Альбом вышел! Удивительно, что кто-то прочитывает строчку «друг за друга держитесь, ведь жизнь продолжается» в жизнеутверждающем смысле. Хватаюсь за голову, а понимают ли эти жители вообще хоть что-нибудь? Но вспоминаю, что треки и, не побоюсь этого слова, стихи, в свободном полете живут уже отдельной жизнью. Кто в какую сторону ни тащил только «Хорошо, что нет царя» Георгия Иванова.

Главное для меня значение этой записи — отчаливание от любых союзов и коллективных обществ, особенно объединенных одной эмоцией. Конец досуга и всяких лайфстайловых мероприятий, бадминтона и тенниса на пикнике в белом поло, эры прохладительных напитков и инди-рока. Я всегда это в глубине души презирал, хотя и пытался в разные поры примазаться, но теперь провал господ в выходных костюмчиках очевиден. Здесь нет злорадства, а только попытка отмежеваться — утвердить свое одиночество.

https://bfan.link/eto-eshche-cvetochki

Уважаемые жители, стримы К. Сперанского упрямо возрождаются!

Отныне будем предельно конкретны — сегодня в шоу-программе разбор текстов микро-альбома группа макулатуры «это еще цветочки» плюс традиционное бормотание про книжные изделия.

Новостей много и не все из них катастрофические.

Сегодня в 20-30.

И надо подписываться на канал 👊
https://youtube.com/live/ZkocLuKu5es?feature=share

Похвальбу Кнаусгору я замечал на страницах прогрессивных медиа, но думал, что это такая новая, перефразируя Владимира Голышева, Ханья Янагихара с пенисом. Насчет последнего элемента угадал — пенису своему автор в книге отдает должное, описывая с некоторыми подробностями. Вообще, вопрос: «а нахуя мне эта информация?!» возникает ни один, и даже не сто раз, а ровно столько, сколько в книге сцен.
Когда еще все флаги были в гости к нам, по городу Петербургу слонялись группки седовласых людей с въевшимся в кожу загаром. Неестественно здоровые зубы и какая-то неадекватная улыбка выдавали в них иностранцев, которым все интересно и одновременно не интересно ничего — вот такой турист и есть писатель Кнаусгор. Если вам было любопытно, что у таких обеспеченных бюргеров в голове, вот ответ: в принципе, ничего. «Так же как и у всех нас!», — радуются критики.
Усомниться в том, что он точно не дурак, Кнаусгор не дает — он образованный европеец, зарабатывал на жизнь статьями о живописи проторенессанса. Поэтому его лупоглазый, подчеркнуто наивный стиль кажется выпадом против всякого литературного канона. Взвалив на себя задачу протоколирования жизни, он описывает незначительные события, его интересует техническая сторона, он бы и рад придать этому всему значение, но не получается. Череда событий длится, потом останавливается. Жизненные соки покидает тело так же, как оживленная толпа после часа-пик схлынывает с улицы. Автор и герой с этим ничего не может поделать — в последней трети книги он хоронит отца и плачет, что тот не увидит мира. Мир при этом герой не очень-то и любит, скорее безучастно принимает, дождь, солнце и море вызывают у него набор обывательских восторгов, но и те из вымученного чувства долга.
Единственный взгляд, которым можно читать подобное — это классовый. Как может осточертеть жизнь отпрыску состоятельной семьи, родившемуся в самое сонное время? А так, что не будет разницы между, например, фьордами и лужицами мочи, которые всюду после себя оставляет выжившая из ума бабушка.

Вооруженный иронией надежно защищен от душевных расстройств, депрессий и безумия. Это все проблемы тех, идет через жизнь со стиснутой челюстью. Зато за иронию платишь поражением — и я уверен, что именно об этом, а не о том, как больно брести домой с вечеринки, на которой с тобой никто не заговорил, все песни Моррисси и The Smiths.

Автор уважаемого канала — единственного канала о музыке, который я читаю — CAPYBARA TAPES — написал несколько проникновенных постов про Моррисси: «Человек, бывает, говорит: когда я переехал в другую страну, у меня не было ничего, только десять тысяч долларов. А другой человек, бывает, говорит: я одинок, у меня давно никого не было. Только что-то несерьезное время от времени. Моррисси — он про отсутствие любых "только" и любых "зато" тоже». Без необходимого дополнения тут вырисовывается образ какого-то задрота, или как сейчас принято выражаться, инцела, лелеющего насупленную злобу в отношении мира, который недодал ему. Стоило ли городить весь этот огород ради того, чтобы поскрежетать зубами, как прыщавый деградант?

Я уверен, что без соединения трагического пафоса с легкомысленной иронией канатоходца не было бы магии Моррисси. Он не мычит, не ноет, тыча себе в грудь, туда, где кровоточит рана, а юродствует над своим уделом, танцуя с букетом за пазухой. В этом он как раз выгодно отличается от того же Роберта Смита, которому серьезность мешает заметить, что он превратился в старую неухоженную женщину. Ну или сравните, например, песни с одинаковым даже названием «Jack the Ripper» — у Моррисси и у Ника Кейва, который утверждал, возможно в самозабвенном порыве, что его творчество — это сублимация желания убивать. Там, где от напора и харизмы Кейва становится жутко, Моррисси, как всегда, мечтательно и очаровательно паясничает.

В пору, когда принято тужиться, чтобы доказать серьезность своих намерений и взглядов (взгляните, как отсутствие даже приблизительной самоиронии погубило Канье), Моррисси выглядит чудаком и даже врагом. Расистские, антироялистские и прочие скандальные заявления, сделали его полнейшим аутсайдером. (Вот, например, на левацком сайте Mangal Media статья: «Моррисси не обезумел, он всегда был расистом», где ему, кроме прочего, вменяется в вину «вайт-пауер веганизм»). Похоже, что это сознательная стратегия нашего любимого певца. Только полная или хотя бы частичная отмена тебя, о, единственный, современным миром, способна помочь тебе сберечь душу.

А вот прекрасный свежий кавер на Смитс от другой великой группы — Spiritual Front. Насколько я не люблю жанр музыкального видео, но тут есть все лучшее: утопающий в ночной тоске город, мерцающие огни, телевизор и горемычный, но томный карлик.

https://youtu.be/K_UXzS_M2CA

Сегодня наш маэстро Никита Моисеенко в 20-00 по Москве, я уверен, что обстоятельно и захватывающе, расскажет на своем бесподобном стриме о том, как делался микро-альбом «это еще цветочки». Подсоединяйтесь через ваши собственные электроприборы!

https://youtube.com/live/UPrHQ5D5Xng

Вышел сборник рассказов Пьера Дрие ла Рошеля о Первой мировой войне. Мертвый текст #92 на 268 снежно-белых страницах. Трепещите: война найдет вас даже на страницах любимого издательства. «Комедия Шарлеруа» уже продается в нашем интернет-бистро, а скоро появится и в настоящих магазинах.

http://www.opustoshitel.ru/product/pier-drie-la-roshel-komediya-sharlerua

«Пьер Дрие ла Рошель, вероятно, единственный крупный французский писатель, открыто называвший себя фашистом. Устами одного из своих героев Дрие ла Рошель выразил собственный жизненный принцип: «во всем и всегда надо доходить до предела, до той последней черты, которая соприкасается со смертью». 15 марта 1945 года он покончил с собой, ведь «все движется в одном направлении. Все идут в ногу с жизнью, а жизнь знает, куда идет — к смерти». Дрие начинал как сюрреалист, настроенный крайне антибуржуазно, но в середине 1930-х объявил себя последователем националиста и монархиста Шарля Морраса и поддержал антикоммунистическую деятельность. Что не помешало в 1944 году стать апологетом Сталина.

«Комедия Шарлеруа» — сборник рассказов о Первой мировой войне, вдохновленных личным опытом Дрие ла Рошеля. Опытом не особо продолжительного и не особо успешного участия во всеобщей бойне. Неудивительно, что Рошель считал современную войну — войной машин, а не людей, наукой, а не искусством».

Ближайшие три недели принужден буду изображать писателя в творческой резиденции «Переделкино». Буду «работать» над дымящимся пульсирующим куском прозы и репом. Как объяснял Флобер в письме своему конфеданту Максу Дюкану, «я хочу, чтобы моя книга навевала такую тоску и скуку, что читатель решил бы: автор — идиот».

Побывал на мощнейшей экскурсии по Переделкино, видел дом Лили Брик, куда к ней в гости в 70-х заезжал Лимонов и где была сделана вот эта фотография.

Как бы Лимонов ни презирал тип переделкинского писателя-пердуна, сам он сюда наведывался и вроде бы имел не самое плохое время. Поэтому я не счел большим свинством предложить обсудить на местном «Книжном клубе» в библиотеке дома творчества главу из «Священных монстров» Лимонова — про Достоевского.

Если у вас есть досуг и пылкое желание, коллэги, приходите! Обсудим вместе. Здесь хорошая погода, падают шишки и можно посмотреть на фотографию сгорбленного Валентина Катаева, которая висит на заборе его дачи.

Анонс последует ниже 👇

В субботу, 17 июня, в Книжном клубе мы обсудим главу из книги Эдуарда Лимонова «Священные монстры»

Книга была написана писателем в тюрьме и выпущена издательством Ad Marginem в 2003 году. Великий ниспровергатель Лимонов в «Священных монстрах» проходится по сокровенному: Пушкин — поэт для календарей, Толстой — для хрестоматий, а Достоевского он называет художником «липкого и жаркого дыхания».

Мы предлагаем прочитать небольшое эссе из названной книги — как раз о Достоевском. Лимонов в нем высказывает много спорных суждений, но равно столько же — ярких и метких.

Ведущим книжного клуба выступит литератор, репер и резидент Дома творчества Переделкино Константин Сперанский:
Лимонову побоку, что Достоевский изобрел самый, пожалуй, живучий литературный характер, «подпольного человека», что он вспахал его любимого Ницше, что без него, в конце концов, не случилось бы и Беккета, пытавшегося навсегда задраить лаз в так называемую литературу. Но тогда с какой мерой Лимонов подходит к своим героям и не из хулиганских ли только побуждений он сталкивает идола с табуретки?

Начало в 16:00. Вход свободный по регистрации.

Леонид Андреев – Белоусову:
«Последние месяцы я испытываю странную и опасную развинченность моей личности. Это не то что раздвоение, а раздесятерение и даже больше; а захватывает оно не только мою духовную сферу, но гибельно отражается и на физической стороне.
Долго я искал объяснения этому странному и мучительному явлению, пока в энциклопедии не встретилось мне исчерпывающее объяснение.
Оказалось, что причиной моей развинченности является российский сепаратизм, расколовший мою, дотоле единую личность так же, как расколота Россия: отделение Польши, Украины, Финляндии и пр. вызвало и во мне соответствующие сепарации. По отцу – я великоросс, по матери и деду – поляк, по бабке и всему ее роду (Кулиш) – я хохол, по месту оседлости – финн. Далее – по деду с отцовской стороны – орловский предводитель дворянства, я помещик, крупное землевладение, буржуй; по бабке – крепостной беднейший крестьянин, эксплоатируемый класс, почти батрак.
До сих пор эти весьма разнородные национальные, государственные и классовые элементы довольно мирно уживались во мне под единой фамилией Л. Андреева, и все шестеро, великорос, поляк, хохол, финн, буржуй и батрак дружески ходили в кабак или ресторан, - и там поляк плясал мазурку, хохол спал головой на столе, помещик – привередничал, а беднейший крестьянин производил умеренный погром; великоросс же потом расплачивался по счету или производил иностранный заем.
Так жили мы все шестеро, а может – больше. И что же получилось? В то время, как хохол обнимается с немцем в восторге сепаратного мира, поляк враждует с хохлом, а великорос хочет драться с тем же немцем, поляком и хохлом…»
[Белоусов И.А. Литературная Среда: Воспоминания, 1880 – 1928. – М.: Никитинские субботники, 1928: 159 – 160]

Уважаемые коллэги,

ожидается занудно-литературный стрем, и на это есть неоспоримая санкция: вещание произойдет из творческой усадьбы Переделкино. Именно здесь нашей редакцией были прочтены книги Беккета и со всем коллективом произошло остолбенение. Протянем тралиционную сколь претенциозную, столь и дилетантскую телегу + ответим на вопросы чата.

Расчехляйте свои портмоне, расслабляйте корсеты, нажимайте лайк и кнопку с долларом.

Сегодня в 20-30

И надо подписываться на канал:
https://youtube.com/live/j2B7I4vMOZ0?feature=share

В литературных итогах первого полугодия на сайте журнала «Формаслов» литературовед и прозаик Александр Чанцев высоко оценил книгу «Статьи и письма 1934–1943 годов» Симоны Вейль:
https://formasloff.ru/2023/06/15/literaturnye-itogi-pervogo-polugodija-2023-chast-i/

«Героическими действительно стараниями переводчика Петра Епифанова и «Лимбаха» вышел очередной том Симоны Вейль... Можно сказать, что вектор этих сочинений даже публицистический, Вейль здесь комментирует корреспондентам какие-то совсем современные политические вопросы. Но пишет она все равно очень свое — религиозное, мистическое, новаторское в этих областях. Даже если не вуалировать, революционное, то неудобное, что заставляло многих отворачиваться от ее мысли, принижать ее даже. (...)

Симона Вейль хочет духовного труда, преображения человека, государства и Церкви, жаждет — всеобъемлющей духовной революции».

Книга на нашем сайте:
https://limbakh.ru/index.php?id=9494

Кумир

Наконец делимся фрагментом апрельского выступления Константина Сперанского в «Клубе»!
Посмотреть видеозапись и почитать полную расшифровку можно здесь.

Что говорил Лимонов о Достоевском — не так захватывающе, как ловко и в два приема он умел прищелкнуть встречавшихся ему на пути персон. Сегодня на Книжном клубе Денис Крюков обратил внимание, что Лимонов любит ощупывать своих персонажей, осязать их как мясные туши, вот он подобрался даже к внешнему облику Ницше в эссе о нем: «Насупленные брови над мощным носом, дремучие усы. Борец против Системы. Мне неизвестно, какого он был роста. А ведь это важно». Быков в эссе о Лимонове «An unemployed hero» писал, что только он может дать всего человека в одной фразе: «Шмаков был щедрый, толстый, слезливый, любил цветные рубашки» (источник цитаты, правда, я не нашел, возможно, Быков по своему обыкновению ее просто выдумал).

Вспоминаю, кого и как еще Лимонов так взвесил, и из самых последних характеристик на ум приходит странная пара из Н*вального и Прилепина. Про одного он писал: «У [него] нет затылка. Что свидетельствует, простите, уважаемые, о недостаточном наполнении его черепушки хвалёным серым веществом головного мозга»; про другого: «Он банален, и слишком толстые ляжки». Сравни, что называется, как говорил Толстой о Тургеневе (из воспоминаний Фета): «Я не позволю ему, - говорит с раздувающимися ноздрями Толстой, - ничего делать мне назло! Это вот он нарочно теперь ходит взад и вперед мимо меня и виляет своими демократическими ляжками!».

А вот — из «Книги мертвых-2», глава о Дине Верни: «Она сделалась совсем бесформенная в своем балахоне, как большая жаба. Лицо стало плоское, почему-то огромное, как у каменной бабы. Откуда вдруг такое лицо? За что? Это ее упрямство и сила воли расползлись, материализовавшись? Я уверен, что в старости все плюсы и минусы характера человека выползают ему налицо. Если он слаб, то исчезает подбородок, череп показывается хрупким, становится крошечным, как перепелиное яйцо. Торс тех, кто был неумеренно силен, расползается, занимая пространство».

Ну и напоследок мое любимое — из «Книги воды», я прочел это подростком и пообещал никогда не доходить до того, чтобы кому-то взбрело так отзываться обо мне: «У Цветкова оказались толстые ляжки, обращенные выпуклой поверхностью внутрь. Поверхности были натерты. Обычно это дефект толстых женщин. Я подумал: „Во, рахит! Спортом бы занялся...“, но ничего не сказал и не сделал выводов. А надо было. Таким образом сложенный человек должен иметь и другие минусы».

Конечно, таких пассажей у Лимонова много, вот бы собрать их все.