Как известно, в Англии каждый писатель — немного шпион, а каждый шпион — немного писатель. Ян Флеминг, создатель Джеймса Бонда, писал своего персонажа практически с себя и разделял с ним жизненные интересы: много женщин, много алкоголя, очень много работы на британскую разведку, включая подготовку отрядов коммандос.

Но вот от кого работы на разведку не ждешь, так это от Роальда Даля, автора «Чарли и шоколадной фабрики». Даль во время Второй Мировой записался добровольцем в авиацию, воевал в Ливии, но в 1942-м его списали из-за ранения и перевели в Вашингтон. Формально — на должность помощника военного атташе.

Неформально он был частью группы шпионов и агентов влияния, заброшенных в Америку по заданию Черчилля. В ту же группу входил и Флеминг. Задание у них было абсолютно джеймсбондовское — они должны были болтаться по светским мероприятиям и соблазнять жен высокопоставленных американцев.

На тот момент очень многие в американской элите не хотели встревать в войну — мол, пусть эти европейцы друг друга убивают, а у нас собственный континент есть, мы тут отсидимся. Черчилля это не устраивало — он был уверен, что единственный шанс англичан на выживание — это если за них, как и в Первой мировой, впрягутся американцы.

Одним из самых влиятельных противников вступления Америки в войну был Генри Люс, владелец журналов Time, Life and Fortune. Жена Генри Люса, Клэр Бут Люс, тоже имела политическое влияние — она была не только светской львицей, но и популярной публичной интеллектуалкой консервативного толка.

И вот британское командование поставило Роальду Далю стратегическую задачу: соблазнить Клэр и сделать из нее агента влияния. Даль был умен, обаятелен, тонок, не брезговал пользоваться своей репутацией раненого летчика, героя войны. Короче, миссию он выполнил с блеском. Но не без труда — он жаловался начальству, что у Клэр дикий темперамент, что она не дает ему спать по три ночи подряд, и что он больше так не может.

«Сынок — последовал ответ командования — Помни, ты делаешь это для своей Родины».

Мечтали оказаться в Большом театре? С «Кантатой» всё возможно!

«Семён Котко» — редкая опера Сергея Прокофьева, в прошлом сезоне триумфально вернувшаяся на сцену главного театра страны. В ней история целой страны раскрывается через судьбы простых людей, через их героизм и чувства. За 4 дня показов в конце прошлого сезона в театре, трансляции и на других площадках её посмотрело более 800 тысяч зрителей!

«Кантата» разыгрывает 10 билетов на показы «Семёна Котко» 7 и 8 октября!

Как участвовать? Легко!
1) Подписаться на телеграм-канал «Кантата»
2) Нажать кнопку «Участвовать» под постом

Не упустите шанс оказаться в Большом! Итоги подведём 6 октября в 19:00

В этот понедельник вспоминаем Иосифа Бродского в рубрике #КультурноеГастро. Иосифу Бродскому пить кофе и курить запрещали врачи. Но бросать он, несмотря на три инфаркта, и не думал — не видел без этого смысла просыпаться. Даже когда в университете штата Мичиган, где он работал, запретили курить, он продолжал появляться на собственных лекциях с неизменной сигаретой и чашкой кофе.

Однажды в офисе знаменитой цветаевоведки Виктории Швейцер Иосиф разбил свой термос. Впрочем, его это не смутило. Было решено немедленно заново отфильтровать разлившийся напиток сквозь бумажное полотенце. Присутствовавшему при этой сцене американцу Питеру Скотту поэт сказал: «Как американец, в настоящий момент вы должны испытывать отвращение». И, разумеется, продолжил процесс.