Forwarded from СОЛОДНИКОВ
Нет, это не графика Виктора Цоя и не рисунки Кита Харинга!
Эти замысловатые фигуры в 1920-1930-х годах изобразил как раз Сергей Эйзенштейн. Будущий режиссёр с детства увлекался рисованием, но как художника все его узнали лишь с выходом книги с зарисовками в 1961 году, спустя 13 лет после его смерти.
Эти замысловатые фигуры в 1920-1930-х годах изобразил как раз Сергей Эйзенштейн. Будущий режиссёр с детства увлекался рисованием, но как художника все его узнали лишь с выходом книги с зарисовками в 1961 году, спустя 13 лет после его смерти.
СОЛОДНИКОВ
Нет, это не графика Виктора Цоя и не рисунки Кита Харинга! Эти замысловатые фигуры в 1920-1930-х годах изобразил как раз Сергей Эйзенштейн. Будущий режиссёр с детства увлекался рисованием, но как художника все его узнали лишь с выходом книги с зарисовками…
А вот такого неоднозначного Сергея Эйзенштейна даже сейчас можно выкупить на аукционе. Спешите!
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
В «Художественном» вчера премьерили «Фандорина» — новое прочтение акунинского детектива «Азазель». Главная роль досталась новой надежде российского кино 26-летнему талантливейшему Владиславу Тирону, вместе с которым мы в детстве учились в школе искусств им. Верстовского (только я танцевала, а он актёрствовал).
На премьере присутствовал и Евгений Стычкин, который сыграл в сериале некого Орлова (дополненного сценаристами персонажа). Актера поддержала его жена, красавица Ольга Сутулова, удивительным образом успевающая и сама играть в кино, и воспитывать двух детей. Она давно для меня пример элегантности и простоты, причём даже не только в образе, но и в целом в подходе к жизни.
На премьере присутствовал и Евгений Стычкин, который сыграл в сериале некого Орлова (дополненного сценаристами персонажа). Актера поддержала его жена, красавица Ольга Сутулова, удивительным образом успевающая и сама играть в кино, и воспитывать двух детей. Она давно для меня пример элегантности и простоты, причём даже не только в образе, но и в целом в подходе к жизни.
Одна из самых странных, на первый взгляд, историй о возвращении «разграбленного нацистами» искусства начала разворачиваться 13 декабря прошлого года в одном из судов американского штата Иллинойс. Потомки еврейского банкира Поля фон Мендельсона-Бартольди заявили о том, что японская компания Sompo Holdings должна вернуть им одну из версий «Подсолнухов» ван Гога, легально купленную на аукционе Christie's в Лондоне аж в 1987 году. Стоимость картины составляла тогда почти 40 миллионов долларов. Для того времени это была рекордная стоимость произведения искусства.
Наследники же утверждают, что полотно было продано полувеком году ранее Полем фон Мендельсоном-Бартольди по заниженной цене, чтобы избежать конфискации его нацистами. Вот только продано, а то и просто завещано (источники расходятся) полотно было его собственной жене, Эльзе фон Лаверн-Пегийен, графине Кессельштадтской. И она в отличие от Поля еврейкой не была.
Многочисленные сёстры банкира с завещанием, оставлявшим жене художественную коллекцию, не спорили ни до, ни после Второй мировой. А вот десятки их потомков решили заняться морально-юридическим троллингом, в котором преуспевают уже второе десятилетие. Судов они не выигрывают: музеям проще отделаться секретной суммой денег, а иногда просто отдать картину, чем участвовать в репутационно проблемном процессе. Так или иначе, неплохой заработок они себе обеспечили.
В 2020 году знаменитый галерист Ларри Гагосян (владелец самой большой сети галерей современного искусства, именно Гагосян сделал Мишеля Баския звездой галерей и помог Дэмиену Херсту стать миллионером) оценил переданный потомкам Мендельсона-Бартольди рисунок Пикассо не менее чем в 10 миллионов долларов. От Sompo Holdings помимо картины наследники требуют ещё 750 миллионов долларов, якобы нажитых на демонстрации полотна. Неплохие аппетиты!
Наследники же утверждают, что полотно было продано полувеком году ранее Полем фон Мендельсоном-Бартольди по заниженной цене, чтобы избежать конфискации его нацистами. Вот только продано, а то и просто завещано (источники расходятся) полотно было его собственной жене, Эльзе фон Лаверн-Пегийен, графине Кессельштадтской. И она в отличие от Поля еврейкой не была.
Многочисленные сёстры банкира с завещанием, оставлявшим жене художественную коллекцию, не спорили ни до, ни после Второй мировой. А вот десятки их потомков решили заняться морально-юридическим троллингом, в котором преуспевают уже второе десятилетие. Судов они не выигрывают: музеям проще отделаться секретной суммой денег, а иногда просто отдать картину, чем участвовать в репутационно проблемном процессе. Так или иначе, неплохой заработок они себе обеспечили.
В 2020 году знаменитый галерист Ларри Гагосян (владелец самой большой сети галерей современного искусства, именно Гагосян сделал Мишеля Баския звездой галерей и помог Дэмиену Херсту стать миллионером) оценил переданный потомкам Мендельсона-Бартольди рисунок Пикассо не менее чем в 10 миллионов долларов. От Sompo Holdings помимо картины наследники требуют ещё 750 миллионов долларов, якобы нажитых на демонстрации полотна. Неплохие аппетиты!
Forwarded from The Blueprint
Почему «Серые сады» — фильм вовсе не про сады, рассказала фанатка классики документального кино Катя Федорова (@goodmorningkarl).
The Blueprint
«Серые сады»: как документальный фильм 1975 года повлиял на мир моды
Почему фильм «Серые сады» является обязательным к просмотру для студентов лучших университетов, где преподают дизайн одежды, и почему его необходимо посмотреть и вам.
«А теперь я снова плаваю, вязну, тону, погрязаю в начатом, неоконченном, несделанном, несовершенном, безнадежном. И руки опускаются — и не вижу конца. Не сердитесь на меня, милый друг. Я живу на даче, отделанной по-зимнему, со всеми удобствами, наподобие дворца, и живу непозволительно и незаслуженно до бесстыдства роскошно».
Из писем Пастернака Шаламову, 1955 г.
Из писем Пастернака Шаламову, 1955 г.