— Ты особенный, — закурив, хрипло произнёс Ромул. — Никогда ещё не видел, чтобы на меня смотрели так.

— Как? — чистые глаза Джерома светились счастьем.

— Как на чудо, — Ромул потянулся и укусил его за подбородок. — А я не чудо, детка. Я просто человек. Запомни это.

Джером не запомнил. Вернее, он запомнил, но не поверил. Потому что когда тебе двадцать и тебя целует Бог, ты думаешь, что это навсегда.