Forwarded from Musing ✨
Маруся! Запустила Кино как Режиссер! Восторг
Musing ✨
Маруся! Запустила Кино как Режиссер! Восторг
Ой, а что за кино будет снимать Маруся Фомина, кто-нибудь знает? Очень она мне нравится
«Разной мелочью позвенеть,
закурить и пойти за хлебом,
неожиданно умереть,
напитавшись глубоким небом,
или выйти в кромешной тьме,
в первобытных узорах ада,
но наверно таким, как мне,
так и надо.
Нет трагизма в моих словах —
это просто слова в конверте,
хоть на фоне играет Бах,
как играют за час до смерти.
Что я видел и что хотел,
как любил и чего боялся?
Воробей надо мной летел,
я смеялся.
Может быть, вот такой фрагмент —
это все, что оставят свыше.
Речка волнами изолент
завернет меня и запишет
в указатель отживших душ,
и я буду лежать в глубинах
в серебре, как ахейский муж,
и в рубинах».
Фёдор Терентьев
закурить и пойти за хлебом,
неожиданно умереть,
напитавшись глубоким небом,
или выйти в кромешной тьме,
в первобытных узорах ада,
но наверно таким, как мне,
так и надо.
Нет трагизма в моих словах —
это просто слова в конверте,
хоть на фоне играет Бах,
как играют за час до смерти.
Что я видел и что хотел,
как любил и чего боялся?
Воробей надо мной летел,
я смеялся.
Может быть, вот такой фрагмент —
это все, что оставят свыше.
Речка волнами изолент
завернет меня и запишет
в указатель отживших душ,
и я буду лежать в глубинах
в серебре, как ахейский муж,
и в рубинах».
Фёдор Терентьев
Гуляем с Ирой Зарьковой, Юлей Пош и Женей Заболотным в Питере по случаю Marvis Art Holidays, который проходит при поддержке культовой зубной пасты Marvis. По программе классический питерский стандарт — «Астория» с видом на Исакиевский, переменчивое небо в силу характера местного климата, фортепианный фестиваль Pianissimo в Новом Эрмитаже, развод мостов с лодки, ужин под яблонями в ресторане «Сад» и Шевчук в наушниках.
Я наконец-то дошла до Таврического сада (дико расстроилась от его хаотично-запущенного вида) и очаровательной, но примитивной музей-квартиры Иосифа Бродского. В планах Академия Штиглица — говорят, там красота.
Я наконец-то дошла до Таврического сада (дико расстроилась от его хаотично-запущенного вида) и очаровательной, но примитивной музей-квартиры Иосифа Бродского. В планах Академия Штиглица — говорят, там красота.
Forwarded from ЗАРЬКОВА
А вот и причина моей пропажи из телеграмма - Питер. Гуляем с друзьями по городу и наслаждаемся классической культурной программой северной столицы. Ни одна моя поездка туда, кстати, не обходится без посещения ресторана Birch, где я сегодня обедала и разговаривала с шефом Хезретом-Арсланом Бердиевым, в том числе о недавнем скандале. Скоро напишу, что думаю по поводу всего этого.
Telegram
Бахчисарайские гвоздики
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Август — астры,
Август — звезды…
...Писала Цветаева.
Астра – классика первосентябрьского букета вместе с георгинами, гладиолусами, золотыми шарами и «елочкой». Чуть не в каждом дворе были цветы на клумбах, огороженных штакетником или кирпичиками. Старые дворы исчезают, но новые зеленые пространства Москвы хранят цветочное настроение.
В ЖК «Символ» от Донстрой букет на 1 сентября не обязателен. Учителя нового корпуса Бауманской инженерной школы 1580, построенной на территории проекта, могут прямо из окон любоваться живой красотой в парке «Зеленая река». Парк — это 10 гектаров общения, движения и отдыха. Самая широкая часть парка проходит у новых корпусов 24-27 квартала «Искренность». Они вводятся в эксплуатацию в этом году. МГТУ им. Баумана недалеко. Из окон корпусов «Символа», как на ладони, строящийся университетский кластер Бауманки. В стиле хай-тек, с гибким абрисом зданий и обилием стекла —170 тысяч «квадратов» науки.
Каким он будет: как Cornell Tech? IE Tower? The Art in STEM? Увидим очень скоро.
Август — звезды…
...Писала Цветаева.
Астра – классика первосентябрьского букета вместе с георгинами, гладиолусами, золотыми шарами и «елочкой». Чуть не в каждом дворе были цветы на клумбах, огороженных штакетником или кирпичиками. Старые дворы исчезают, но новые зеленые пространства Москвы хранят цветочное настроение.
В ЖК «Символ» от Донстрой букет на 1 сентября не обязателен. Учителя нового корпуса Бауманской инженерной школы 1580, построенной на территории проекта, могут прямо из окон любоваться живой красотой в парке «Зеленая река». Парк — это 10 гектаров общения, движения и отдыха. Самая широкая часть парка проходит у новых корпусов 24-27 квартала «Искренность». Они вводятся в эксплуатацию в этом году. МГТУ им. Баумана недалеко. Из окон корпусов «Символа», как на ладони, строящийся университетский кластер Бауманки. В стиле хай-тек, с гибким абрисом зданий и обилием стекла —170 тысяч «квадратов» науки.
Каким он будет: как Cornell Tech? IE Tower? The Art in STEM? Увидим очень скоро.
Лидия Мастеркова в рубрике #Лонгриды
Вспоминая о советском неофициальном искусстве, на ум всегда приходят концептуалисты-мужчины — Пивоваров, Монастырский и компания. Это неудивительно, художественная среда той эпохи давала женщинам возможность высказываться крайне редко и, чаще всего, в качестве «приложения» к мужчине, художественному или романтическому партнеру.
Тем важнее история Лидии Мастерковой. Начала она среди «лианозовского круга» — поэтов советского быта, хтони и отчаяния, собранных вокруг фигуры Оскара Рабина. А дальше её живопись приобрела черты американской послевоенной абстракции — цветовые поля (впрочем, более компактные ю, чем у американцев — советский коммунальный быт не давал возможностей для создания гигантских полотен).
На Западе она оказалась слишком поздно, после Бульдозерной выставки, там абстракционизм уже вышел из моды. Чем позитивно выделялась Мастеркова — обращением к духовным темам, что было несвойственно концептуалистам. А вот политику в творчестве она не выносила, отчасти с этим связан ее первый неуспех во Франции. Зато в Штатах под кураторством племянницы ей удалось найти своего зрителя. Только в 90-х она завоевывает старый свет, у нее появляются поклонники и коллекционеры среди французов.
Хоть блестящая глобальная карьера Ильи Кабакова ей и не светила, а независимый характер и отсутствие привычки к саморекламе так и не дали встроиться в мировой художественный мейнстрим — стоимость её работ на аукционах порой превышала сотню тысяч долларов.
Её ретроспектива должна была стать одной из центральных элементов сезона 2022 года в музее «Гараж», там же в этом году вышла и первая книга о творчестве Мастерковой, написанная её племянницей и кураторкой ряда её американских проектов, Маргаритой Мастерковой-Тупицыной.
Вспоминая о советском неофициальном искусстве, на ум всегда приходят концептуалисты-мужчины — Пивоваров, Монастырский и компания. Это неудивительно, художественная среда той эпохи давала женщинам возможность высказываться крайне редко и, чаще всего, в качестве «приложения» к мужчине, художественному или романтическому партнеру.
Тем важнее история Лидии Мастерковой. Начала она среди «лианозовского круга» — поэтов советского быта, хтони и отчаяния, собранных вокруг фигуры Оскара Рабина. А дальше её живопись приобрела черты американской послевоенной абстракции — цветовые поля (впрочем, более компактные ю, чем у американцев — советский коммунальный быт не давал возможностей для создания гигантских полотен).
На Западе она оказалась слишком поздно, после Бульдозерной выставки, там абстракционизм уже вышел из моды. Чем позитивно выделялась Мастеркова — обращением к духовным темам, что было несвойственно концептуалистам. А вот политику в творчестве она не выносила, отчасти с этим связан ее первый неуспех во Франции. Зато в Штатах под кураторством племянницы ей удалось найти своего зрителя. Только в 90-х она завоевывает старый свет, у нее появляются поклонники и коллекционеры среди французов.
Хоть блестящая глобальная карьера Ильи Кабакова ей и не светила, а независимый характер и отсутствие привычки к саморекламе так и не дали встроиться в мировой художественный мейнстрим — стоимость её работ на аукционах порой превышала сотню тысяч долларов.
Её ретроспектива должна была стать одной из центральных элементов сезона 2022 года в музее «Гараж», там же в этом году вышла и первая книга о творчестве Мастерковой, написанная её племянницей и кураторкой ряда её американских проектов, Маргаритой Мастерковой-Тупицыной.