Следующим довольно депрессивным, по нисходящему градусу депрессии, будет Hiris, сделанный нежно любимой мною Оливией Джакобетти для Эрмес. Тонкий, довольно сухой, в остатке пахнет почти бумагой, почти восковыми цветами с похоронных венков, какие бывали в моём детстве. Почти. Совершенно невесомый

На этом депрессивные для меня ирисы, пожалуй, кончились. Дальше нейтральное, без эмоций внутри.
Iris Bleu Gris от "Мэтра парфюмера и перчаточника", сделанный, кажется, году в 1980м, то есть 40 лет назад. Жирный, довольно сладкий, но при этом и корневой, и землистый, и немного будуарный и вполне себе ирис. Сегодня на мне, и если пережить начало, то дальше всё только лучше, час за часом. Все пишут про зелень в начале, мне зелени не дали, для меня зелень - это немного другое.
Есть ещё 19я шанель, вот она, несмотря на стервозное начало, зеленее в разы (а потом она на этот Серо-Голубой Ирис, кстати, очень похожей получается, не идентично, но настрой и цвет один). Для меня она не депрессивная. оптимисткой конечно не назовёшь, но там просто очень ...хм... сложный характер, слишком плотно сжатые губы и до хруста сведённые вместе коленки, прикрытые юбкой-карандаш.
Есть ирисовая "Сиена Зимой", но там ирис обмазан пастой из запечённых al forno маслин, поэтому всё сурово, да депрессивно, но она депрессию не лелеет, она её активно привлекает, поэтому носить непросто и не такое уж большое удовольствие. И потом ,это делал Дюшофур, так что большое количество радиоактивных древесно-ладанно-амбровых материалов в базе неизбежно.

Ну а дальше пошли почти развесёлые Dzongkha и Ferre for Men, они конечно не мажорные, но доля щщясця в них всё-же есть. Пожалуй, на этом значимые для меня ирисы и закончились.

"Принцесса Грёза", точно!

Я осознанно не упоминаю в череде ирисов ни Диор Ом, ни Буа д Ирис, потому как в них на мой вкус утрачено безвозвратно серо-жемчужная переливчатая голубиная шея ириса (ненавижу городских голубей, кстати - наглые летучие мусорные кучи, но образ голубиной шеи тем не менее остаётся привлекательным с визуальной, так сказать, точки зрения). Утрачены туман, влажность, землистая маслянистость, мыльность ириса. О! Про мыло, есть же бесконечные Прадовские ирисовые Инфузии. Ну, тоже ни разу не ирис, так что туда же. Тем более, что я не очень хорошо срастаюсь с их парфюмером. Мне у неё всё как в том мультике: "та i народилася в нiх дiвчина, гарна-прегарна..... ме́ртва"

Кстати, о мёртвых духах для роботов. Вчера только рассуждали в узком кругу о каких-то совершенно кардинальных изменениях в ткани жизни в том, что касается искусства и литературы. Что бы ты ни смотрел новое- ощущение, что просто подглядывал в щёлку 2,5 часа - бессмысленно, а фильмов как будто два или три и каждый следующий плавно прилипает к предыдущему из-за совершенно сходной эстетики, камеры, цветового решения ( тут поразнообразнее- тёплыый, от которого срочно хочется побелить кухню, и холодный серо-голубой фильтр, после этого срочно надо топить печь🙈) Воздушной перспективы нет вообще нигде, а композитор кругом Яблонский, прости господи, со своим "Крутится-вертится шар голубой" на разные лады (может и не Яблонский, а Циммер, но суть не меняется- всё одно). Литература тоже. Книги две или три, и авторы друг у друга передирают. И стойкое ощущение, что автором руководило не желание высказать какую-то пусть не оригинальную, но хотя бы пережитую, прочувствованную идею, а просто что-то написать. Ну а про парфюмерию и мясо я ещё вчера написал. После всего этого великолепия остаётся сожаление о потраченном времени и абсолютно пустая голова. Подумать не о чем. Во всяком случае, подумать дольше, чем час или максимум до вечера этого дня.

Решили, что спрос родил предложение и теперь это просто не принято. Смотрим/нюхаем/готовим старое и по старым правилам. Ну а классиков, хвала вседержителю, тоже никто не отменял.

Бывают такие утра, когда на тебя вдруг внезапно, без предупреждения, даже без каких-то видимых причин, вдруг сваливается все удары поддых сразу: сожаления о том, чем ты мог стать, но не стал, воспоминания о смертях дорогих тебе людей, стыд за какие-то поступки из очень-очень далёкого прошлого, в основном из детства, чужие воспоминания о последней из мировых войн, отвращение к тому, во что превратился прежде любимый город, весь мрачный немецкий романтизм, не слишком хорошее самочувствие, необходимость идти на работу, Вагнер вперемешку с Верди, а сверху тебя ещё придавливает "Сотней лет одиночества" Маркеса, про которые ты не вспоминал до этого лет десять. Проносится всё это вихрем минут за пять, оставляя после себя рытвины, мусор и полную неспособность двигаться дальше. Я конечно понимаю физиологические причины (если встаёшь в последние 20 лет в шесть утра, а ложишься чаще ближе к двум, чем к двенадцати, мозг рано или поздно начинает подкидывать тебе "сурпрызы"), но это всё равно каждый раз очень ущербно.

В такие минуты спасает только стакан коньяка залпом, ну а если нельзя, а можно только понюхать, то нет ничего лучше творений Даниелы Андрие (Daniela Andrier). Может показаться, что у меня личная неприязнь к творениям и творцу, но нет: и тётка нормальная, и делает хорошо, и мне нравится, кроме того, что в них нет жизни. Более того, у меня ощущение, что они отрицают наличие таковой. Полная, даже не хирургическая, а какая-то космическая стерильность в самом малоприятном смысле этого слова.Я не знаю, что у меня с ними не так, более того, мне всё равно - ну не так и не так. Но наступают вот эти вот моменты, когда тебе надо из себя свалившуюся на тебя внезапно жизнь - изгнать, сразу и навсегда, вот тут-то они и пригождаются. Возьми любые и будь сегодня счастлив. Я взял Infusion d'Iris. Да, помогает. Радости нет, но нет и ничего другого, что плюс. Очень странно.

И ни в коем случае в такие утра нельзя даже смотреть в сторону чего-то щемящего, ну предположим, старой Мицуки, Кристаля, Амуажа Голд или Зворыкиной(она в эти моменты вообще хуже всего) - вместо брони получаешь хлюпающее кровавое месиво на месте сердца.

Вот, кстати, прекрасное свидетельство того, что наше восприятие ни фига не бывает объективно - в отсутствии душевной слабости, и Мицука и все упомянутые (и естественно, в особенности Зворыкина, что ни разу не странно) способны создать непреодолимый для окружающей мерзости барьер. Когда ты весь в золотом мареве вечной юности, и во что бы ни ступил, оно к тебе не липнет.
Но стоит только чуть дрогнуть, и "ой, всё".

Нет, всё-таки никто не сравнится с Матильдой моей! Никто не умеет так вбить стержень в самую твою сущность, превращая расхлябанное вялое существо во вполне работоспособного человека. Да, стержень вбивается транскраниально, но таки шо? Зато же ж всё работает. Речь, конечно, про 19ю Шанель в её туалетноводной ипостаси. Страшно даже представить что умеют духи😱 Почему-то вспоминается воскрешение Лазаря...

внезапно понял, кем пахнет гермесовский Hiris от Джакобетти. Есть такие авторы Буало и Нарсежак, у них есть "Из царства мёртвых", там есть персонаж по имени Полина Лажерлак, трагически покончившая с собой, но оказавшаяся потом живой (это не мистика, а детектив если что) В романтическом образе используются, если я не ошибаюсь, бледность, немного подкрашенные хной волосы, янтарные бусы, шерстяной коричневый костюм с юбкой, а главное, осень, отрешённость от мира живых и бесконечные визиты на какое-то из старых парижских кладбищ (Пер-Лашез???- не помню) и какая-то номерная из несуществующих уже шанелей (6? 26?) и запах осенних листьев, земли и шерсти. Hiris пахнет не листьями и не землёй, но вполне мог бы украсить образ той персонажЫ.

Вот! Вот что я настоятельно рекомендую всем, кто хоть немного думает о парфюмерии. Кому интересны не только духи, но и контекст, потому что Лука хоть и в некоторых случаях довольно желчный тип, но пишет про духи и всё, что вокруг, очень хорошо, хотя бы просто потому, что любит хорошую парфюмерию. У него и слог хороший, и мозги что надо. И несмотря на то, что в последнее время мои понятия о парфюмерном добре и зле стали сильнее отличаться от тУринских (спасибо вам, люди, требующие ещё большей диффузии и стойкости), читать его всегда удовольствие. А ЭТОТ перевод Гида, я уверен (и как незавершивший высшее переводческое образование человек - хы ((, и как внимательный к слову читатель), будет превосходным.

UPD: Прочитал залпом первые 99 страниц из 130 доступных на литрезе. Да, превосходно: всё, что мне нравилось в оригинале, сохранено в переводе полностью. Удовольствие от хорошо сделанной работы.

На русском вышел «Парфюмерный гид 2018» — 450-страничный путеводитель по миру парфюмерии последних десяти лет, более 1200 рецензий на духи больших французских домов и крошечных артизанальных марок из Турции, Украины, Японии, Малайзии и т. д., плюс история и практика. Написали книгу Лука Турин и Таня Санчес, звёзды парфюмерной публицистики, а перевела я.

Работа оказалась непростой и долгой: во-первых, я не профессиональный переводчик и, в отличие от Турина, не учёный, не эрудит, не меломан и не биофизик. Бывало, приходилось на полдня погружаться в специфику какого-нибудь локрийского лада, чтобы понять, что именно Турин имел в виду, привязывая его к описанию духов, и в итоге перевести рецензию размером в полстраницы. Во-вторых, эмоции: с Турина началась моя вторая жизнь — в парфюмерной журналистике, из-за него, когда-то прочитав его книгу и, простите, офигев от того, что о духах можно писать вот так, я вообще занялась тем, чем занимаюсь последние четыре года. Словом, наверняка вы найдёте в этом переводе всевозможные шероховатости, а кому-то он и вовсе может не понравиться. И всё же я надеюсь, что эта книга — желчная, поэтичная, субъективная, хорошая, в общем, книжка — принесёт вам много удовольствия.

Спасибо всем, кто участвовал в этом долгострое: Марине Грибовой, рекомендовавшей меня автору, Матвею Юдову — за огромную помощь с химической и музыкальной частями, Жене Орешину — за моральную поддержку.
https://www.litres.ru/luka-turin-26973252/parfumernyy-gid-2018/

Купился на отзыв Тани Санчез про Archives 69 ELDO/ Вот он:
Archives 69 (Etat Libre d’Orange) ★★★★ благовонная роза
Archives 69 – это два самостоятельных и превосходных аромата, сливово-розовый шипр и перечный ладан, которые, в зависимости от вашей точки зрения, постоянно меняют вид и рассыпаются на осколки других загадочных духов. Лучше пробовать на коже. ТС

ну что тебе сказать про Сахалин? -зря купился. Не напрасно я почти не подхожу к ЭЛДО. Накупил в своё время штук 12 наверное полноценных пятидесяток и стоят теперь, пылятся. Не знаю что для меня с ними не так, вернее знаю, но вроде не всё так страшно. ЭЛДО вроде сделаны хорошо, всё на месте, всё происходит вОвремя, но что-то не так. Почему-то почти все они (исключая возможно Фавна, Жасмин с окурками и, как ни странно, Секресьон манифик) звучат так, как будто их до отказа накачали стероидами. Если люди таки торгуют секс, то какого хрена так орать? Почему не завлечь покупателя чем-нибудь поинтимнее. А то звучит это всё как предложение секса на сцене перед полным залом. Не каждому такое всё-таки ((( И дело даже не в текстах - на этот ужас вообще лучше не смотреть, дело в довольно специфически подобранных мускусах видимо, очень интимных, мягких, в каждом запахе разных, но при этом всё равно сообщающих примерно одно и то же, и каждый раз с неимоверной громкостью.
Вот и в Архивах то же самое - всё на месте, но мускусы мне омерзительны, я за ними вообще ничего не могу рассмотреть (с Тильдой их, которая про тыквенный пирог, та же самая история). И на мой вкус, у Архивов таки есть прообраз - прекрасный, мягчайший, в жутком флаконе, Cabaret от GRES, который женский. Та же роза, тот же ладан, мускуса до ж..., много мускуса в общем, розовый перец сверху и на этом всё. В общем, видимо я не люблю когда мне так сильно орут в ухо, а ЭЛДО именно так и работают. В общем, хорошо бы смыть, но не получится (((

пришлось лезть в необъятные карманы сумки за какими-нибудь пробирками во спасение (хоть слегка) от Архивов. Выловил какую-то собственного изготовления хрень, неподписанную, как водится: вроде смолы (ладан, сосна??, мирра??, лабданум), точно кастореум, цветочки какие-то (османтус, роза??, мускатный шалфей как заменитель розы??), -одним словом "бобры в засаде", ну что-то очень моё. А ещё выловил Black Stone Ани Зворыкиной )))) Вот где красота и спасенье. Так и сижу как дурак с обоими запястьями к носу. Помогает, что отрадно.
Видимо, остаётся только признать, что нынешняя фабричная парфюмерия не совсем для меня делалась. Как в жизни я всегда предпочитаю встречу и разговор тет-а-тет шумной компании, так и в духах интимный голос негромких композиций мне ближе истошного крика "Заметьте меня срочно" - так и тянет сказать в ответ "меня раздражает ваша розовая кофточка, ваши сиськи и ваш микрофон". В очередной раз проклинаю потребности ширнармасс.
Кстати, полез к Ане смотреть Black Stone - не нашёл ни в регулярных, ни в архивных. Видимо, вывела из коллекции форэва, что несомненно жаль.

ну и раз Black Stone больше не с нами (если я не обознался), то пусть будет мой отзыв с фрагрантики аж пятилетней (ужас как время летит) давности

При первой встрече он показался мне “злым и одиноким”. Теперь по-другому вообще всё.
Для меня в нём нет ничего чёрного, ну или почти ничего. Если и чёрный, то как мех, например, любимого чёрного кота. А вообще Black Stone очень животный и живой, очень тактильный, он струится , как тяжёлая мягкая шерстяная ткань или очень-очень тонкая замша. На все её остальные кожано-древесно-бальзамические ароматы он, конечно, похож, но здесь совершенно другое настроение. Он не остановит ваше движение, не затуманит взгляд, не рассыплет перед вами ворох воспоминаний, чтобы не дать вам сдвинуться с места. Он, при всей своей животно-древесной тягучести, удивительно наполняет энергией, причём не потенциальной, а весьма даже кинетической. Предполагаю, что в нём удобно сворачивать горы, но пока это не требуется, можно просто погулять между сосен в дюнах, кутаясь в аромат на ветру, как в плащ. Я странным образом ощущаю в нём, впридачу к заявленному Анной, ещё и как будто камфару (очевидно, какая-то из граней ладанных смол). Вот это сочетание: объемная и плотная основа , образующая массу, силу и ледяная острая грань, отвечающая, пожалуй, за скорость и точность, - делает Black Stone очень подвижным и живым.

На самом деле сейчас, при накопленном опыте натурального сырья, при изменившихся жизненных обстоятельствах, при всех изменениях, коим мы все за это время подверглись (я не имею в виду ковид, легализацию в штатах марихуаны, пожар в Нотр-Даме или что-то вообще определённое, я имею в виду годы, -простое, обычное, изменяющее нас время) мне Чёрный Камень { как чёрный камень Каабы ))))) } снова кажется другим, чем тогда. Я помню свежесть, не в лавандовом или цитрусовом смысле, а яркость и новизну, которые я тогда в нём видел. Время прошло, я привык к нему, к ладану, дягилю и цветам тоже привык, камфары мне там уже не так и кладут, НО вот те самые сосны, осенние дюны и энергия никуда не делись.

Воистину мир познаём мы в сравнении. После морей компотов в сиропных берегах, вышедших за последние годы, даже казавшийся неимоверно приторным в 2005м году Do Son, воспринимается почти строгим и несладким. Делал его плодовитый Фабрис Пелегрин, так, похоже, для меня лично ничего и не создавший. А вот выпустили - нежно любимые мною (за всё сделанное аккурат до 2005 года) товарищи из Диптик.
По сути же Do Son (Хер сон в обиходе) - пластмассовая тубероза. Туберозное мыло в лучшем случае. Терпимо, т.е. лучше многого, что я понюхал с тех пор

кстати, похоже что вместо туберозы тут IFFшный Tuberose Floraline с каким-то там нумером, есть у меня где-то, очень похож.
На туберозу похож как открытка с видами южного курорта годов так 70х на сам южный курорт - ты понимаешь что это такое но в общем-то не то. Нет ни туберозной зелени, ни лёгкой гнильцы, ни камфары, - ничего, что делает цветок живым. В абсолюте, даже плохоньком, вот эта оживляющая "побочка" всегда есть. Я уж не говорю про Робертет или Лаборатуар Моник Реми.

Сижу и тихонько млею от Collection Extraordinaire Muguet Blanc. Носить, естественно, не могу - очень уж он Снежная Королева, на мне будет примерно как седло на корове. Но сделан он потрясающе. Ландыш постмодернизма. Те, при ком я плевался на постмодернизм как неотменимую реалию наших дней, знают, как "я скучаю по холодной войне"(с) Ненавижу постмодернизм как то, к чему пришло своим ходом человечество, для меня это - "дотрахались до мышей". Понимаю, что это не отменить, понимаю социальные и психологические проблемы каждого отдельно и всех в целом, приведших к этому ужасу, но не могу ни принять, ни тем более полюбить. Но бывают вот такие вот штуки, как этот ландыш, когда ты готов простить человечеству то, во что оно превратилось, только потому, что кто-то из его, человечества, сынов, способен сотворить неземную красоту из ничего. Вывернуть наизнанку реальность и создать новое, которое тоже прекрасно в существующую реальность встраивается. Сыном человечества в данном случае случился Антуан Мезондьё (интересно, от maison de Deu- "дом господень"?), который помнится первым делом по ЭтаЛибрДОранж, где он поначалу много чего сделал.
И вот этот его ландыш не похож ни на какой другой: ландышем он и близко не пахнет, реальным ландышем, если кто хорошо его помнит. Я помню хорошо: у меня от электрички до дома по дороге его ежегодные поля, он даже возле компостного ящика лезет, и под яблонями, и среди азалий. Так вот, аромат ландыша густой, белый - да, - но очень тяжёлый когда их много, он заставлякт сердце биться реже и туже, как будто кровь становится густой и вязкой. В нём есть что-то и от запаха тубероз, когда они большим букетом - густота, некоторое теснение в груди и общее ощущение слабости в коленях от красоты и хрупкости, но при этом ещё какой-то жизненной силы. Существуй они, так могли бы пахнуть какие-нибудь единороги (нет-нет, без дрожи в голосе, пожалуйста, просто они как раз вот это вот всё кагбе соединяли в себе). Ну так о чём это? Да! Ландышем не пахнет, пахнет отстранённостью, белым светом, не дающим тени, пионовым одорантом и та-даааа! ландышем. Да, в конце концов из всего этого трэша в голове складывается картинка ландыша. Идеального, не природного - парфюмерного, но ландышевый профиль считывается просто и внезапно ("щёлкни пальцем только раз...") Катерина Хмелевская у себя писала, что он равномерно заполняет весь объём воздуха в помещении. Да, подтверждаю. Любой объём. Равномерно.
Вещь потрясающей красоты.

Чёрт, как я вот это вот не люблю: тебе интересно читать человека, у него отличный слог, живой язык и вообще ты готов не замечать некоторые вещи просто ради человека, которого ты читаешь. И вот в парфюмерный (кулинарный, мебельный, столярный, гимнастический, - да какой угодно) разговор вползает Политическая Позиция. Всё, романтический момент похерен, и не переломить это уже никак. Я понимаю, это в конечном итоге вопрос того, что именно ты готов не замечать ради того, чтобы продолжить чтение. То есть не в человеке, которого читаешь, вопрос в тебе самом. И получается, что да, таки не готов, иногда это бывает обидно.

как всё-таки время и обстоятельства меняют отношение к запахам, да и восприятие тоже. Нет, ну я естественно осознаю, что тут невозможны ни эталоны, ни вообще какие-то внятные объяснения (ну например, мы говорим "поваренная соль - солёная", я понимаю, что именно я чувствую в тот момент, когда пробую соль, но я не дам голову на отсечение за то, что рядом сидящий человек, попробовав соль, почувствует то же самое. Да и проверить никак, выразить всё это словами тоже не очень получится, во всяком случае, у меня не получится без того, чтобы снова не использовать прилагательные, описывающие вкус, которые мы договорились принимать как аксиому - сладкий, горький и т.д.) В запахах всё это ещё хлеще, потому как если со вкусом есть какие-то стабильные ориентиры (сахар как образец более-менее сладкого, соль -солёного и т.п.), то с запахом вообще всё трудно.

И вот например Ambre Sultan Сергея Ивановича Лютена ))) - флакон "гробик" появился у меня чёрт-те когда, и я все эти годы на дух его не выносил за совершенно убийственную сладость. Его амбра слаще даже, чем Arabie, и чем Sa Majeste la Rose. Невыносимая сладость. Вчера отходил в нём целый день, и пожалел, что сегодня сменил на Амуаж Сильвер. А всё дело в минус 27 градусах на улице, желании какого-то шерстяного тепла, в том, что постоянно в помещении мёрзнут ноги, а в голове псевдовосточные завывания Dead Can Dance. И получается, что никакой он не сладкий, вернее, не это в нём главное. Сухость и горечь степных трав, дерево и смертоносные сладкие суховеи арабских пустынь.