Недавно читающая публика отметила 50-летие постсоветского поэта 90-х Бориса Рыжего, который известен своими стихами о жизни в Екатеринбурге, воспевающими трагедию и красоту маргинальной городской среды. Его творчество сочетает в себе лирику и суровый реализм, отражая жизненные сложности постсоветской эпохи. Покончил с собой в 2001 году в возрасте 26 лет.

В социальных сетях о Борисе Рыжем в основном встречаются положительные отзывы. Однако мне попалось рассуждение одного известного в левых кругах екатеринбуржца, которое касается не столько самого Рыжего, сколько его поклонников:

В поэзии Рыжего удачно отражена маргинализация интеллигенции в постреформенное время. И эта интеллигенция, вместо того чтобы ужасаться своему социальному положению, в котором оказалась из-за экономического кризиса, и пытаться изменить свою судьбу, начала приспосабливаться к новым условиям. Более того, интеллигенция стала романтизировать и воспевать эти условия. Отсюда и возникла мода на использование мата как признака (якобы) "народности".

Во всем этом присутствует фальшь. Земская интеллигенция конца XIX – начала XX века, находясь среди народа, стремилась его просвещать, поднимать его уровень, что в итоге подготовило революционные кадры. А позднесоветская интеллигенция деградировала, опустилась ниже уровня пролетариата своего времени, приняв его сознание за свой идеал. Почему это фальшь, почему это неискренне? Потому что настоящий "гопник" на самом деле стремится перестать им быть и стать буржуа. Рыжему удалось вжиться в образ "гопника", но "гопник" никогда не достигнет того уровня таланта, как у Бориса Рыжего, как бы тот его ни воспевал.

Трейлер экранизации романа Эммануэля Каррера «Лимонов» (реж. Кирилл Серебренников)

Психотерапевт Лесли Белл:

«в ходе опросов и в течение моей психотерапевтической практики с молодыми женщинами я обнаружила, что им труднее, чем когда-либо, определиться не только с тем, как получить то, что они хотят, но и с тем, чего они хотят».

Белл Л. Трудно заполучить: Двадцатилетние и парадокс сексуальной свободы. Berkeley: University of California Press, 2013

У меня непреодолимая любовь к таким жанрам, как дневники, письма, терапевтические заметки — словом, к реальным историям, оформленным художественным языком.

Нуарная драма "Феникс" Кристиана Петцольда (2014) фокусируется на теме пересмотра и повторного переживания прошлого, чтобы изменить паттерны поведения настоящего. Центральная идея — это попытка овладеть собственной жизнью путем переигрывания ее ключевых моментов, что отражает суть психотерапии. В психотерапии, чтобы преодолеть страх, например, быть брошенным, человеку часто необходимо снова пережить этот опыт, но в контролируемых условиях, чтобы понять и переработать свои первичные эмоции и травмы.

Главная героиня фильма, Нелли, воплощает этот процесс, когда она пытается заново войти в свою жизнь после пережитого холокоста. Однако ее попытка вернуть свое "Я" сталкивается с глубокими противоречиями и неразрешимыми внутренними конфликтами, демонстрируя, насколько сложно найти доступ к своему раннему, нетравмированному "Я". Это сродни попытке повернуть вспять энтропию вселенной.

Мошенники развели доктора физико-технических наук, профессора МГУ с помощью кодовой фразы «Функция Бесселя». По ней профессор отдал неизвестным почти 6 млн руб.

Функции Бесселя — это специальные решения дифференциальных уравнений, о которых вам не обязательно знать.

Lungomare Yuri Gagarin, Agrigento, Sicilia, Italia

Набережная Юрия Гагарина, Агридженто, Сицилия, Италия

Пузырек.

В издательстве Ad Marginem готовится к изданию стихотворный сборник Франко Арминио.

Итальянский литератор Франко Арминио живет в маленьком городке Бизачча, расположенном в гористой местности в полусотне километров к востоку от Неаполя. Его фирменный стиль — короткая ритмизованная проза, расположившаяся где-то между поэзией и афоризмом, — уже знаком русскому читателю по книге «Открытки с того света» (2010). Сборник «Малые святости» он посвящает простым и неприметным мелочам жизни: пробивающемуся сквозь щебень ростку, фотокарточке сына на груди у матери, заснувшему за журнальным столиком отцу, малому ветру дыхания и тишине между пальцев ног. Сто пятьдесят микротекстов в три-четыре строки вторят друг другу ритуальным зачином — «свят, свято, святы» — и превращаются в мантру. Для Арминио священно всё, что безотчетно вызывает у человека трепетное сопереживание.

Австрийцы о марксистах.

Самые глубокие чувства и важные моменты часто происходят в местах, которые кажутся случайными, промежуточными, даже неподходящими для чего-то значительного. Это те самые "лиминальные пространства" — переходные зоны, которые мы проходим между двумя состояниями или местами.

Лестницы, подъезды, вокзалы, аэропорты — все эти места являются своеобразными промежуточными территориями. Здесь нет явного "начала" или "конца", это пространства ожидания, движения, смены контекстов. Возможно, в такие моменты мы особенно открыты и восприимчивы, потому что буквально находимся "между" — и это делает возможным переживание чего-то важного или неожиданного.

С тех пор, как в детстве я прочитал "Лангольеров" Стивена Кинга, аэропорт стал моим лиминальным местом, где время и пространство начинают вести себя по-другому, усиливая чувство вдохновляющей неопределенности.