Forwarded from Пост-
Оказывается, героиня мема «А не надо меня никак понимать» — муза супруга-фотографа. Он десятилетиями снимает полностью одетую жену в водоемах
● Фото американки Валери Кларк особенно расфорсились в СНГ. Снимки с одетой женщиной в разных водоёмах ставят на аватарки и используют для мемов. Валери буквально пример, как оставаться слей при самых странных обстоятельствах.
► Муж Валери — фотохудожник Фред Кларк. Он — известный в США железнодорожный фотограф, снимал пути и поезда по Флориде. «Мокрые весёлые приключения» жёны он начал фотографировать в 1984-м для семейного архива. Сам Фред называет эти фото «чувственными» и «эротичными». Кларк снимал жену в их семейном бассейне, душе, фонтанах, океане.
► О проекте Валери и Фреда узнал французский художник и куратор выставок Эрик Кессель. Он включил работы семьи Кларк в одну из экспозиций и в 2012 году посвятил творчеству пары фотокнигу из серии In almost every picture (с ней на втором снимке позирует Валери).
Предложка | Подписаться
Выясняем продолжения историй
● Фото американки Валери Кларк особенно расфорсились в СНГ. Снимки с одетой женщиной в разных водоёмах ставят на аватарки и используют для мемов. Валери буквально пример, как оставаться слей при самых странных обстоятельствах.
► Муж Валери — фотохудожник Фред Кларк. Он — известный в США железнодорожный фотограф, снимал пути и поезда по Флориде. «Мокрые весёлые приключения» жёны он начал фотографировать в 1984-м для семейного архива. Сам Фред называет эти фото «чувственными» и «эротичными». Кларк снимал жену в их семейном бассейне, душе, фонтанах, океане.
► О проекте Валери и Фреда узнал французский художник и куратор выставок Эрик Кессель. Он включил работы семьи Кларк в одну из экспозиций и в 2012 году посвятил творчеству пары фотокнигу из серии In almost every picture (с ней на втором снимке позирует Валери).
— Это издание полностью посвящено фотографиям Фреда и Валери, пары из Флориды, которые разделяют страсть к «мокрым весёлым приключениям». Один из них — фотограф, другая — модель, а вода — их среда. Они используют любую возможность, чтобы промокнуть, независимо от того, во что они одеты и что делают, — чем спонтаннее, тем лучше. Публично или приватно, шёлк или кожа, зима или лето — всё это не имеет значения. Приключение — это сочетание всего вышеперечисленного, — говорится в описании издания.
Предложка | Подписаться
Выясняем продолжения историй
Бахчисарайские гвоздики
Утро в Холуе ❤️
Холуй, продолжение.
Это уже моя третья поездка сюда, каждый раз немного не везёт с погодой — всё-таки град Китеж видится мне идеально летним, в лучах бесконечного предзакатного солнца. Но ничего, влажный октябрьский сумрак придаёт этому месту особый уют, а зная, что ты в августе как в осени, попадаешь не только в пространственную дыру, но и во временную.
Вот говорят, что зумеры изобрели избинг. Но нет же — зумеры хороши в придумывании терминологии, хайповых слов для любого человеческого занятия. Все эти побеги в деревню, на дачу — сплошная ностальгия. Выдох от большого города. Так было что в совке, что сейчас. Просто для психики полезно менять картинку, переносить себя «в кино».
Другой вопрос, что это кино должно быть отлично спроектировано. И Вика Шелягова тут, в Холуе, дошла в этом деле до совершенства. Каждый час — новая активность деревенской палитры жизни, песни, пляски, огороды, избы для жилья настоящие, герои тоже — сплошь местные жители. Еда обязательно «как тогда», ностальгическая: домашний творог, докторская колбаса, слепленные вручную пельмени, свои соленья, свои пироги, ничего магазинного, ничего из пластика. Вика и есть гений места, душа Холуя, его энергия. По сути, она и формирует свою, «викину» архитектуру пространства тут.
Мне нравится, что мы тут заняты делом — ходили в центр промысла, ходили к местным художникам, живущим между Палехом и Индией, ходили в деревенскую библиотеку, в которую вместе с нашим «Издательством редких книг» привезли более двухсот пятидесяти книжек и учебников для детей.
А ещё мне тут совсем не хочется пить алкоголь. Хотя всегда беру с собой его, да и тут шикарные локальные настойки. Наверное, воздух пьянит голову. И так кристально чисто и покойно на душе. Жаль только, что завтра понедельник и мой побег в Китеж-град превратится в мираж!
Это уже моя третья поездка сюда, каждый раз немного не везёт с погодой — всё-таки град Китеж видится мне идеально летним, в лучах бесконечного предзакатного солнца. Но ничего, влажный октябрьский сумрак придаёт этому месту особый уют, а зная, что ты в августе как в осени, попадаешь не только в пространственную дыру, но и во временную.
Вот говорят, что зумеры изобрели избинг. Но нет же — зумеры хороши в придумывании терминологии, хайповых слов для любого человеческого занятия. Все эти побеги в деревню, на дачу — сплошная ностальгия. Выдох от большого города. Так было что в совке, что сейчас. Просто для психики полезно менять картинку, переносить себя «в кино».
Другой вопрос, что это кино должно быть отлично спроектировано. И Вика Шелягова тут, в Холуе, дошла в этом деле до совершенства. Каждый час — новая активность деревенской палитры жизни, песни, пляски, огороды, избы для жилья настоящие, герои тоже — сплошь местные жители. Еда обязательно «как тогда», ностальгическая: домашний творог, докторская колбаса, слепленные вручную пельмени, свои соленья, свои пироги, ничего магазинного, ничего из пластика. Вика и есть гений места, душа Холуя, его энергия. По сути, она и формирует свою, «викину» архитектуру пространства тут.
Мне нравится, что мы тут заняты делом — ходили в центр промысла, ходили к местным художникам, живущим между Палехом и Индией, ходили в деревенскую библиотеку, в которую вместе с нашим «Издательством редких книг» привезли более двухсот пятидесяти книжек и учебников для детей.
А ещё мне тут совсем не хочется пить алкоголь. Хотя всегда беру с собой его, да и тут шикарные локальные настойки. Наверное, воздух пьянит голову. И так кристально чисто и покойно на душе. Жаль только, что завтра понедельник и мой побег в Китеж-град превратится в мираж!