Обезоруженный, или Неудавшаяся любовь
Трагический водевиль в одном действии
Лев Маркович (подскакивая к даме):
Разрешите!
Дама (отстраняясь ладонями):
Отстаньте!
Л. М. (наскакивая):
Разрешите!
Дама (пихаясь ногами):
Уйдите!
Л. М. (хватаясь руками):
Дайте разок!
Дама (пихаясь ногами):
Прочь! Прочь!
Л. М.:
Один только пистон!
Дама (мычит, дескать «нет»).
Л. М.:
Пистон! Один пистон!
Дама (закатывает глаза).
Л. М. (Суетится, лезет рукой за своим инструментом и вдруг оказывается, не
может его найти).
Л. М.:
Обождите! (Шарит у себя руками). Что за чччорт!
Дама (с удивлением смотрит на Льва Марковича).
Л. М.:
Вот ведь история!
Дама:
Что случилось?
Л. М.:
Хм… (смотрит растерянно во все стороны).
Занавес
Трагический водевиль в одном действии
Лев Маркович (подскакивая к даме):
Разрешите!
Дама (отстраняясь ладонями):
Отстаньте!
Л. М. (наскакивая):
Разрешите!
Дама (пихаясь ногами):
Уйдите!
Л. М. (хватаясь руками):
Дайте разок!
Дама (пихаясь ногами):
Прочь! Прочь!
Л. М.:
Один только пистон!
Дама (мычит, дескать «нет»).
Л. М.:
Пистон! Один пистон!
Дама (закатывает глаза).
Л. М. (Суетится, лезет рукой за своим инструментом и вдруг оказывается, не
может его найти).
Л. М.:
Обождите! (Шарит у себя руками). Что за чччорт!
Дама (с удивлением смотрит на Льва Марковича).
Л. М.:
Вот ведь история!
Дама:
Что случилось?
Л. М.:
Хм… (смотрит растерянно во все стороны).
Занавес
На вчерашнем квартирнике гр «макулатура» выпросил следующую книгу. Давно охотился за ней. Эти дневники даже лучше его романов, не говоря уже о пьесах, да и в принципе это общее правило — дневники лучше всего, всякой иной художественной формы. По этой книге можно гадать, каким будет твой день?
Мне выпало вот что: «Ему была свойственна эта особенная любезность парижан — нападать только на безоружных людей».
Мне выпало вот что: «Ему была свойственна эта особенная любезность парижан — нападать только на безоружных людей».
Forwarded from Под лед
Проект “Под лед”, партия “Другая Россия”, издание “Искра”, а также группа независимых поэтов решили продолжить традиции лимоновской словесности и эстетики. Мы открываем (контр)культурную площадку “Лимоновские чтения”. Нас объединяют не только общая художественная оптика и единые скрижали ценностей, но и искреннее желание преумножить дело великого русского литератора. “Лимоновские чтения” - это в первую очередь акт культурного террора, совершенный на стыке контркультуры, уличного искусства и независимой политики. И это лишь первый акт нашей пьесы о настоящей жизни, которая многим даже и не снилась.
“Лимоновские чтения” - это открытая площадка, пространство для всех злых, отверженных, не вписавшихся в формат. Место для тех, чье сердце еще не изъела моль, а в глазах не осыпается пепел. Если вы разделяете наши культурные ценности и взгляды на мир, обязательно приходите. Мы найдем формат для вашего высказывания и дадим вам слово. Пока же ждите выход пилотного выпуска сезона. Эдуард Лимонов - это мы.
“Лимоновские чтения” - это открытая площадка, пространство для всех злых, отверженных, не вписавшихся в формат. Место для тех, чье сердце еще не изъела моль, а в глазах не осыпается пепел. Если вы разделяете наши культурные ценности и взгляды на мир, обязательно приходите. Мы найдем формат для вашего высказывания и дадим вам слово. Пока же ждите выход пилотного выпуска сезона. Эдуард Лимонов - это мы.
Мучительно омерзительная песня исполнителя стинга, где он несколько минут просто блеет, почему-то пользуется особенным спросом в абсурдных декорациях русской провинции. Вот и теперь он раздаёт из радиоприемника в Кемерово, куда я приехал к маме. Радио у неё всегда работает и такое впечатление, что исторгает оно только стинга и информационные сообщения о препарате «Простамол»: просто будь мужчиной!
Каждый раз, приезжая в Кемерово, улавливаю маленькие перемены: дети стали выглядеть ухоженнее, субкультурщики кругом, мужчины носят длинные волосы не с вызовом, а как бы из косметологических соображений. Но глубинный Кузбасс прорывается, с берегов полуистлевшей реки Искитимки веет морской капустой «Красная цена», я поднимаюсь от нее по мосту «Университетский» и слушаю Sunn O))). Под этот гул сдвигаются плиты какие надо: из подлеска вылезает ханурик и слепо покачиваясь ковыляет мне навстречу, мошки висят тучами как хищные хлопья черного одуванчика. Мимо проносится жигуленок, сотрясающий глубины своей стереосистемой, которая поет моднейшего рэппера бульвара депо (или что-то в таком же стремном ключе).
Плевать на всех иных прочих участников батл рэпа + хип-хопа, только вот этого пощадите, о боги!
Дома среди распечаток статей Дугина типа Телос Истории: от традиции через модерн к постмодерну, парадигмальных оснований науки и прочего, в которых я будучи окончательным дэбилом подростком ничего разумеется не понимал, нашёл следующее сокровище. Конечно, это Стюартхоумовская дрочь сейчас выглядит нелепо и нет печальнее людей, ужаленных желтой серией альтернатива, как верно подмечал Иван Аксёнов, но текст в своё время меня здорово взбодрил