​​Пожалуй, главное для нас стихотворение Готфрида Бенна в переводе великого Владимира Микушевича. Настоящий манифест.


Крепче держать мечи

Формула бурь социальных
значит: из века в век;
один из многострадальных —
великий человек.

Значит: лишь Силс-Мария,
молчанье за ветром вслед,
полная ран стихия
невозможных побед.

Значит: всё это схоже.
Мертвец побеждённый тих,
мёртв победитель тоже.
Зачем Ты создал их?

Значит: страшней перелома
для бивней змеиный яд;
ужас Ecce-Home
людские жилы таят.

Значит: хотят покоя
расы среди руин
подвиг — и после боя
не бояться глубин —

и значит, когда примета
распада видней в ночи, —
перед концом света
крепче держать мечи.

Готфрид Бенн

Жуйте овощи 🌶 🌽 🍅 👊

https://youtu.be/rcQ9SCGoTUU

Когда я стал слушать Джо Рогана, меня заворожил формат — четырехчасовой треп обо всем на свете, кое-как сдерживаемый условными берегами. Для меня и хороший текст — не строго отформатированный и обтесанный, а скорее беспорядочные записки на троллейбусных билетах. И тогда я стал мечтать о своем литературном подкасте, куда я буду звать разных сумасбродов и записывать наши беседы.

Но так я бы и носился с этой идей, если бы не возник мэтр Сергей Простаков с железной волей несокрушимого локомотива, мчащегося сквозь ночь. Так вот, он предложил концепт, расписал поэпизодный план, вместе мы придумали героев. Мне оставалось только разевать рот, что я, в принципе, и буду делать в рамках подкаста «Эпоха крайностей». Мы представим его уже совсем скоро, кажется, получился он отменным. И уж точно получился лучшим подкастом о литературе и о поколении нас, как читателей, среди всех подкастов о литературе на русском языке, что я слышал.

Автор и рассказчик

Обозначен я зачем-то как поэт-публицист и прочая. Не люблю вообще никакие титулы, предпочитаю максимальное нейтральные, представим, что тут написано «литератор» или «журналист».

Побывал подряд в двух платоновских местах -- Тамбове, где он с 1926 работал мелиоратором, и написал, например "Епифанские шлюзы". И Воронеже, где Платонов родился -- там ему поставили памятник, в принципе, пристойный. Видел, как по нему ползали мелкокалиберные скейтеры и самокатчики, удивленно на меня посмотревшие, когда я стал фотографировать эту фигуру мужика, зябнущую на постаменте.
Старый Тамбов действительно похож на гигантскую слободу, бараки, присосавшиеся один к другому, хитрые корявые дворы с деревянными покосившимися ставнями и маленькая речка под названием Сна (или типа того), вместо мощеных и асфальтированных дорог мерещится размытая сырая жижа, в которой сапоги вязнут.
Воронеж по сравнению с Тамбовом элегантен, как маленькая Одесса, только без моря. Но с целым строем разных тенистых бульварчиков.
По каждому новому городу в рамках федеральной целевой программы "убыточный тур макулатуры-2020" прохожу и мысленно прощаюсь, как будто я странствующий торговец похабными картинками, навсегда оставляющий свое ремесло.

В скитаниях по Воронежу

Не то чтобы я оголтелый антисоветчик, но эти бесконечные из города в город тянущиеся Карла Маркса, Социалистические, Орджоникизде, 9 января, 20 лет октября, 30 лет октября, Карла Либхнехта и Розы Люксембург заебали. Верните русские улицы.

Обложка и тема

Завтра презентуем подкаст. Работали над ним с Сергеем Простаковым и рядом иных примечательных коллег. Хотя у меня и был какой-то опыт возни в сфере медиа, я никогда не верил, что там возможно получать удовольствие от работы, всегда ты принужден на карачках ползать и на губной гармошке играть, чтобы угодить в рамки. Больше всего на свете меня угнетал энтузиазм, царивший в ньюсрумах, который мог вызвать любой новостной повод, сравнимый масштабами с гнидою. Например, кассационное рассмотрение меры пресечения фигуранту дела «Гоголь-Центра» по фамилии Малобродский. Помню, как один мой коллега-новостник, азартно потирал руки перед тем, как вальнуть заметку на эту тему, дескать, сейчас я вам задам, сатрапы!.. А один из редакторов вообще встречал любые новостные поводы вот таким приветственным визгом: "ААААААА!" (я не преувеличиваю). Ну ладно, чего-то понесло меня.
В общем, всякую актуальность я ненавижу. Я люблю археологию. И вот в рамках подкаста «Эпоха крайностей», ею мы и будем заниматься. Нет ничего более вдохновляющего, чем старые раны!

Какой великий был бой. Как только Джонс ушел из полутяжей, каждый бой теперь волнительный. А для старика Гловера это пятая победа подряд. 41 год и воля как у 62-й советской армии во время битвы за Сталинград. А все потому, что Гловер начал тренироваться с Алексом Перейрой, единственным человеком, который победил Адасанью (дважды).

https://www.youtube.com/watch?v=XUNJiAfYGF8

А вот Перейра, он просто стирает бедолаг 16-унцовыми перчатками. А что будет с ним в ММА, страшно представить.

Как говорил Рокки Бальбоа в фильме "Крид": "Один шаг - один удар". Вот, первый удар сделан, дальше будет все красивее.
Мне нравится, как получилось. И если большинство русских подкастов о литературе дослушивать до конца меня подстегивала ярость и озверение, то в "Эпохе крайностей" я просто дрейфовал по волнам удовольствий (когда слушал, ну и делал).

А в рамках презентации первого эпизода нашего, посвящаю этот отрывок из шекспировского "Кориолана" Светскому Обществу:

Что нужно вам, дворнягам,
Ни миром, ни войною недовольным?
В вас страх война вселяет, наглость - мир.
Чуть в вас поверь, так вместо лис и львов
Найдешь гусей и зайцев. Вы надежны,
Как угли раскаленные на льду
Иль градины на солнце. Вы привыкли
Караемых злодеев обелять,
Черня закон карающий. Полны вы
Враждою к тем, кто дружбой славы взыскан.
Желанья ваши - прихоти больного:
Чего нельзя вам, вас на то и тянет.
Кто ищет в вас опоры, тот плывет,
Плавник свинцовый прицепив, иль рубит
Тростинкой дуб. Безумье - верить в вас,
Меняющих ежеминутно мненья,
Превозносящих тех, кто ненавистен
Был вам еще вчера, и поносящих
Любимцев прежних!

О поражении как высшем эстетическом принципе говорят все мои любимые авторы. Бодлер называл такую стратегию дендизмом — творческим сознанием в период упадка. Он говорил, что если бы бедняки просили милостыню в красивых перчатках, то нажили бы целое состояние. Старик Беньямин обнаруживал установку на поражение при отчаянном боевом инстинкте у Кафки, когда он осознал свое писательское ремесло как принципиально неудачное, все у него стало получаться, «как во сне». Малапарте взял себе такой псевдоним, потому что расшифровывался он как «худая доля» — в противоположность Бонапарту, кумиру восторженных романтиков. Ему была по душе руинированная, послевоенная Европа.

А вот какой кусок фрагмент о поражении я прочитал в рассказе «Собственность Максимилиана Тода» британского писателя и искусствоведа Брюса Чатвина, рассказчик объясняет, почему приехал в нацистскую Германию и вступил в войска Вермахта:

Германию я избрал по причинам эстетическим. Я полагал, что война — высший эстетический опыт человека и что понимают это лишь немцы и японцы. Только они понимали структуру войны; о том, чтобы сражаться на другой стороне, невозможно было и подумать.
Нельзя сказать, чтобы я или мои друзья ожидали, что мы победим. Мы никогда не разделяли истерического оптимизма верховного командования. Мы сражались по причинам, которых этим выскочкам-оппортунистам было не понять, — для нас большевизм и национал-социализм были разными гранями одного и того же явления. Не сражались мы и за фатерлянд. Мы сражались лишь ради того, чтобы сражаться. По сути, мы сражались ради того, чтобы проиграть. В эстетическом смысле проигрывать всегда надежнее.

Как тут не вспомнить стихотворение Лимонова!

Старый фашист (Пьер Грипари)
на "днях литературы" в городе Коньяк,
посоветовавший мне прочесть Нерваля,
умер недавно…
Старый французский фашист и старый педераст.
Нерваля я не прочёл, но знаю,
что он повесился на фонаре в Париже
под первыми лучами зари
на улице Старого фонаря. Как красиво!
Проклятый поэт должен быть фашистом.
Другого выхода нет.
Все мы одержали победу (то есть
потерпели поражение) в 1995-м и рядом
Краинские сербы потеряли их землю,
Я потерял Наташу.
Не удалась попытка Денара
отбить Коморские острова.
И умер Миттеран фараон…
(Умер даже Бродский - мой антипод-соперник.
Некому посмотреть на меня,
один я остался)
Проклятый поэт должен быть фашистом.
Не удалась попытка…
Христос проиграл…
И Че Гевара с Мисимой, и Пазолини,
мы все проиграли, т. е. выиграли все…
Мы в тысячный раз выходим с тобой
из жёлтой больницы, Наташа,
у Нотрэ Дам (О, госпиталь Бога!), и апрель
наступает опять и опять…
Я был фашистом, когда я шёл с тобою
по каменным плитам
госпиталя Бога…
Я был им…
Я им остался.
Ты превратилась в бродяжку, панкетку, рок-группи,
пожирательницу грибов, в
женщину-газированный автомат.
А я не могу больше быть и…
только фашистом
примет меня земля.

Чудесную новость для нас приготовило издательство книжного магазина «Циолковский». К концу года оно планирует выпустить из печати первый русский перевод легендарной книги швейцарского гения прошлого века Дени де Ружмона «Любовь и Западный мир». Это подробнейшее исследование феномена Любви в европейской культуре. Куртуазность, рыцарские романы, катары и альбигойцы, поэзия трубадуров и «Верные любви». Короче говоря, все, к чему мы питаем самый последовательный интерес. Дени де Ружмон был другом Жоржа Батая, внимательным читателем Отто Рана (на которого присутствую многочисленные ссылки в книге), его труд высоко ценил Евгений Головин и ни раз отмечал Александр Дугин. Наконец, теперь и у русского читателя появится возможность окунуться в головокружительное и драматическое путешествие Любви на Западе вместе с потрясающей работой Дени де Ружмона. Подписка на сбор средств на книгу открыта!

https://planeta.ru/campaigns/denis_de_rougemont

Как известно, главная беда создателей подкастов — всё рассказанное героями кажется очень важным, но, увы, приходится нещадно резать. И тем не менее, периодически мы будем публиковать невошедшие в итоговую версию фрагменты. Вот тут, например, полная версия рассказа Иванова про алкотрип Кристиана Крахта на даче Проханова.