Вернулись голубые горлицы, уже строят гнезда и густо воркуют. Во дворе пару дней назад я замешкалась со шлейкой Филюши и, распутывая закрутившуюся стропу, услышала за спиной глухой удар. Я обернулась и увидела у своих ног горлицу, Буба тут же подалась в сторону птицы, но я успела ступней преградить ей дорогу. Горлица была мертвой, цвет крови из ее клюва напомнил мне капсулы «Нурофена». Наверху, в деревьях, увешанных шарами омелы, суетились и хохотали вороны, перепуганные голуби рассаживались на сток под крышей. Второй горлицы, пары погибшей, нигде не было видно. Где же она? И правда ли, что горлица, лишившись партнера, умрет от тоски?

В поисковик я забила ключевые слова, в Википедии ни слова о птичьем трауре. Следующая ссылка: комментарии к стиху второй главы Евангелия от Луки, в которой пастухи в честь обрезания Иисуса Христа приносят в жертву птенцов горлицы. Афанасий Великий говорит: горлица есть символ целомудрия и безмолвия… если умирает горлица мужеского или женского пола, то оставшаяся не сопрягается уже с другою. Это так похоже на человеческую выдумку, размышляю я и пишу Р., исследовательнице голубей, она подтверждает мою догадку. Токование горлиц люди принимают за плач по утраченной половине. Эти птицы часто не меняют партнеров в течение всей жизни. Но пара погибшей горлицы найдет самца или самку в следующем году. Если, конечно, не умрет, ведь в природе они живут не дольше трех лет.

«Разве не была сама Ева черенком от Адамова ребра?»

«Как я раньше не замечал! Казалось, если убрать все, что нас окружает, оставив лишь яблони, в пространстве меж ними проступят очертания мира!»

С 18 по 22 августа – Опускаются густые туманы - 蒙霧升降 Фукаки кири матоо.

«Когда я навещала своего деда и мне пора было возвращаться, он тоже выходил меня проводить и смотрел мне вслед, пока я шла вверх по склону, и он мог меня видеть. Взгляд продлевает встречу – объединяет людей еще некоторое время после того, как они расстались»

«Сезоны повторяются,
сезоны не возвращаются»

«Бывают такие редкие, особенные натуры, которые приходят в мир, не ведая зачем, и уходят из жизни, так ничего и не поняв. Жизни всегда, до последней минуты, представляется им бесконечно прекрасной настоящей страной чудес, и если бы они могли только в изумлении бродить по ней, она была бы для них не хуже рая. Открывая глаза, они видят вокруг совершенный мир, который им так по душе: деревья, цветы, море звуков и море красок. Это – их драгоценнейшее наследство, их лучшее богатство. И если бы никто не остановил их словами: «Это моё», - они, сияя счастьем, могли бы без конца странствовать по земле с песнью, которую когда-нибудь услышит весь мир. Это песнь доброты»

Английский писатель Джефрис сказал, что совершенная девушка появляется раз в полтораста лет.
«Это сокровище создают чары земли и воздуха. И южный ветер, что веет полтора столетия над полями пшеницы; и благоухание высоких трав, что качаются над тяжелыми медвяными головками клевера и над смеющимися цветами вероники, укрывают вьюрка и преграждают путь пчеле; и живые изгороди из розовых кустов, и молодая жимолость, и лазоревые васильки в золотящейся ниве, и тень зеленых елей. Вся прелесть лукавых ручейков, по берегам которых тянутся к солнцу ирисы; вся властная красота дремучих лесов; все дальние холмы, от которых веет дыханием тмина и свободы, - все это повторяется снова и снова сотни лет.
Лютики, колокольчики, фиалки; сиреневая весна и золотая осень; солнечный свет, проливные дожди и росистые утра; дивные ночи; снова и снова за сто лет повторяется весь круг беспрестанно текущего времени. Неписанная летопись, которую никому и не под силу написать: кто расскажет о лепестках розы, облетевших сто лет назад? Сотни раз возвращаются ласточки в свое гнездо под крышей, сотни раз! Но вот явилась она – и целый мир жаждет ее красоты, словно цветов, которых уже нет. В очаровании ее семнадцати лет заключены чары веков. Вот почему в вызванной ею страсти таится печаль»
Если вы поняли и оценили прелесть лесных колокольчиков, повторенную сотни раз, если розы, музыка, румяные рассветы и закаты когда-либо заставляли сильнее забиться ваше сердце; если вся эта красота мимолетна – и вот она дана вам в руки, прежде чем мир от вас ускользнул, - откажитесь ли вы от нее?

Для автора, да и для нас всех, тафофилов, кладбища это прежде всего не места упокоения мертвецов, а сложная система имен и судеб. Почему эти люди оказались именно здесь и в этот момент? Кем они были? Почему умерли? Как обустроено их последнее место? Как они живут после своей смерти? Кладбища – как кубик Рубика, который, правда, не имеет финальной, «правильной», сборки: у тебя просто в руках десятки переменных, и можно собрать из них свою историю. Причём каждый раз новую. Именно поэтому погосты влекут настоящих творцов, способных в этом наслоении смыслов и предметов увидеть смысл для нас сегодняшних. Удивительно, но кладбища как будто направлены на нас, живых: все эти фотографии в овалах, имена и даты, причины смерти и загадочные эпитафии побуждают прохожих остановиться и задуматься о чём-то.

В романе «Петербург» Андрей Белого говорится: «Известно, что Петербург имеет четвертое измерение, он принадлежит и к загробному миру тоже»

«Еще я узнал, что я тафофил, «любитель кладбищ» - оказывается, существует на свете такое экзотическое хобби ( а у некоторых мания). Но тафофилом меня можно назвать лишь условно – я не коллекционировал кладбища и могилы, меня занимала Тайна Прошедшего Времени: куда оно девается и что происходит с людьми, его населявшими» - Борис Акунин