Ещё один турнир Большого шлема, Уимблдон, стартует уже сегодня. И хотя он может похвастаться своими традициями, например знаменитой клубникой со сливками, но своего художника, как у «Ролан Гарроса», у него нет.
Жоэль Блан уже 20 лет пишет на величайшем французском теннисном турнире акварели в стиле импрессионизма — и создал уже своего рода хронику турнира «Ролан Гаррос», более 500 работ. Он запечатлел Уильямс, Джоковича, Надаля и Федерера. Последние два даже приобрели его акварели с портретами себе в коллекцию.
Жоэль Блан уже 20 лет пишет на величайшем французском теннисном турнире акварели в стиле импрессионизма — и создал уже своего рода хронику турнира «Ролан Гаррос», более 500 работ. Он запечатлел Уильямс, Джоковича, Надаля и Федерера. Последние два даже приобрели его акварели с портретами себе в коллекцию.
Только недавно писала про высокоскоростную ж/д магистраль Москва — Санкт-Петербург, как уже подоспели новости: еще одна ВСМ свяжет Москву и Казань через Нижний Новгород. Так по одному маршруту можно объехать немалую часть России.
В планах запуск линий до Минска, Екатеринбурга, Рязани и Адлера. Скоро железная дорога станет самым удобным и быстрым видом транспорта, на котором можно будет добраться практически до любой точки страны — по крайней мере туристической.
В планах запуск линий до Минска, Екатеринбурга, Рязани и Адлера. Скоро железная дорога станет самым удобным и быстрым видом транспорта, на котором можно будет добраться практически до любой точки страны — по крайней мере туристической.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Нет, это не Майкл Джексон, это величайший из хореографов XX века, Боб Фосс, в фильме 1974 года «Маленький принц» играет Змея и демонстрирует свой номер «Змей в траве» — за несколько лет до знаменитого танца Майкла.
Танцевальные приёмы визуально сильно похожи, и чувствуется влияние Фосса на хореографию Джексона, которая прославит его на весь мир. Это очевидно было зрителям и в то время. Джексон хоть и не подчёркивал, но и не скрывал, что обладает полной коллекцией работ хореографа и тщательно её изучает. Но — никакого плагиата! Джексон и Фосс были знакомы и общались. Джексон признавался, что Фосс его кумир, а Фосс, в свою очередь, высказался, что Джексон — величайший танцовщик. Но вместе они не работали никогда.
Танцевальные приёмы визуально сильно похожи, и чувствуется влияние Фосса на хореографию Джексона, которая прославит его на весь мир. Это очевидно было зрителям и в то время. Джексон хоть и не подчёркивал, но и не скрывал, что обладает полной коллекцией работ хореографа и тщательно её изучает. Но — никакого плагиата! Джексон и Фосс были знакомы и общались. Джексон признавался, что Фосс его кумир, а Фосс, в свою очередь, высказался, что Джексон — величайший танцовщик. Но вместе они не работали никогда.
На ВДНХ высидели дух 1980-х. Именно такую биографию эмансипации советского арт-андеграунда конструирует музей «Гараж» в рамках проекта Открытого хранения «Искусство на частоте 1980-х».
По мнению кураторов, всё началось с акции учеников Комара и Меламида — Донского, Скерсиса и Рошаля-Фёдорова. В 1975 году на выставке в павильоне «Дом культуры» они «высиживали яйцо духа». Начальство попыталось запретить перформанс, но угроза коллективного протеста художников — а значит, и повторения скандальной «бульдозерной выставки» — подействовала.
Уже через несколько лет, не дожидаясь перестройки, неофициальные карты Москвы и Ленинграда стали покрываться сквотами. А беспрепятственно прошедшая в 1986 году под «антикапиталистическими» лозунгами выставка концептуалистов в Битцевском парке закрепила выход культурного подполья из квартир и мастерских. Главным конфликтом на ней стало противостояние с участниками местного вернисажа. Последние увидели в художниках конкурентов, но испугались камер международных телекомпаний. Журналистов, разумеется, интересовали не матрёшки, а Никита Алексеев с плакатом «Биться против буржуазных влияний!!!!».
Впрочем, центром внимания исследователей культурного архива стал всё-таки «пик перестройки»: фильму Сергея Соловьёва «Асса» посвящено целых два раздела выставки.
А самой важной идеей экспозиции стало единство культурного пространства эпохи. Мир современного искусства был некоммерческим: музыка не отделялась от перформанса, перформанс — от моды. Все они создавали состояние уникального момента, единого культурного поля, в котором Тимур Новиков демонстрировал «несогласованную» дыру в стене, а шокированные сотрудники Дома моделей на Кузнецком Мосту наблюдали за толпой панков, штурмующих здание: те заранее знали, что показ «молодёжной моды» превратится в выступление Свена Гундлаха и Петра Мамонова.
По мнению кураторов, всё началось с акции учеников Комара и Меламида — Донского, Скерсиса и Рошаля-Фёдорова. В 1975 году на выставке в павильоне «Дом культуры» они «высиживали яйцо духа». Начальство попыталось запретить перформанс, но угроза коллективного протеста художников — а значит, и повторения скандальной «бульдозерной выставки» — подействовала.
Уже через несколько лет, не дожидаясь перестройки, неофициальные карты Москвы и Ленинграда стали покрываться сквотами. А беспрепятственно прошедшая в 1986 году под «антикапиталистическими» лозунгами выставка концептуалистов в Битцевском парке закрепила выход культурного подполья из квартир и мастерских. Главным конфликтом на ней стало противостояние с участниками местного вернисажа. Последние увидели в художниках конкурентов, но испугались камер международных телекомпаний. Журналистов, разумеется, интересовали не матрёшки, а Никита Алексеев с плакатом «Биться против буржуазных влияний!!!!».
Впрочем, центром внимания исследователей культурного архива стал всё-таки «пик перестройки»: фильму Сергея Соловьёва «Асса» посвящено целых два раздела выставки.
А самой важной идеей экспозиции стало единство культурного пространства эпохи. Мир современного искусства был некоммерческим: музыка не отделялась от перформанса, перформанс — от моды. Все они создавали состояние уникального момента, единого культурного поля, в котором Тимур Новиков демонстрировал «несогласованную» дыру в стене, а шокированные сотрудники Дома моделей на Кузнецком Мосту наблюдали за толпой панков, штурмующих здание: те заранее знали, что показ «молодёжной моды» превратится в выступление Свена Гундлаха и Петра Мамонова.
Палеолитические Венеры встречают африканский ретрофутуризм на «руинах» Ашана. Так можно описать превью Международной этнографической триеннале, случившееся на днях в подмосковном Зарайске, недавно сложившемся эпицентре совриска, ведь основная экспозиция выставки проходит в бывшем здании гипермаркета.
Национальный центр «Россия» объявил о запуске Международной этнографической триеннале (МЭТ), открытие которой запланировано на 2030 год.
Хоть масштабный проект под совместным руководством
российского и эфиопско-американского кураторов случится только через четыре года. Но готовят его уже сейчас, причем готовят серьезно: на превью художественные исследования северных рек и архангельских диалектов сочетаются с деколониальной рефлексией о роли антрополога и о том, как само внимание «собирателей культурных артефактов» побуждает местных жителей подстраиваться под чужие ожидания.
Национальный центр «Россия» объявил о запуске Международной этнографической триеннале (МЭТ), открытие которой запланировано на 2030 год.
Хоть масштабный проект под совместным руководством
российского и эфиопско-американского кураторов случится только через четыре года. Но готовят его уже сейчас, причем готовят серьезно: на превью художественные исследования северных рек и архангельских диалектов сочетаются с деколониальной рефлексией о роли антрополога и о том, как само внимание «собирателей культурных артефактов» побуждает местных жителей подстраиваться под чужие ожидания.
The Art Newspaper Russia
МЭТ-гала: готовится Международная этнографическая триеннале
В Зарайске анонсировали Международную этнографическую триеннале, над которой вместе работают ученые и художники. Она должна состояться в 2030 году в Москве
Пока большинство звёзд развивает свои бренды одежды и косметики, Дуа Липа делает ставку на книги. Вслед за запуском книжного клуба Service95 певица открыла собственную библиотеку. На полках Manifesto Library в книжном Livraria Lello в Португалии — отобранная коллекция из 100 книг, которые когда-либо подвергались цензуре, запретам или критике. В список вошли «Рассказ служанки» Маргарет Этвуд, «Сто лет одиночества» Габриэля Гарсиа Маркеса, «Преступник» Реджинальда Дуэйна Беттса и другие.