Лето медленно, но верно близится к завершению. Редакция в рамках рубрики #киновыходногодня собрала для вас любимые фильмы, как отечественные, так и зарубежные, с которыми оставшиеся три недели окажутся ещё ярче. Крым, Бертолуччи и Хамагути — ради такого можно перетерпеть и жару, и ливни. А предыдущую подборку о фильмах на спортивную тематику смотрите здесь.
Ускользающая красота, 1995, Бертолуччи — квинтэссенция летней Тосканы, которой впоследствии будут вдохновляться и Гуаданиньо, и Соррентино. Совсем юная Лив Тайлер с очевидной аллюзией к Лолите, потеря девственности и поиск отца, виллы и виноградники — вершина стиля, воспеваемого Бертолуччи на протяжении последних 40 лет работы.
«Шапито-шоу», 2011, Сергей Лобан — фильм-лабиринт контркультурщика Лобана, разбитый на четыре новеллы в Крыму, самом сакральном месте для наших соотечественников. Чобану удалось вместить в фильм и перестроечную сцену, и наследие СССР, и аккуратный треш. Один из немногих наших роскошных фильмов без хтони. Любителям «Шырли-мырли» посвящается!
«Сто дней после детства», 1975, Соловьёв — пионерский лагерь позднего СССР оказывается не кузницей идеологии, а пространством любви и Лермонтовских настроений. Друбич-нимфетка, Серебряный медведь в Западном Берлине, простота кадра и Lettres D’Amour.
«Сядь за руль моей машины», 2021 — драма наиболее узнаваемого сегодня японского кинематографиста Рюсукэ Хамагути по рассказу Харуки Мураками. Режиссер, потерявший жену, остается с Антоном Чеховым. Три приза в Каннах и премия «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке.
«Кислород», 2008 — животворящая сила любви авторства Вырыпаева. Санек гулял по бульвару и с интересом рассматривал всех окружающих: кто-то танцевал хип-хоп, кто-то катался на скейтбордах, кто-то целовался, в общем, все как обычно, но стоило ему повернуть голову и увидеть её — свободную, красивую, рыжеволосую девушку, ту которая «кислород». Претенциозно, но кайфово.
Ускользающая красота, 1995, Бертолуччи — квинтэссенция летней Тосканы, которой впоследствии будут вдохновляться и Гуаданиньо, и Соррентино. Совсем юная Лив Тайлер с очевидной аллюзией к Лолите, потеря девственности и поиск отца, виллы и виноградники — вершина стиля, воспеваемого Бертолуччи на протяжении последних 40 лет работы.
«Шапито-шоу», 2011, Сергей Лобан — фильм-лабиринт контркультурщика Лобана, разбитый на четыре новеллы в Крыму, самом сакральном месте для наших соотечественников. Чобану удалось вместить в фильм и перестроечную сцену, и наследие СССР, и аккуратный треш. Один из немногих наших роскошных фильмов без хтони. Любителям «Шырли-мырли» посвящается!
«Сто дней после детства», 1975, Соловьёв — пионерский лагерь позднего СССР оказывается не кузницей идеологии, а пространством любви и Лермонтовских настроений. Друбич-нимфетка, Серебряный медведь в Западном Берлине, простота кадра и Lettres D’Amour.
«Сядь за руль моей машины», 2021 — драма наиболее узнаваемого сегодня японского кинематографиста Рюсукэ Хамагути по рассказу Харуки Мураками. Режиссер, потерявший жену, остается с Антоном Чеховым. Три приза в Каннах и премия «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке.
«Кислород», 2008 — животворящая сила любви авторства Вырыпаева. Санек гулял по бульвару и с интересом рассматривал всех окружающих: кто-то танцевал хип-хоп, кто-то катался на скейтбордах, кто-то целовался, в общем, все как обычно, но стоило ему повернуть голову и увидеть её — свободную, красивую, рыжеволосую девушку, ту которая «кислород». Претенциозно, но кайфово.
Forwarded from Arthouse
В завершение тура Гаспара Ноэ хочется поблагодарить за поддержку людей, благодаря которым этот визит получилось воплотить в жизнь: главного редактора журнала «Москвичка» Дарину Алексееву и ресторатора Илью Тютенкова. Прощальная вечеринка прошла в ресторане Ильи Fullmoon.
Последние дни были сумасшедшими — прямо под стать фильмам Ноэ ❤️
Последние дни были сумасшедшими — прямо под стать фильмам Ноэ ❤️
Telegram
Бахчисарайские гвоздики
Вчера в новеньком Full moon главный шаман московского гастро Илья Тютенков и главный шаман европейской кинематографии Гаспар Ноэ, а я посередине.
Конечно, масштаб программы, организованной творческим объединением Arthouse, внушителен. Никакого мейнстрима…
Конечно, масштаб программы, организованной творческим объединением Arthouse, внушителен. Никакого мейнстрима…
Малагенья
Смерть вошла
и ушла
из таверны.
Черные кони
и темные души
в ущельях гитары
бродят.
Запахли солью
и женской кровью
соцветия зыби
нервной.
А смерть
все выходит и входит,
выходит и входит...
А смерть
все уходит —
и все не уйдет из таверны.
Федерико Гарсиа Лорка
Смерть вошла
и ушла
из таверны.
Черные кони
и темные души
в ущельях гитары
бродят.
Запахли солью
и женской кровью
соцветия зыби
нервной.
А смерть
все выходит и входит,
выходит и входит...
А смерть
все уходит —
и все не уйдет из таверны.
Федерико Гарсиа Лорка
Forwarded from Кинокостюм для чайников
Пока смотрю в поезде третий сезон «Медведя», не покидает мысль, что хочу такой же проект про российских киноделов. Как все орут друг на друга на съемочный площадке, но в конечном итоге с горем пополам снимают кино и получают за него «Золотого орла». Называться будет «Крыса» или «Жаба», я ещё до конца не определилась. Может «Бобёр»? Типа умеет строить из говна и палок.
В пятницу петербуржская Anna Nova открывает первую посмертную выставку Дмитрия Маркова, любимого фотографа «Гвоздик».
На этажах галереи расположатся 60 фотографий, снятых за 10 лет. Всю свою творческую жизнь Дмитрий Марков снимал пронзительные и поэтичные образы провинциальной России на камеру смартфона. Главным героем его снимков становится геометрия кадра — именно она заставляет говорить персонажей его произведений: сирот, полицейских, рабочих... Образы Дмитрия Маркова — это прежде все образы уязвимости, сила его героев всегда будто выветрена, а красота обязательно просвечивает изнутри сквозь внешнюю неказистость.
Дмитрий Марков умер в 41 год. Он успел издать две фотокниги. Возможно, грядущую выставку «Седьмое небо» можно считать третьей. Cкончался Дмитрий 16 февраля, так что откроется экспозиция спустя ровно полгода с его ухода.
На этажах галереи расположатся 60 фотографий, снятых за 10 лет. Всю свою творческую жизнь Дмитрий Марков снимал пронзительные и поэтичные образы провинциальной России на камеру смартфона. Главным героем его снимков становится геометрия кадра — именно она заставляет говорить персонажей его произведений: сирот, полицейских, рабочих... Образы Дмитрия Маркова — это прежде все образы уязвимости, сила его героев всегда будто выветрена, а красота обязательно просвечивает изнутри сквозь внешнюю неказистость.
Дмитрий Марков умер в 41 год. Он успел издать две фотокниги. Возможно, грядущую выставку «Седьмое небо» можно считать третьей. Cкончался Дмитрий 16 февраля, так что откроется экспозиция спустя ровно полгода с его ухода.