«Цветы, плоды, музыкальные инструменты в итальянской живописи эпохи барокко», открывшаяся вчера в ГМИИ им.Пушкина — это выставка того рода, на которую хочется позвать любимую тётку. При условии, конечно, если тётка обладает хорошим художественным вкусом и любит овощи.

Итальянский натюрморт — не самая избалованная русским вниманием тема. Всё больше нам известны разные голландцы, которых, честно повторяя за Георгием Костаки, постоянно очень хочется поскрести. Итальянцы, а на выставке это работы XVII–XVIII преимущественно из запасников музея, кажутся свежее. А ведь для овощей и рыбы это особенно важно? Как раз к той весне, которую мы так долго все ждали.

Куратор Виктория Маркова открывает Москве новый мир яркий в котором есть «Орфей» Вассалло и Якопо Лигоцци, автор картины на тему vanitas и, как сообщается, четырех превосходных рисунков с изображением рыб. Гвоздь выставки — портрет работы Арчимбольдо из частной коллекции, который если и не уступает, то вполне похож на его же «Голову и корзину с фруктами» из исторической коллекции императора Рудольфа II.

Есть только одно НО во всём этом празднике картинно увядающей жизни. Прекрасно выставленный свет и хороший каталог отвлекают от важного вопроса: почему второй раз подряд (до этого была Испанская коллекция) в музее делают выставку, на которую кроме любимой тётки звать больше никого не хочется? Что будет дальше? Вариации на тему животных Дюрера? Опять немецкий бидермейер?

Гуляя по галерее и рассматривая развеску из семидесяти картин с овощами, фруктами, рыбами и одной разложившейся головой вспоминаешь, как часто у ГМИИ им. Пушкина, спрашивали почему музей так редко выставляет работы из своих запасников? Что ж, если кроме плодов земли в этих запасниках ничего нет, то вот и ответ: музей не хотел стать площадкой для выгула средневозрастных родственниц. Кажется, не хочет быть им и сейчас. Или всё-таки хочет?

Орнелла Мути, по праву, настоящий посол русской моды. А началось все еще 10 лет назад, когда Орнелла посетила один из первых показов Ульяны Сергеенко в рамках PFW. После этого все Канны и благотворительные вечера, и, конечно, показы Ульяны, на Орнелле были только в Сергеенко.

Сегодня Мути приехала в Москву на неделю моды, и это более чем логичный шаг. Во-первых, одна из самых красивых итальянских кинодив признается в любви русской моде, и призывает не изменять себе и своему взгляду. «Гвоздикам» кажется важным, что этот совет исходит «со стороны». Плюс приятно было показать Орнелле, что не Сергеенко единой — у нас много интересных дизайнеров, на одной только Московской неделе моды были сотни.

А «Гвоздики» вспоминают самые яркие выходы Орнеллы в образе «tsarina» (помните, так называли русских модниц на просторах соцсетей?).

В минувшие выходные Гвоздики отправились за ранней весной в окрестности Новодевичьего монастыря. Почувствовать «Любовь земли и прелесть года», о которой писал Тютчев.

Хамовники — прекрасны в любую пору.
Кстати, даже пару веков назад это место было популярным. Чтобы поселиться в Хамовной слободе, надо было подать челобитную царю, который мог дать свое разрешение, а мог и отказать.

С тех пор прошло немало лет, а этот уголок Москвы стал еще более привилегированным. Ремесленные лавки уступили место роскошным историческим особнякам и эксклюзивным новым проектам. Одним из них станет «Дом XXII» на Погодинской улице от компании Донстрой. Его жители будут неспешно смаковать утренний кофе с видом на Новодевичий, гулять по собственному уединенному саду с дубовой аллеей, прудом и фонтанами и наслаждаться всеми атрибутами жизни в роскошном доме.

В двух зданиях всего 109 квартир, среди которых есть уникальные форматы с террасами и пентхаусы с возможностью установки камина. На первом этаже — роскошное лобби с водопадом, арт-объектами и кафе. Только для резидентов проекта будут открыты фитнес-зал, детский клуб и репетиторский класс, бьюти-рум и все, что нужно для беззаботной жизни в никем не нарушаемой приватности. Над архитектурой проекта работали авторы реконструкции первого корпуса Московского Кремля и креативного кластера «Арма» — «Сергей Киселев и партнеры». Декоративным оформлением фасадов домов занимаются Андрей, Павел и Петр Наличи. Поэтому в каждой детали чувствуется особый авторский почерк.

Что можно сказать про новую выставку «Еврейский авангард. Шагал, Альтман, Штеренберг и другие»? Очень честное название. На этой добротно сделанной выставке (впрочем, бывают ли в Еврейском музее другие?) нам показывают евреев, которые делали авангард. Конечно, нельзя сказать, что мы и раньше не знали, что евреи делали авангард, но…

Раз уж мы в последнее время начали наконец подчёркнуто рассуждать о народах России, то стоит немного сдвинуть понимание такого колониального конструкта, как русский авангард.

В ядре выставки период, когда, после отмены черты оседлости, талантливые художники и литераторы устремились в Москву и Петроград. Здесь представлен Марк Шагал, Натан Альтман, Давид Штеренберг, Эль Лисицкий, Роберт Фальк, Иосиф Чайков, Александр Тышлер, Соломон Никритин, Яков Паин, Ниссон Шифрин и Иссахар Бер Рыбак.

Даже если мы оставим только самые известные фамилии, окажется, что создателями русского авангарда и конструктивизма был украинец польского происхождения, русский с украинской фамилией и еврей — речь про Малевича, Родченко и Лисицкого. В этом же кругу Сергей Эйзенштейн — сын еврея выкреста. И многие другие. На экспозиции это не педалируется, скорее наоборот — она выглядит как глубокий проект про отдельную сцену. И этот подход тоже можно понять. Хотя, если отдать дань историческому периоду, тогда национальности действительно варились в общем котле, создавая единое культурное поле. А теперь это называют Русским авангардом.

Впрочем, слова хоть и влиятельные маркеры позиционирования, действия они не затмят. И, кажется, что для такой истории, как значение еврейских творцов в Российском контексте, можно выбрать более смелую позицию. Время пришло.

#ОдобреноГвоздиками