Россияне снова скрестили мемы с литературой, выбрав типичных типажных представителей среди мужчин.
Главный масик — Владимир Ленский
Главный тюбик — Евгений Онегин
Главный альт — Евгений Базаров
Главный скуф — Вернон Дурсль
Главный штрих — Драко Малфой
Представителей типажей в кино «Гвоздики» уже, конечно, давно выбрали.
Главный масик — Владимир Ленский
Главный тюбик — Евгений Онегин
Главный альт — Евгений Базаров
Главный скуф — Вернон Дурсль
Главный штрих — Драко Малфой
Представителей типажей в кино «Гвоздики» уже, конечно, давно выбрали.
«Гвоздики» всегда знали, что европейский кинематограф многое взял от Тарковского. Вспомнить даже работу со временем у Флигауфа, перечислять примеры можно бесконечно. А теперь знаем и то, что Гаспар Ноэ большой поклонник нашего режиссёра. Сразу по приезду, ещё до творческой встречи, месье Ноэ, в сопровождении культурного объединения Arthouse, поехал в Переделкино, смотреть места, где снимали «Зеркало». Зашёл он и в Дом Литератора, где отметил кинематографичность бара-буфета.
В общем, «Гвоздики» ещё раз оценили, насколько же современные режиссёры любят Тарковского. И не просто, как классика, а как кумира и вдохновителя.
В общем, «Гвоздики» ещё раз оценили, насколько же современные режиссёры любят Тарковского. И не просто, как классика, а как кумира и вдохновителя.
«А наши глаза почти никогда не бывают нашими глазами. Мы на все смотрим глазами других. Чужих. Глазами ближних и дальних. Мудрых и безумных.
Врагов и друзей. Тех, кто нам авторитет; тех, кому мы авторитет.
Мы смотрим глазами родителей, дедов, прадедов. Потом глазами наших нянек в юбках или брюках.
Потом глазами наших учителей.
Потом глазами писателей, произведения которых впитываем в себя. И чем талантливее писатель, тем больше он влияет на наше зрение».
Николай Шебуев
Врагов и друзей. Тех, кто нам авторитет; тех, кому мы авторитет.
Мы смотрим глазами родителей, дедов, прадедов. Потом глазами наших нянек в юбках или брюках.
Потом глазами наших учителей.
Потом глазами писателей, произведения которых впитываем в себя. И чем талантливее писатель, тем больше он влияет на наше зрение».
Николай Шебуев
В начале августа вышел трейлер фильма «Рыжий», посвященного жизни легендарного уральского поэта. Кинокритик и по совместительству соредактор «Гвоздик» Гордей Петрик, уже посмотревший картину, выступает с собственным авторским мнением. Весьма в критической оптике:
По следам одного из редких показов псевдобайопика уральского поэта Бориса Рыжего (или антибайопика, как его справедливо называет сам режиссёр Семён Серзин) на фестивале «Одна шестая» хочется напомнить об аксиоме, связанной с биографическим жанром. Как героя ни перепридумай — он должен быть тебе близок как автору, какие события из его жизни ни подбери — ты должен понимать их значимость, соразмерность опыту персонажа. И тут Серзин и сыгравший Рыжего Евгений Алёхин из «Макулатуры» попадают в молоко по всем фронтам.
Отчасти из-за того, что искренне не понимают культурного значения Евтушенко, если доверяют сыграть его Олегу Гаркуше, равно как и северного панк-рока — превращая в его образчик обрюзгшего Лёху Никонова. Не понимают, что такое в общем алкоголизм, подменяя его — особенностями течения времени и ямками на щеках главного героя — эстетикой наркоманской, которая с алкоголем в русской культуре не особо пересекается. Да что там о мелочах — авторы не понимают в принципе стихов Рыжего, если накладывают его суицид на пластмассово сымитированный концерт Егора Летова и сводят причины к семейным трудностям.
Так говорят об отчаянных алкоголиках богемные нарики и о народе-страстотерпце (а Рыжий, безусловно, поэт народный) нежные интеллигенты. Только вот в случае столь значительной фигуры, как Борис Борисович Рыжий, эта самонадеянная оптика обесценивает и его путь, и его стихи.
По следам одного из редких показов псевдобайопика уральского поэта Бориса Рыжего (или антибайопика, как его справедливо называет сам режиссёр Семён Серзин) на фестивале «Одна шестая» хочется напомнить об аксиоме, связанной с биографическим жанром. Как героя ни перепридумай — он должен быть тебе близок как автору, какие события из его жизни ни подбери — ты должен понимать их значимость, соразмерность опыту персонажа. И тут Серзин и сыгравший Рыжего Евгений Алёхин из «Макулатуры» попадают в молоко по всем фронтам.
Отчасти из-за того, что искренне не понимают культурного значения Евтушенко, если доверяют сыграть его Олегу Гаркуше, равно как и северного панк-рока — превращая в его образчик обрюзгшего Лёху Никонова. Не понимают, что такое в общем алкоголизм, подменяя его — особенностями течения времени и ямками на щеках главного героя — эстетикой наркоманской, которая с алкоголем в русской культуре не особо пересекается. Да что там о мелочах — авторы не понимают в принципе стихов Рыжего, если накладывают его суицид на пластмассово сымитированный концерт Егора Летова и сводят причины к семейным трудностям.
Так говорят об отчаянных алкоголиках богемные нарики и о народе-страстотерпце (а Рыжий, безусловно, поэт народный) нежные интеллигенты. Только вот в случае столь значительной фигуры, как Борис Борисович Рыжий, эта самонадеянная оптика обесценивает и его путь, и его стихи.
Forwarded from СысоевFM
Вместе с журналом «Москвичка» и К2 продолжаем напоминать о сборе в пользу пострадавших в Курске.
А также сообщаем, что уважаемый нами фонд «Дом с Маяком» готов принять паллиативных детей из Курска у себя в Москве (или просто помочь).
Можно написать напрямую
Лидии — сюда или сюда, или Марине сюда.
А также сообщаем, что уважаемый нами фонд «Дом с Маяком» готов принять паллиативных детей из Курска у себя в Москве (или просто помочь).
Можно написать напрямую
Лидии — сюда или сюда, или Марине сюда.