​​В Лондоне тем временем ирландец Ричард Малон выиграл ежегодный конкурс Woolmark Prize, в ходе которого дизайнеры создают коллекцию из шерсти австралийский меринос (овечки такие).

Вот это, я понимаю, цветные волосы. Дэвид Боуи в Париже, 1976 год 💔

@sncmag Просто на телефоне надо страну Россия выбрать, а не Францию — и цена тогда с вычетом vat будет))

https://t.me/sncmag/11488

«Используя ткань Yoruba» — это очень смешно, конечно, звучит)) Йоруба — это все же народ такой из Нигерии, а не ткань.

Довольно смешная история (много букв на английском, простите) о том, как бренд решил изобрести идеальные кроссовки с помощью клинических зануд со Styleforum, а в итоге все равно получились Common Projects. Для тех, кому лень читать, лучший момент статьи: «Один из участников форума сказал, что не носит носки, а вместо этого натирает ноги какао-маслом, и спросил, как на это будет реагировать кожа кенгуру»

https://www.gq.com/story/archibald-london-crowdsourced-sneaker

Большое интервью с Хельмутом Лангом, который с прессой обыкновенно предпочитает не общаться. Классный текст, почти исследование – он очень уместно смотрелся бы в AnOther или 032c, но вышел на Vogue. «Несколько лет назад методы, которыми пользовался Ланг, стали очень заметны в коллекциях новых дизайнеров – и это выглядело настолько прямым неискусным копированием, что просто повергало в шок», – пишет Vogue, ссылаясь, вероятно, на Вирджила Абло и армию похожих марок.

Текст о карьере Ланга как дизайнера и затем как художника – по ссылке. Там же – очень много классного визуала с его новой выставки в Вене. https://www.vogue.com/slideshow/hemlut-lang-on-his-work-in-fashion-and-living-archive-intervention-at-mak-vienna

​​На днях дочитал отличную автобиографическую книгу Билла Каннингема «Модное восхождение». Я, как и большинство, знал Каннингема, как «первого стритстайл-фотографа». Караулящий модников на углу 57-й улицы и Пятой авеню для New York Times, с которым он сотрудничал 40 лет, в неизменно рабочей куртке синего цвета — и вечно улыбающийся. Таким я запомнил Билла Каннингема, в 2016 году одного из символов Нью-Йорка не стало в возрасте 87 лет.

В книге — ни слова про фотографию, этот период своей жизни Каннингем не затрагивает. Читателям Билл предстает как безумный дизайнер шляп, по уши влюбленный в моду, — ох, насколько он любил ее! — мне бы такую любовь. Свой шляпный бизнес Каннингем вел с переменным успехом: от периодов нищеты до признания и заказов на тысячи экземпляров. Билл всегда ставил чистое творчество и новаторство на первое место, его дизайн, как он говорит, опережал время, но большинству клиенток нужны были лишь скучные неинтересные модели.

К сожалению, со шляпами пришлось распрощаться — так требовал дух времени. «Моя детская любовь не умерла, а просто испарилась. Женщины перестали носить шляпы.» Каннингем долго не горевал (кажется, он вообще не умел опускать руки) и устроился модным репортером в WWD. Оказалось, что у него очень живой и острый язык, за который Каннингем даже получил в глаз от директора универмага Bonwit Teller.

В общем, книгу я всем советую, она очень добрая, терапевтическая, хоть и местами приторная. Но и сам Каннингем был очень позитивным и положительным человеком. «Свет, который теплился внутри Билла Каннингема и озарял все вокруг, — свет его сердца — был светом человека, который считал себя счастливым лишь потому, что он жил.» — такими словами заканчивается предисловие, и, кажется, это самое точное описание великого Билла Каннингема.