В среду в галерее Алины Пинской открылась выставка True colors. Стоит отметить, все открытия у этой галереи очень достойные, и достоинства не ограничиваются списком пришедших гостей))) Работы Шелковского, Музалевского (моя давняя любовь), Турновой, Бегальской и французов Бельгарда и Шнайдера объединяет отношение к цвету как к принципиальному средству выразительности. Несмотря на то, что все произведения очень разные, их сочетание в пространстве галереи органично.
Отдельно стоит отметить работу Жени Миловой, гаранта интересной публики — завсегдатаев арт-мира, редких гостей на мероприятиях и молодые лица так непринужденно может объединить только она.

...устал, сплю плохо, дилетантски живу, шампанское, устрицы, вдохновения, скуки; не жалуюсь, но и не доволен.

14 декабря 1911, 31 год

Сергея Адоньева лишили болгарского гражданства 5 лет назад вовсе не из-за санкций. Просто при подаче заявки он не указал свою американскую судимость из 1990-х. Судили его за обход санкций против Кубы.

По сути речь шла просто об отмене решения о предоставлении гражданства — ведь оно было основано на заведомо ложных сведениях. А на днях гражданства лишили детей Адоньева, получивших его на основании гражданства самого бизнесмена. Другое дело, что развернувшиеся на фоне украинских событий преследования родившегося во Львове бизнесмена совершенно непонятны: ни январское введение против него санкций, ни настойчивое внимание антивоенных СМИ.

На принятие решений в России он явно никогда не влиял, с оборонкой не связан, да и известен он в основном по поддержке умеренно либеральных культурных и политических проектов: от «Новой газеты» и Ксении Собчак до «Электротеатра», «Дома Радио» и «ДАУ».

Да, можно бесконечно шутить про ежеутренний стакан водки, который поддерживает нашу официальную внешнюю политику в дивном состоянии. Но уж лучше так, чем этот невыносимый крючкотворный близорукий кадавр с лицом Майкла Макфола в качестве «американского знания о русском дипстейт».
Богатых, конечно, не жалко, но пусть карают хоть по делу.

Путь друга «Гвоздик», визажиста Серёжи Наумова от консультанта в MAC из Челябинска до создателя собственного бренда (очень крутой!) косметики, вообще не назовёшь простым. Годы работы в глянце на съемках, работа с частными, чаще всего очень известными, клиентами все равно не сломили Наумова на пути к своему продукту, хотя в России это непросто. Все, кто знаком с Серёжей давно, знали о его любви сделать свое.

Первые помады он сварил дома на кухне, и они, подаренные лично подругам и любимым актрисам, становились незаменимы. Приходилось «перевыпускать». К слову, до сих пор если ты пользуешься чем то «от Наумова», аналоги искать бесполезно. Об этом хорошо знают, например, гримеры МХТ им. А. Чехова, работая на его косметике, с лёгкой руки Ренаты Литвиновой.
С Серёжей мы были знакомы ещё до создания бренда, и он уже тогда отличался юмором и способностью превращать в красоту всё, чего касается. Он и сейчас такой, откровенно рассказывает как корректировал себе нос без операции (успешно!), или разносит в пух и прах какие-нибудь люксовые банки, которые не оправдали его ожиданий. А ещё это просто смешной телеграмм канал с мемами, идеальный способ отвлечься от потока новостей)))

В a-s-t-r-a gallery открывается первая групповая выставка из цикла «Центр, где я есть» — взгляд на локальные сцены Краснодара, Екатеринбурга, Воронежа, Владивостока, Уфы и других городов. Первый проект представляет Санкт-Петербургскую сцену — «Тихий ход» это метафора питерского движения арт-среды, плавного, но настойчивого.

Проект в разработке, галерея недавно объявила open-сall (писать им можно на почту hello@a-s-t-r-a.com с темой письма «центр, где я есть»), к сотрудничеству приглашаются не только региональные художники, но и кураторы. Алина Крюкова обещает проведение public talks, встреч и выездных арт-туров, и, возможно, даже грантов на обучение. Концепция интригует, в наше время отсутствия какой-либо статики, такой открытый формат кажется единственно адекватной формой существования.

Летели купола, дороги и цветы,
Звоня в колокола беспечные, как ты,
Как капли молока, как здравствуй и прощай,
Как недопитый чай, летели облака.

Летели кирпичи, солдаты старых стен,
Драконы перемен, богема и бичи.
Не страшная война, не горькое вино,
Печальная страна, а в ней твое окно.

Летели не спеша, порхали неглиже,
Как юная душа в сгоревшей парандже,
В Даос и Вифлеем, к окраине земли,
От глупых теорем, оставленных в пыли.

Зажгу на кухне свет из века-сундука,
Где крылья много лет искали седока,
Достану, разомну, пристрою на спине
И запущу весну, и облака во мне.

Юрий Шевчук