каждого барреля свободы.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel

Си Цзиньпин «обнулил» генштаб: почему дело Чжан Юся - это финал старой эпохи

Пазл в китайской оборонке сложился окончательно. Если раньше чистки в НОАК воспринимались как «косметический ремонт» и борьба с коррупцией, то субботний брифинг для высших чинов расставил точки над i. Генерал Чжан Юся - человек, который был не просто правой рукой Си, а его личным другом (их отцы воевали вместе еще при Мао) - официально под следствием. И это не просто история про взятки за должности. Это история про ядерный шпионаж и потерю берегов.

Что на столе?
1. Слив ядерных секретов в США. Это ключевое. Говорят, что ниточки потянулись после ареста Гу Цзюня (главы ядерной корпорации CNNC). Когда речь заходит о передаче техданных по ядерке главному геополитическому врагу - это уже не коррупция. Это госизмена.
2. Торговля креслами. Чжан якобы продал пост министра обороны Ли Шанфу (который сам бесследно исчез в 23-м году).
3. Создание кликов. На языке Компартии это значит, что генерал построил внутри армии свою параллельную вертикаль власти, которая начала игнорировать команды сверху.

Почему это важно прямо сейчас?
Си Цзиньпин фактически обезглавил собственную армию. Из шести профессиональных военных в Центральном военном совете остался один - и тот политрук, а не боевой офицер.
🔴Сигнал элитам: Если Си умножил на ноль своего ближайшего соратника, неприкасаемых больше нет. Это тотальная зачистка генералитета, какой не было со времен Мао.
🔴Тайваньский вопрос: Аналитики шепчутся, что такая декапитация командования на время снижает риск реального вторжения. Нельзя воевать, когда у тебя в генштабе дыра, а офицеры в Шэньяне боятся выходить из дома, потому что спецгруппа Си изымает телефоны у каждого второго.
🔴Фактор Трампа: Пекин явно готовится к жестким торгам по торговле и безопасности. Иметь за спиной генералов, которые могут «слить» данные или играть в свои игры, Си не может себе позволить.

Итог
Чжан Юся не просто ушел в отставку по возрасту»в свои 75. Его системно стирают. Группа расследования демонстративно живет в отелях Шэньяна, а не на военных базах, чтобы избежать влияния его связей. Это не просто борьба с воровством на закупках GPU и ракет. Это финальный акт консолидации власти. Си показывает: армия должна принадлежать Партии (и лично ему), а не принцам с их старыми связями. Те, кто думал, что личная дружба с вождем - это страховка от всего, сегодня получили очень холодный душ. Похоже, в ближайшие годы НОАК будет заниматься не учениями в проливе, а написанием объяснительных и поиском кротов.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel

Золото по $5,000 - это не просто красивая цифра. Это приговор нынешней финансовой системе. Если взглянуть на чарт, картина становится пугающей: с начала столетия золото обошло S&P 500 с доходностью более 1,600%. Но настоящий отрыв начался именно сейчас.

Золото всегда было «индексом страха», и сегодня этот индекс зашкаливает. Рост до $5,040 за унцию и серебро по $100 - это не случайный памп, а прямой результат политики Трампа и тотального недоверия к госдолгу.

Почему это происходит? Пазл складывается из трех частей:

1️⃣ Крах доверия к фиату (The Debasement Trade). Инвесторы бегут из гособлигаций и валют. Когда японский рынок облигаций начинает сыпаться, а ФРС оказывается под политическим давлением, крупные деньги (особенно family offices) перестают верить в бумагу. Они покупают золото не ради прибыли, а ради сохранения покупательной способности в мире, где долг растет быстрее, чем здравый смысл. Как сказал Макс Белмонт из First Eagle: «Золото — это инверсия доверия». Нет доверия — есть золото.

2️⃣ Геополитический хаос. Трамп перекраивает карту мира в реальном времени: угрозы аннексии Гренландии, интервенции в Венесуэле, атаки на независимость ФРС. Рынок не любит неопределенность, а сейчас она стала новой нормой. В такой среде золото — единственный актив, который не зависит от того, что завтра напишет президент в соцсетях.

3️⃣ Сигнал от тяжеловесов. Когда такие люди, как Кен Гриффин из Citadel и Рэй Далио, начинают указывать на золото как на тревожный сигнал, это значит, что «умные деньги» уже вышли в кэш и металлы. Они видят то же, что и мы: бесконечные дефициты бюджетов и инфляцию как единственный путь к «платежеспособности» государств.

Что дальше?
Рынок замер в ожидании нового главы ФРС. Трампу нужен «голубь», который будет печатать деньги и снижать ставки. Если это случится, золото по $5,000 покажется нам дешевой точкой входа. Бездоходный металл становится королем, когда доходность облигаций съедается инфляцией и рисками.

Это не просто ралли. Это бегство с тонущего корабля традиционных финансов. Золото не приносит дивидендов, но оно и не превращается в пыль, когда политики решают переписать правила игры.

Learn ◽️ Explore ◽️ Channel