Будунов letters
⚡️Минюст: иноагенты, сотрудничающие с США, будут переведены в реестр патриотов
Лайк главного иноагента страны!
Forwarded from neuroziyara (Ziiarat Isakova)
Привет! Хочу сегодня напомнить, что 8 марта — это не про цветы и открытки. Это про выбор и право быть услышанной.
Этот день — не просто повод подарить тюльпаны, а напоминание о том, как много усилий женщинам пришлось приложить, чтобы занять свое место в науке и медицине. В неврологии и нейронауках есть немало женщин, которые сделали огромные открытия — и при этом сталкивались с сомнениями, недоверием и откровенным сексизмом.
Сегодня я хочу рассказать о тех, кто не сдался и внес огромный вклад в науку.
Мишель Монже: связь нейронов с раковыми клетками
Очень люблю и уважаю её, поэтому начинаем с нее!
Мишель Монже — профессорка неврологии в Стэнфорде, и в 2024 году она получила The Brain Prize (это одна из самых престижных наград в области нейронаук) за открытия в области Cancer Neuroscience.
Вместе с коллегой Франком Винклером она показала, что нейроны и опухоли взаимодействуют друг с другом: нейроны образуют синаптические связи с раковыми клетками и стимулируют их рост. Это открытие перевернуло наше понимание рака и открыло новые пути для терапии.
Рита Леви-Монтальчини: наука на кухне во времена фашизма
В 1930-х Рита Леви-Монтальчини жила в Италии. Отец считал, что девушке не место в науке, но Рита думала иначе. Она стала врачом, но когда в стране пришли к власти фашисты, евреям запретили работать в университетах.
Она не сдалась. Оборудовала лабораторию на кухне — со стеклянными пробирками и лупой вместо микроскопа. Именно там она открыла фактор роста нервов (NGF) — молекулу, которая помогает нейронам расти и восстанавливаться.
В 1986 году, спустя более 40 лет после открытия, Рита получила Нобелевскую премию. Ее открытие перевернуло понимание развития нервной системы.
Мей-Бритт Мозер: «Она просто жена ученого» (нет)
Как мы знаем, где находимся в пространстве? Почему мы не теряемся в знакомых местах?
Норвежский нейрофизиолог Мей-Бритт Мозер нашла ответ. Она вместе с Эдвардом Мозером и Джоном О’Кифом открыла нейроны, которые работают как встроенная GPS-система в мозге.
Но путь к этому открытию был непростым. В университете ей говорили, что «сложная наука» — не для женщин. Когда она с мужем открыла лабораторию, коллеги называли ее просто «женой Мозера».
В 2014 году она получила Нобелевскую премию. И в этот момент стало ясно, что она — не «жена ученого», а первоклассный исследователь.
Барбара Мак-Клинток: женщина, которую не слушали 30 лет
В 1950-х Барбара Мак-Клинток сделала открытие, которое опередило свое время: гены могут перемещаться внутри ДНК.
Сегодня это базовое знание в генетике, но тогда ее коллеги просто не поверили ей. На конференциях мужчины вставали и уходили, когда она начинала доклад. В статьях о ней писали, что она «просто что-то не так поняла».
Барбара устала доказывать свою правоту и ушла в тень.
Она перестала публиковаться и продолжала исследования для себя, без попыток убедить мир.
Только через 30 лет стало ясно, что она была права. В 1983 году ей вручили Нобелевскую премию – первую в истории, которую женщина-ученый получила по физиологии и медицине в одиночку.
⸻
Все эти истории — напоминание о том, что наука не бывает «мужской» или «женской». Она принадлежит тем, кто готов задавать вопросы и искать ответы. Важны только упорство, интеллект и желание понять, как устроен мир.
И сегодня тысячи женщин в лабораториях, клиниках и университетах продолжают раздвигать границы возможного. Они исследуют мозг, лечат пациентов, обучают студентов.
Большинство моих учителей в неврологии — это женщины, и я бесконечно благодарна им за знания, вдохновение, страсть и любовь к тому, чем я занимаюсь.
А еще за умение не бояться сложностей.
С праздником! ❤️
Этот день — не просто повод подарить тюльпаны, а напоминание о том, как много усилий женщинам пришлось приложить, чтобы занять свое место в науке и медицине. В неврологии и нейронауках есть немало женщин, которые сделали огромные открытия — и при этом сталкивались с сомнениями, недоверием и откровенным сексизмом.
Сегодня я хочу рассказать о тех, кто не сдался и внес огромный вклад в науку.
Мишель Монже: связь нейронов с раковыми клетками
Очень люблю и уважаю её, поэтому начинаем с нее!
Мишель Монже — профессорка неврологии в Стэнфорде, и в 2024 году она получила The Brain Prize (это одна из самых престижных наград в области нейронаук) за открытия в области Cancer Neuroscience.
Вместе с коллегой Франком Винклером она показала, что нейроны и опухоли взаимодействуют друг с другом: нейроны образуют синаптические связи с раковыми клетками и стимулируют их рост. Это открытие перевернуло наше понимание рака и открыло новые пути для терапии.
Рита Леви-Монтальчини: наука на кухне во времена фашизма
В 1930-х Рита Леви-Монтальчини жила в Италии. Отец считал, что девушке не место в науке, но Рита думала иначе. Она стала врачом, но когда в стране пришли к власти фашисты, евреям запретили работать в университетах.
Она не сдалась. Оборудовала лабораторию на кухне — со стеклянными пробирками и лупой вместо микроскопа. Именно там она открыла фактор роста нервов (NGF) — молекулу, которая помогает нейронам расти и восстанавливаться.
В 1986 году, спустя более 40 лет после открытия, Рита получила Нобелевскую премию. Ее открытие перевернуло понимание развития нервной системы.
Мей-Бритт Мозер: «Она просто жена ученого» (нет)
Как мы знаем, где находимся в пространстве? Почему мы не теряемся в знакомых местах?
Норвежский нейрофизиолог Мей-Бритт Мозер нашла ответ. Она вместе с Эдвардом Мозером и Джоном О’Кифом открыла нейроны, которые работают как встроенная GPS-система в мозге.
Но путь к этому открытию был непростым. В университете ей говорили, что «сложная наука» — не для женщин. Когда она с мужем открыла лабораторию, коллеги называли ее просто «женой Мозера».
В 2014 году она получила Нобелевскую премию. И в этот момент стало ясно, что она — не «жена ученого», а первоклассный исследователь.
Барбара Мак-Клинток: женщина, которую не слушали 30 лет
В 1950-х Барбара Мак-Клинток сделала открытие, которое опередило свое время: гены могут перемещаться внутри ДНК.
Сегодня это базовое знание в генетике, но тогда ее коллеги просто не поверили ей. На конференциях мужчины вставали и уходили, когда она начинала доклад. В статьях о ней писали, что она «просто что-то не так поняла».
Барбара устала доказывать свою правоту и ушла в тень.
Она перестала публиковаться и продолжала исследования для себя, без попыток убедить мир.
Только через 30 лет стало ясно, что она была права. В 1983 году ей вручили Нобелевскую премию – первую в истории, которую женщина-ученый получила по физиологии и медицине в одиночку.
⸻
Все эти истории — напоминание о том, что наука не бывает «мужской» или «женской». Она принадлежит тем, кто готов задавать вопросы и искать ответы. Важны только упорство, интеллект и желание понять, как устроен мир.
И сегодня тысячи женщин в лабораториях, клиниках и университетах продолжают раздвигать границы возможного. Они исследуют мозг, лечат пациентов, обучают студентов.
Большинство моих учителей в неврологии — это женщины, и я бесконечно благодарна им за знания, вдохновение, страсть и любовь к тому, чем я занимаюсь.
А еще за умение не бояться сложностей.
С праздником! ❤️
Forwarded from Telemachus
Какое-то время тут будут восторги из-за прозы Тони Моррисон, потому что я перечитываю The bluest eyes.
Некоторых авторов я полюбил очень быстро, буквально из-за одного предложения. У Маркеса это, как ни банально, знаменитая первая строчка "Ста лет одиночества":
У Фолкнера - короткое предложение, описывающее ощущения слабоумного Бенджи в самом начале "Шума и ярости". Меня тогда, почему-то, придавило этой фразой, как бетонной плитой и какое-то время я не мог ничего писать (потому что зачем писать, если не пишешь так):
А Тони Моррисон я сдался после первого предложения, с которого начинается повествование в "Самых голубых глазах":
Вот этого "проходят мимо, неслышные, как похоть" хватило, чтобы я побежал скачивать все её романы. И, пока что, ни разу об этом не пожалел.
Некоторых авторов я полюбил очень быстро, буквально из-за одного предложения. У Маркеса это, как ни банально, знаменитая первая строчка "Ста лет одиночества":
Пройдет много лет, и полковник Аурелиано Буэндиа, стоя у стены в ожидании расстрела, вспомнит тот далекий вечер, когда отец взял его с собой посмотреть на лед
У Фолкнера - короткое предложение, описывающее ощущения слабоумного Бенджи в самом начале "Шума и ярости". Меня тогда, почему-то, придавило этой фразой, как бетонной плитой и какое-то время я не мог ничего писать (потому что зачем писать, если не пишешь так):
Руки не слышат калитки совсем, но пахнет ярким холодом
А Тони Моррисон я сдался после первого предложения, с которого начинается повествование в "Самых голубых глазах":
Монахини проходят мимо, неслышные, как похоть, и пьяные мужчины с трезвыми глазами поют в лобби греческого отеля.
Вот этого "проходят мимо, неслышные, как похоть" хватило, чтобы я побежал скачивать все её романы. И, пока что, ни разу об этом не пожалел.
Forwarded from Сергей Марков: машинное обучение, искусство и шитпостинг
Дарио Амодеи чот испортился, несите другого. То у него надо срочно экспортный контроль ужесточать, то теперь, понимаете ли, профессия программиста к концу года исчезнет
Нет, Дарио, не исчезнет. Будет примерно то, что я на этой картинке нарисовал. Не принимайте конкретные числа особенно близко к сердцу, я в них, скорее всего, ошибся сильно, но тенденция будет такая
Нет, Дарио, не исчезнет. Будет примерно то, что я на этой картинке нарисовал. Не принимайте конкретные числа особенно близко к сердцу, я в них, скорее всего, ошибся сильно, но тенденция будет такая
Об участии трудящихся в управлении
Рискую быть выписанным из левых, но, на мой взгляд, партиципация (включенность людей в процессы принятия решений) — одна из самых слабых и наименее проработанных идей левых, за которую мы цепляемся уже два столетия. Мы исходим из предположения, что широкое участие работников в управлении само по себе является благом, но, похоже, эта идея плохо выдерживает критику. Интересно, что в этом вопросе мейнстримная экономическая наука и марксизм неожиданно сближаются: представление о рациональном репрезентативном агенте, который всегда принимает адекватные решения, по сути, сродни левой уверенности в способности масс эффективно управлять.
К сожалению, революция в когнитивных науках, которая показала объективные ограничения человеческого мышления, во многом осталась незамеченной левыми. Если учитывать эти исследования, то идея о широком участии в управлении выглядит скорее проблемной, чем продуктивной.
Когда Троцкий в начале 20 века писал, что в прекрасном обществе будущего средний человек достигнет уровня развития Аристотеля, Гете или Маркса, его (и многих других) оптимизм, на мой взгляд, был во многом порожден духом индустриального капитализма. Если капитализм сумел поставить на поток массовое производство товаров, то почему общество всеобщего образования и здравоохранения не сможет столь же системно «производить» выдающихся личностей? В этой логике ощущается вера в прогресс как в механистический процесс, где культурное и интеллектуальное развитие подчинено тем же законам, что и промышленное производство.
Общество всеобщего образования и здравоохранения построили, но средний человек, вместо того чтобы приблизиться к уровню Аристотеля, выбирает рутину. Вычислительные мощности обычного смартфона давно превзошли компьютер, управлявший полетом «Аполлона», но используются в основном для борьбы с эндемической скукой.
Мне кажется, с партиципацией есть несколько фундаментальных проблем, связанных с когнитивными искажениями:
1. Люди участвуют в партиципаторных практиках, если они идентифицируют себя с группой, вовлеченной в процесс.
2. Эффект Дженовезе. Чем больше людей потенциально могут участвовать, тем выше вероятность, что никто не возьмет на себя ответственность (диффузия ответственности).
3. Эффект ложного консенсуса приводит к тому, что люди переоценивают, насколько другие разделяют их мнение, а эффект предвзятости статуса-кво снижает готовность к активному участию.
4. Возможно, мягкие поведенческие подталкивания смогут помочь людям принимать решения…
Короче говоря, левым необходимо переосмыслить этот вопрос на научной основе, опираясь на достижения современной науки, а не на представления мыслителей 19 века.
Рискую быть выписанным из левых, но, на мой взгляд, партиципация (включенность людей в процессы принятия решений) — одна из самых слабых и наименее проработанных идей левых, за которую мы цепляемся уже два столетия. Мы исходим из предположения, что широкое участие работников в управлении само по себе является благом, но, похоже, эта идея плохо выдерживает критику. Интересно, что в этом вопросе мейнстримная экономическая наука и марксизм неожиданно сближаются: представление о рациональном репрезентативном агенте, который всегда принимает адекватные решения, по сути, сродни левой уверенности в способности масс эффективно управлять.
К сожалению, революция в когнитивных науках, которая показала объективные ограничения человеческого мышления, во многом осталась незамеченной левыми. Если учитывать эти исследования, то идея о широком участии в управлении выглядит скорее проблемной, чем продуктивной.
Когда Троцкий в начале 20 века писал, что в прекрасном обществе будущего средний человек достигнет уровня развития Аристотеля, Гете или Маркса, его (и многих других) оптимизм, на мой взгляд, был во многом порожден духом индустриального капитализма. Если капитализм сумел поставить на поток массовое производство товаров, то почему общество всеобщего образования и здравоохранения не сможет столь же системно «производить» выдающихся личностей? В этой логике ощущается вера в прогресс как в механистический процесс, где культурное и интеллектуальное развитие подчинено тем же законам, что и промышленное производство.
Общество всеобщего образования и здравоохранения построили, но средний человек, вместо того чтобы приблизиться к уровню Аристотеля, выбирает рутину. Вычислительные мощности обычного смартфона давно превзошли компьютер, управлявший полетом «Аполлона», но используются в основном для борьбы с эндемической скукой.
Мне кажется, с партиципацией есть несколько фундаментальных проблем, связанных с когнитивными искажениями:
1. Люди участвуют в партиципаторных практиках, если они идентифицируют себя с группой, вовлеченной в процесс.
2. Эффект Дженовезе. Чем больше людей потенциально могут участвовать, тем выше вероятность, что никто не возьмет на себя ответственность (диффузия ответственности).
3. Эффект ложного консенсуса приводит к тому, что люди переоценивают, насколько другие разделяют их мнение, а эффект предвзятости статуса-кво снижает готовность к активному участию.
4. Возможно, мягкие поведенческие подталкивания смогут помочь людям принимать решения…
Короче говоря, левым необходимо переосмыслить этот вопрос на научной основе, опираясь на достижения современной науки, а не на представления мыслителей 19 века.
Как избавиться от вечного соблазна проводить параллели с 1914, 1929, 1939, 1991, 2008?.. Просто признать: на дворе 2025 год.
Forwarded from neuroziyara (Ziiarat Isakova)
Нас никто не учил жить
Я часто говорю своим пациентам: в детском саду, школе и даже университете нас учат многому — математике, литературе, физике, но никто не учит самому важному — навыкам жизни. Нас не готовят к тому, как справляться с тревогой, грустью, гневом или импульсивностью. Это то, что мы осваиваем сами, через жизненный опыт. Или не осваиваем, заменяя здоровые стратегии деструктивными: прокрастинацией, зависимостями, избеганием.
Например, радоваться жизни — это навык? Да-да, именно навык. Мы не рождаемся с умением быть счастливыми, справляться с трудностями или находить баланс. Это то, что можно развивать, как мышцы в спортзале.
Совсем недавно мы с коллегами начали ДБТ-тренинг. Изначально он был создан для людей с пограничным расстройством личности, склонных к самоповреждению и суицидальным мыслям. Но, как оказалось, он полезен абсолютно всем. Потому что ДБТ — это про навыки для жизни.
Например, он учит:
- Как справляться с сильными эмоциями, не подавляя их и не взрываясь.
- Как находить радость в мелочах и ценить моменты.
- Как выстраивать здоровые отношения с собой и другими.
- Как принимать решения, не поддаваясь импульсам.
И самое потрясающее, что эти навыки работают. Они помогают не просто выживать, а жить осознанно и полноценно.
Я иногда буду делиться навыками, которые считаю полезными, лайфхаками для психического здоровья и просто мыслями.
Потому что жизнь — это не только про вызовы, но и про то, как мы учимся с ними справляться.
А вы замечали, что какие-то вещи, которые кажутся естественными (например, радоваться или справляться со стрессом), на самом деле требуют усилий и практики?
Есть ли у вас навыки, которые помогают вам справляться со сложными ситуациями?
#dbt #навыкижизни
Я часто говорю своим пациентам: в детском саду, школе и даже университете нас учат многому — математике, литературе, физике, но никто не учит самому важному — навыкам жизни. Нас не готовят к тому, как справляться с тревогой, грустью, гневом или импульсивностью. Это то, что мы осваиваем сами, через жизненный опыт. Или не осваиваем, заменяя здоровые стратегии деструктивными: прокрастинацией, зависимостями, избеганием.
Например, радоваться жизни — это навык? Да-да, именно навык. Мы не рождаемся с умением быть счастливыми, справляться с трудностями или находить баланс. Это то, что можно развивать, как мышцы в спортзале.
Совсем недавно мы с коллегами начали ДБТ-тренинг. Изначально он был создан для людей с пограничным расстройством личности, склонных к самоповреждению и суицидальным мыслям. Но, как оказалось, он полезен абсолютно всем. Потому что ДБТ — это про навыки для жизни.
Например, он учит:
- Как справляться с сильными эмоциями, не подавляя их и не взрываясь.
- Как находить радость в мелочах и ценить моменты.
- Как выстраивать здоровые отношения с собой и другими.
- Как принимать решения, не поддаваясь импульсам.
И самое потрясающее, что эти навыки работают. Они помогают не просто выживать, а жить осознанно и полноценно.
Я иногда буду делиться навыками, которые считаю полезными, лайфхаками для психического здоровья и просто мыслями.
Потому что жизнь — это не только про вызовы, но и про то, как мы учимся с ними справляться.
А вы замечали, что какие-то вещи, которые кажутся естественными (например, радоваться или справляться со стрессом), на самом деле требуют усилий и практики?
Есть ли у вас навыки, которые помогают вам справляться со сложными ситуациями?
#dbt #навыкижизни
Меня забавляет, как трамписты называют левыми всех правых, которые находятся между центристами и Трампом. Наверное, пора передвинуть центр поближе к Трампу.
В твиттере на меня подписалась девушка с ирландским именем Ифа и фамилией Иден — звучит как героиня недописанного романа. Аккаунт, судя по всему, настоящий. Подписался в ответ — и тут же получил от нее сообщение:
Thanks for follow friend! What is your future goal? What do you want to achieve?
Я ответил: My goal is to destroy crypto.
Thanks for follow friend! What is your future goal? What do you want to achieve?
Я ответил: My goal is to destroy crypto.
Будунов letters
В твиттере на меня подписалась девушка с ирландским именем Ифа и фамилией Иден — звучит как героиня недописанного романа. Аккаунт, судя по всему, настоящий. Подписался в ответ — и тут же получил от нее сообщение: Thanks for follow friend! What is your future…
Ифа не сдается:
— Думаю, ты стал занят.
— Сорри, я ужинал…
— Есть ли какая-нибудь акция, за которой ты следишь? Думаешь, она может быть прибыльной в будущем?
— Думаю, скоро наступит коммунизм.
— Кстати, что ты ел на ужин?
— Думаю, ты стал занят.
— Сорри, я ужинал…
— Есть ли какая-нибудь акция, за которой ты следишь? Думаешь, она может быть прибыльной в будущем?
— Думаю, скоро наступит коммунизм.
— Кстати, что ты ел на ужин?
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
С утра подсел на сатирическую песню La mamma из старого итальянского телешоу 1970 года в исполнении Раффаэллы Карры и Нино Феррера.
В ней мама настойчиво требует, чтобы сын улыбался каждый день недели, но жизнь не оставляет на это ни шанса:
понедельник – счета,
вторник – подорожание масла,
среда – штраф,
четверг – грипп без больничного,
пятница – нет бензина,
суббота – пробки на дорогах,
а в воскресенье – сосед, сводящий с ума.
Портрет итальянской рутины 60-70-х. Впрочем, не только итальянской – и далеко не только 60–70-х.
В ней мама настойчиво требует, чтобы сын улыбался каждый день недели, но жизнь не оставляет на это ни шанса:
понедельник – счета,
вторник – подорожание масла,
среда – штраф,
четверг – грипп без больничного,
пятница – нет бензина,
суббота – пробки на дорогах,
а в воскресенье – сосед, сводящий с ума.
Портрет итальянской рутины 60-70-х. Впрочем, не только итальянской – и далеко не только 60–70-х.
Неожиданно открыл для себя выдающуюся итальянскую писательницу Сибиллу Алерамо. В своем автобиографическом романе «Женщина» (1906г) она описывает собственный травматический опыт: юная героиня, вынужденная выйти замуж после изнасилования будущим мужем, страдает в браке и в итоге решается на побег и развод — шаг немыслимый для Италии конца 19 века.
Из википедии:
Самое странное — ее книги до сих пор не переведены на русский язык.
Из википедии:
«Алерамо стала одной из наиболее выдающихся итальянских феминисток. В 1925 году она подписала Манифест антифашистских интеллектуалов…
После Второй мировой войны вступила в Итальянскую коммунистическую партию. Была активной участницей общества «Италия — СССР». В 1952 году посетила Советский Союз».
Самое странное — ее книги до сих пор не переведены на русский язык.
Forwarded from Alevtina
Про неё есть фильм "Путешествие под названием любовь" (он есть на русском). Я его смотрела лет 10 назад, может больше. Думала, что спутала. Как оказалось, нет! Это фильм про неё. По моему мнению, фильм получился на троечку (мелодраматические сопли с ором, слезами и дракой🤦🏻♀😅).
Это ни в коем случае не относится к самой Сибилле❤️, а сугубо проблема создателей фильма, конечно, и лично моё мнение. То есть, можно сказать так, это видение режиссёром жизни Сибиллы (возможно, что-то подобное и было в реальности).
Это ни в коем случае не относится к самой Сибилле❤️, а сугубо проблема создателей фильма, конечно, и лично моё мнение. То есть, можно сказать так, это видение режиссёром жизни Сибиллы (возможно, что-то подобное и было в реальности).
Forwarded from Хайтек+
Строящийся в Чили телескоп заметит признаки жизни в Проксиме Центавра за 10 часов
Чрезвычайно большой телескоп, который строят на севере Чили, позволит собирать на порядок больше света, чем любой другой, и сможет получать изображения, в 16 раз более четкие, чем космический телескоп «Хаббл». Ввод в эксплуатацию запланирован на 2028 год, и, как показывает недавнее исследование, первые результаты наблюдений смогут изменить наше представление о жизни во Вселенной уже после первой рабочей смены.
https://hightech.plus/2025/03/23/stroyashiisya-v-chili-teleskop-zametit-priznaki-zhizni-v-proksime-centavra-za-10-chasov
Чрезвычайно большой телескоп, который строят на севере Чили, позволит собирать на порядок больше света, чем любой другой, и сможет получать изображения, в 16 раз более четкие, чем космический телескоп «Хаббл». Ввод в эксплуатацию запланирован на 2028 год, и, как показывает недавнее исследование, первые результаты наблюдений смогут изменить наше представление о жизни во Вселенной уже после первой рабочей смены.
https://hightech.plus/2025/03/23/stroyashiisya-v-chili-teleskop-zametit-priznaki-zhizni-v-proksime-centavra-za-10-chasov
Forwarded from Politeconomics
Янис Варуфакис попрощался с Die Linke:
Addio, LINKE!
В стремлении казаться «приличной» и «приемлемой» партией, Die Linke примкнула к радикальным центристам — милитаристам, поддержав безумную гонку вооружений.
Прошлая неделя войдёт в историю.
Немецкий парламент изменил основное финансовое правило Конституции, сняв ограничения на военные расходы. Теперь государство может тратить на армию сколько угодно — даже если это приведёт к огромному дефициту бюджета.
Но при этом на больницы, школы, детские сады, пенсии, экологические технологии — денег по-прежнему не найдётся.
Жёсткая экономия остаётся в силе, когда речь идёт о жизни. И отменяется — когда речь идёт о смерти.
Что стоит за этим поворотом? Всё просто: немецкие автопроизводители теряют позиции.
И внутри страны, и за рубежом их машины больше не покупают с прибылью.
Теперь они хотят, чтобы государство заказывало танки у Rheinmetall — на тех самых заводах Volkswagen, где раньше собирали автомобили.
Чтобы это стало возможным, нужно было обойти конституционный запрет на рост госдолга.
Центристские партии, как всегда послушные крупному капиталу, с радостью поддержали это решение, которое перечёркивает давний послевоенный курс Германии на мир и разоружение.
Для изменения Конституции им нужно было две трети голосов в обеих палатах парламента. В Бундестаге — нижней палате — это не составило труда. Но вот в Бундесрате — верхней палате, где представлены земли Германии, — им могли помешать.
И здесь ключевую роль могла сыграть Die Linke. В некоторых земельных правительствах она входит в коалиции и могла потребовать, чтобы те воздержались от голосования.
Этого было бы достаточно, чтобы заблокировать поправку. Это могло бы остановить возвращение милитаристского кейнсианства.
Но Die Linke не сделала этого. Она смолчала. А значит — поддержала.
Избиратели партии — в бешенстве. Некоторые требуют разрыва коалиций и отставки партийных функционеров, предавших ценности левых.
Ранее Die Linke уже потеряла лицо, отказавшись выступить против геноцида в Палестине, а теперь ещё и попустительствует милитаризации.
В глазах прогрессивной общественности — и в Германии, и за её пределами — это означает одно: партия утратила моральный компас.
Ничто так быстро не разрушает этическое ядро левой партии, как желание понравиться центру, который всё больше дрейфует вправо — к ксенофобии, агрессии и милитаризму.
Мало было того, что Die Linke закрыла глаза на преступления Израиля. Теперь она сделала ещё один шаг к политическому небытие — проголосовав за включение военных расходов в Конституцию.
Спокойной ночи, Die Linke. И удачи.
Addio, LINKE!
В стремлении казаться «приличной» и «приемлемой» партией, Die Linke примкнула к радикальным центристам — милитаристам, поддержав безумную гонку вооружений.
Прошлая неделя войдёт в историю.
Немецкий парламент изменил основное финансовое правило Конституции, сняв ограничения на военные расходы. Теперь государство может тратить на армию сколько угодно — даже если это приведёт к огромному дефициту бюджета.
Но при этом на больницы, школы, детские сады, пенсии, экологические технологии — денег по-прежнему не найдётся.
Жёсткая экономия остаётся в силе, когда речь идёт о жизни. И отменяется — когда речь идёт о смерти.
Что стоит за этим поворотом? Всё просто: немецкие автопроизводители теряют позиции.
И внутри страны, и за рубежом их машины больше не покупают с прибылью.
Теперь они хотят, чтобы государство заказывало танки у Rheinmetall — на тех самых заводах Volkswagen, где раньше собирали автомобили.
Чтобы это стало возможным, нужно было обойти конституционный запрет на рост госдолга.
Центристские партии, как всегда послушные крупному капиталу, с радостью поддержали это решение, которое перечёркивает давний послевоенный курс Германии на мир и разоружение.
Для изменения Конституции им нужно было две трети голосов в обеих палатах парламента. В Бундестаге — нижней палате — это не составило труда. Но вот в Бундесрате — верхней палате, где представлены земли Германии, — им могли помешать.
И здесь ключевую роль могла сыграть Die Linke. В некоторых земельных правительствах она входит в коалиции и могла потребовать, чтобы те воздержались от голосования.
Этого было бы достаточно, чтобы заблокировать поправку. Это могло бы остановить возвращение милитаристского кейнсианства.
Но Die Linke не сделала этого. Она смолчала. А значит — поддержала.
Избиратели партии — в бешенстве. Некоторые требуют разрыва коалиций и отставки партийных функционеров, предавших ценности левых.
Ранее Die Linke уже потеряла лицо, отказавшись выступить против геноцида в Палестине, а теперь ещё и попустительствует милитаризации.
В глазах прогрессивной общественности — и в Германии, и за её пределами — это означает одно: партия утратила моральный компас.
Ничто так быстро не разрушает этическое ядро левой партии, как желание понравиться центру, который всё больше дрейфует вправо — к ксенофобии, агрессии и милитаризму.
Мало было того, что Die Linke закрыла глаза на преступления Израиля. Теперь она сделала ещё один шаг к политическому небытие — проголосовав за включение военных расходов в Конституцию.
Спокойной ночи, Die Linke. И удачи.