Хорошее интервью, не зря Бренера издает Дима Гусев в издательстве «Подснежник». Узнал, например, что акцию, когда он прыгал в боксерских перчатках на Лобном месте, кричал «Ельцин, выходи!», а молодой Алексей Цветков стоял рядом и размахивал анархистским флагом, Бренер посвятил Артюру Кравану.

Ну и много другого хорошего.

«Уход — вот идея, выпестованная радикальной мыслью современности. И если постараться, можно найти элементы этой идеи не только у футуристов, дадаистов и сюрреалистов, но и у Торо и Толстого, у Гельдерлина и Блейка. А еще раньше — у францисканцев, о чем в своей книге „Высочайшая бедность“ пишет Агамбен. Уход подразумевает полный разрыв со всем институциональным политическим багажом Запада, со всеми органами государства и общества. Уход — это и есть сегодня восстание».

https://holod.media/2023/03/07/aleksandr-brener/

Из-за обстоятельств неодолимой силы стрим с группой Щенки отменяется. Сама природа, видимо, в этих краях противится всякой гуманитарной деятельности, даже такой невинной, как разбор альбома «Комплекс и синдром» под бутылку дешевого рома из придорожного супермаркета. Когда-нибудь мы с коллегами поговорим, но в других декорациях! А вы пока послушайте еще раз их альбом.

Так завыл в далекой Азии от тоски по родине, что решил: пришло время наконец посмотреть фильм «Калина красная» Василия Шукшина. Я знал точно, что это там он обнимает березки. Но оказалось, что он еще и ласково с ними щебечет. Интересно, приходило ли кому-нибудь в голову в полукилометре от пляжа на Андаманском море смотреть фильм, где уголовник-рецедивист в красной рубахе говорит березе: «Невестушка моя»?
«Калине красной» нашлось место в топе фильмов Р.-В. Фассбиндера среди «Гибели богов» Висконти и «Сало или 120 дней Содома» Пазолини — и не удивительно. Это же сюжет «Берлин-Александерплац», только по-русски. Озлобленный, недоверчивый к миру, но пытающийся найти для себя укромное место уголовник спасается при помощи любви. Только вместо Берлина — деревня в Вологодской области, чья скупая северная природа и бесхитростный рельеф проигрывают пышности тропиков, да и кто готов польститься на павлиньи перья.

Когда даже таким титанам разговорного жанра как медиа-воротиле Сергею Минаеву и блистательному автору Александру Горбачеву не удалось разговорить Дельфина, я со своими скромными способностями на многое не рассчитывал.

Но зато последний его альбом начертал в моем воображении идеальный треугольник, у подножия которого — Егор Летов и группа Лайбах, а на вершине Эрнест Хемингуэй.

Почитайте эту поучительную беседу, послушайте альбом и не забывайте баловать себя полдником и вторым ужином.

https://daily.afisha.ru/stories/25383-realnost-menya-bolshe-razdrazhaet-delfin-o-sposobah-raboty-i-chuzhom-tvorchestve/

Сергей Простаков написал такую прочувствованную и внятную рецензию на «Ротозеев», что захотелось схватить собственную брошюру с полки и с азартом забыться в ней. Это тем более странно, что любая оценка, кроме нейтральной и отрицательной, меня демотивирует.

«Недавно я осознал, что к тексту всегда нужно подходить с пониманием: сколько бы у тебя не было читателей, всегда найдётся тот, кто страдает больше тебя, кто находится в более безвыходной ситуации. Поэтому любой написанный текст, претендующий на то, чтобы его прочитали, должен иметь внутри толику если не надежды, то хотя бы утешения. „Ротозеи“ этот тест проходят. Сперанский воспевает книги и размышления о них как надёжную защиту от всех мировых неурядиц. Это текст, которым можно обернуться как тёплым одеялом в невыносимо тоскливый день. И оказаться в самой уютной темноте из возможных».

В королевстве Сиам человека подстерегает множество соблазнов, один из которых — случайно превратиться в фитнэс-кобмайн. Со мной такое как разве едва не произошло. Я поставил рекорд по количеству пробежек в месяц и даже этого не заметил. Еще усердно боролся в стиле «бразильское джиу-джитсу» и ходил на тренировки по боксу к ирландскому головорезу Джеймсу Хилану с великолепным бойцовским прозвищем «Сексуал».
Этот Джеймс — так сказать, journeyman, искатель приключений, каковых много в Таиланде. Стопроцентный ирландец с неидеальным резюме, но большой страстью к своему ремеслу. А ремесло ирландцев — это бойня. Я вообще заметил, что ирландца от русского с наскока не отличишь, присмотритесь к самому прославленному их боксеру Рикки Хаттону — это же просто дядя Коля! Ну или на Конора Макгрегора по прозвищу «Печально Известный», когда он без фирменной бороды. Словом, этот Джеймс имел взлеты и падения, подобно Дмитрию Карамазову, несколько месяцев назад люто бухал и, по выражению его друзей, «упарывал орех». Но совсем недавно он дебютировал на главном стадионе Таиланда Люмпини — и победил. У него достаточно вдохновляющая страница в сети инстаграм, где он рассказывает о своих приключениях и топит за тренировки в жанре старой школы, то есть, лучше 10 километров кросса по холмам каждый день, чем биохакинг и инновации. Скоро один из его земляков, получивший на улицах Дублина ранение мачете, будет драться в Таиланде. Я стоял с ним — у парня молниеносная реакция и отличный контратакующий кросс, да простят мне этот пассаж ненавистники Хемингуэя. Как знать, может быть, в следующем году я навещу этот волшебный остров снова и лежебоки-курортники увидят и мое лицо на одной из лубочных афишек еженедельных боев, которыми бывают захламлены прибрежные зоны.

Конкурс «Время перелома»

Дорогие друзья! Жить в учебнике истории может быть и не так весело, зато появляется шанс написать одну, а то и несколько его страниц.

Люди разных взглядов сейчас нередко враждуют между собой, излечить это можно не приняв, но хотя бы поняв другую точку зрения.

Идеальный способ для этого — изложить ее письменно. Еще лучше не просто записью , а формате короткого, емкого рассказа.

Вместе с моим добрым другом, русским лондонцем Клементом Таралевичем(@chuzhbina) мы решили подстегнуть людей желающих такой рассказ написать.

Мы объявляем о начале литературного конкурса победители которого получат ценные призы, но главное — смогут донести до широкой аудитории свою историю.

Все об формате, условиях и призах конкурса вы можете прочесть по ссылке(копия на вордпрессе)

​​Неутомимый хроникёр русской интеллигенции

Петр Дмитриевич Боборыкин (1836-1921) — фигура для русской словесности и истории уникальная. Он писал много и в разных жанрах на протяжении более полувека, подробнейшим образом фиксировал происходящие вокруг события в мире культуры, жизнь русской интеллигенции в годы золотого её расцвета. Впрочем, не только русской, часто бывая за границей, он брал на карандаш и значительные явления жизни зарубежной. Кстати, он немало поспособствовал и популярности самого слова «интеллигенция» в нашей культуре, так что ему даже приписывали изобретение этого термина.

Современники критиковали его за «фотографичность» произведений, за обилие подробностей в них. Для нас же теперь эти хроники Боборыкина представляют бесценный источник по истории России второй половины XIX века. В них знакомые имена литераторов, музыкантов и художников представлены в досконально запечатлённых декорациях своей эпохи.

В рамках новой серии «Обратная перспектива» Издательского дома «Дело» было опубликовано произведение Боборыкина, которое больше 150 лет считалось утраченным. В 2019 году его рукопись была атрибутирована руководительницей фонда редких книг Научной библиотеки РАНХиГС С.А. Миллер. Это пьеса «Скорбная братия», о потере которой Боборыкин сожалеет в воспоминаниях «За полвека».

«Скорбная братия» — это замечательная зарисовка о жизни и нравах литераторов в России 1860-х гг., где личные драмы писателей разворачиваются на фоне внутриредакционного конфликта в одном из известных толстых журналов. В ней представлена целая галерея портретов: прототипами для героев произведения послужили Н. Г. Помяловский, Ап. А. Григорьев, Н. А. Некрасов, Н. Н. Страхов и ряд других заметных участников литературной жизни тех лет.

8 апреля в 13:00 на международной книжной ярмарке интеллектуальной литературы Non/fiction Весна, в Авторском зале мы представим наше издание.

С рассказом о Боборыкине и его утраченном и вновь обретенном сочинении выступит замечательный специалист по русской общественной мысли XIX века, кандидат философских наук Андрей Тесля. Он написал для издания «Скорбной братии» подробнейшие комментарии.

Приходите, друзья!

Вспомнилось прекрасное стихотворение русского поэта Ивана Елагина, сына футуриста Венедикта Марта, далеко обскакавшего своего отца. Думаю, неплохо бы выучить его всем назубок.

* * *

Пока не заткнули кляпом
Клокочущий рот, пока
Не выгнали в ночь этапом
Под окрики с броневика,

— Загнаны в загоны,
А всё-таки живём! —
Пока, как в огонь, в вагоны
Не побросали живьём,

Пока не сбиты кучей
За проволокой колючей
И сыновья, и дочери
Под пулемётные очереди —

Пока ещё есть выход,
Выход и тьма выгод:
Стёклышком обыкновенным
(Только острей выточь!)
Раз полоснёшь по венам —
И никаких выдач!

Лучше массой аморфной!
Назад отступать — куда ж?
Пока ещё есть морфий,
Верёвка, шестой этаж —

Пока ещё не на слом,
Дышим ещё покамест —
Гневу псалом!
Ненависти акафист!

<19??>

Заходите, уважаемые коллеги!

В четверг, 13 апреля, в 19:00 в Клубе «Клуб» (Москва, Покровский б-р, д. 6/20 с 1) в рамках Публичных лекций Полит.ру участник группы «Макулатура», журналист и писатель Константин Сперанский поговорит с Лерой Антоновой о том, как сегодня обстоят дела в музыке и литературе.

Регистрация

В моей биографии много постыдных страниц, психологический тест говорит, что это из-за диссоциации. Не полностью соотношу себя с самим собой, изворачиваюсь и юлю как карманник на допросе. Вчера, например, ткнули носом в какое-то интервью десятилетней давности, где якобы говорю, что надо заниматься политикой и ходить на митинги. Если бы я прочитал это сейчас, то подумал бы: «Этот человек окончательный дэбил».

Вспомнил еще один позор: любовь к инди-попу, но тут корить себя не за что. Возможно, я единственный из оставшихся в живых, кто до сих пор тайком слушает дискографию британского лейбла Sarah Records. Группы оттуда изобрели специальный грязный стиль, который называется Anorak Pop. Анорак — в честь безразмерных дождевиков, в которые они все поголовно облачались.

То были злые аутсайдеры, которые изъяли нежность из песен Моррисси и заполнили эту полость отчаянием. Одна из моих любимых групп того времени называется в честь одноименного трека маэстро — Boyracer, а лучших их альбом — «More Songs About Frustration And Self-Hate». Звучит как ночной кошмар бизнес-коуча, победителя по жизни, и мне это нравится.

Чтобы приблизиться к пониманию этого стиля, замешанного на плохой, расхлябанной ритм-секции и бессмысленно и беспощадно бренчащих гитарах при слащавой поп-мелодике, достаточно послушать песню группы Tullycraft «Popsongs Your New Boyfriend Too Stupid To Know About». Как беззастенчиво вступает в свои права весна, как будто ничто не в силах смутить ее, так же и эта музыка — покоряет, несмотря на нелепость и подростковый гонор, а может и благодаря им. В этой песне, в принципе, дано краткое руководство к действию: кого слушать надо, чтобы быть и оставаться неудачником.

Следующие альбомы сопровождали меня в ту пору, когда про меня моя мама говорила, представляя каким-нибудь соседям по огороду, «ни работать, ни учиться не хочет». Сейчас я тоже иногда их включаю, чтобы пронестись на скромном велосипеде сквозь утопающий в закатных лучах солнца город.

1. The Lemonheads «Hate Your Friends». По ярости сравнятся с культовыми старичками панк-задротами из Descendents, только куда менее сыгранные и менее удачливые, тем и симпатичны. Присутствуют песни под названием «Fucked Up» и «Fed Up».

2. Another Sunny Day «London Weeknd». Группа, которая дала название супер-хиту Belle and Sebastian, несмотря на свой мечтательный лад, исполнена благородной ярости. Очень люблю песни «You Should All Be Murdered» и, конечно, «I’m In Love With A Girl, Who Doesn’t Know I Exist».

3. Beat Happening «Jamboree». На этом месте мог бы быть любой альбом этой загадочной группы. Их называют пионерами лоу-фая, а сами они с презрением относились к Курту Кобейну и считали, что он слизал их стиль. А когда они турили с Fugazi, фанаты Иана Маккея плевались и бросали в них помои. Заслуживает того, чтобы слушать все их альбомы подряд.

4. The Wake «Make It Loud». Еще одна банда из Глазго, сперва была даже подписана на Factory Records. Где вышел их неплохой дебют, но избалованные критики назвали их еще одними подражателями Joy Division. И тогда они взбунтовались вполне в задротском стиле — перешли на Sarah Records и выпустили сумеречный и лирический альбом. Послушайте песню «Glider», это шедевр.

5. Field Mice «Coastal». Наверное, самая близкая по звучанию к The Smiths группа, каждый из альбомов которой стал классикой звука Sarah. Этот альбом — компиляция из лучших треков, а главный хит «If You Need Someone» перепевала группа Former Ghosts, в которой на правах кореша участвовал Джейми Стюарт из Xiu Xiu.

6. Secret Shine «Untouched». Тут уже никакого неряшливого звука, шугейз-группы позволить себе такое не могли. А перед вами классика жанра, как Jesus and Mary Chain. Весь альбом в качестве саундтрека в любой свой фильм мог засунуть сам Грег Араки, а под трек «Sun Warmed Water» хочется разорвать себе лицо в приступи мучительной ностальгии о никогда не бывшем.

7. Heavenly «Heavenly vs. Satan». Вроде бы еще одна исполненная безмятежности группа с женским панк-вокалом, в начале 90-х таких расплодилось как говна за баней. Но сладкие мелодии сопровождали такие безнадежно печальные тексты, замирало сердце. Так Георгий Иванов выпустил свой галантный эстетский сборник «Отплытие на остров Цитеру» во время бушевавшей Первой мировой. Послушайте, например, песню «Cool Guitar Boy».

8. Boyracer «More Songs About Frustration And Self-Hate». Вдохновленная песней Моррисси о том, как лузер завидует красавчику-мотоциклисту, группа эта не могла не стать выдающейся. Ее короткие кривые панк-боевики идеально подходят, чтобы кататься если уж не на мотоцикле, до хотя бы на железнодорожной дрезине или фингерборде. Песни залихватские и названия хорошие: «Солнце и насилие» («Sunshine and Violence») и «Бесполезный романтик» («Useless Romantic»).