Чудесную новость для нас приготовило издательство книжного магазина «Циолковский». К концу года оно планирует выпустить из печати первый русский перевод легендарной книги швейцарского гения прошлого века Дени де Ружмона «Любовь и Западный мир». Это подробнейшее исследование феномена Любви в европейской культуре. Куртуазность, рыцарские романы, катары и альбигойцы, поэзия трубадуров и «Верные любви». Короче говоря, все, к чему мы питаем самый последовательный интерес. Дени де Ружмон был другом Жоржа Батая, внимательным читателем Отто Рана (на которого присутствую многочисленные ссылки в книге), его труд высоко ценил Евгений Головин и ни раз отмечал Александр Дугин. Наконец, теперь и у русского читателя появится возможность окунуться в головокружительное и драматическое путешествие Любви на Западе вместе с потрясающей работой Дени де Ружмона. Подписка на сбор средств на книгу открыта!

https://planeta.ru/campaigns/denis_de_rougemont

Как известно, главная беда создателей подкастов — всё рассказанное героями кажется очень важным, но, увы, приходится нещадно резать. И тем не менее, периодически мы будем публиковать невошедшие в итоговую версию фрагменты. Вот тут, например, полная версия рассказа Иванова про алкотрип Кристиана Крахта на даче Проханова.

Послушайте пока выдающийся фрагмент п.у. Владимир Сорокин

Cкандальный

Для меня вопроса: Пелевин или Сорокин не стояло. Пелевин дешевка, Сорокин же писатель и маг.
Мне кажется, Сорокин делал то же самое, что Лимонов в своих эссе «Монстр с заплаканными глазами», «Откуда берутся старухи» и «Русский адат». Зачерпывал ложкой откуда-то из советской-постсоветской утробы и подносил к лицу досужего читателя. Это была не просто «деконструкция» или расширенный комментарий к недавнему прошлому. Сорокин создавал из этого сырья свои миры, глубокие, жуткие и тревожные. И после его текстов потрясение было не только эстетическое, а и физическое.
И интересное замечание сделал Олег Кашин: Сорокин стал настолько народным, что те, кто раньше цитировал Ильфа и Петрова плюс Булгакова стали писать: «В Бобруйск ездил? Ездил падла? Ездил бля? Ездил падла ездил бля чего сопишь чего мычишь», и до сих пор продолжают.

Не знаю, подмечал ли кто, но когда Лимонов пишет о своем отвращении к ляжкам Прилепина, он, возможно невольно, цитирует слова Толстого о Тургеневе: "Мне отвратительны его либеральные ляжки".

Манипуляции с монтажом

Тюремный период Лимонова — его едва ли не пятый уже расцвет. Расцвет, но не молодость: в тексте для «Русской жизни» «Больше не беби-фейс» (https://www.facebook.com/notes/%D1%80%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D0%B6%D0%B8%D0%B7%D0%BD%D1%8C/%D1%8D%D0%B4%D1%83%D0%B0%D1%80%D0%B4-%D0%BB%D0%B8%D0%BC%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%B2-%D0%B1%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B5-%D0%BD%D0%B5-%D0%B1%D1%8D%D0%B9%D0%B1%D0%B8-%D1%84%D1%8D%D0%B9%D1%81/914308715361676/) Лимонов пишет, что лицо потеряло припухлость и щеки ввалились только после тюрьмы. Михаил Котомин верно заметил, что Лимонов уже вышел народным дедом, примирившимся со многим, против чего раньше по-подростковому ерепенился.
Короче, «Ад маргинем» сотрудничали с Лимоновым в период, когда его доспехи покрылись патиной. Тем ценнее истории про совместные попойки, про то, каким Э.В. был человеком стиля, а также «немного нерусским» во всем — от писательства до житейских манер.
Выпуск получился, возможно, излишне панегирическим и литературоведческим, но мы, маргиналы, обычно че хотим, то и делаем.

Взглянул, что читает Кристина Потупчик и сдаю назад, я совсем не начитан, дико бегу за новой книгой Докинза

Настоящим видеоматериалом Объявляется неделя Э.В. на телеграмном канале (этом)