Помогите девочке выбраться из постмодерна

Автопортрет задумчивого Ван Гога, в течение десятков лет ввергавший специалистов в сомнения, наконец признан подлинным.
Как говорят искусствоведы, именно этот автопортрет голландца относится к периоду, когда он страдал психозом.
Музей Ван Гога в Амстердаме официально установил, что портрет принадлежит кисти самого постимпрессиониста.
Картина написана поздним летом 1889 в больнице для душевнобольных в Сен-Реми-де-Прованс. Сомнения в авторстве портрета начали возникать в 1970 году.

Не хочу на Бали как же заебали

Художник @9cyka

‍Вечернее чтение.

Издательство «Арт-волхонка» выпустило книгу «Я могу говорить. Кино и музыка оттепели». Сквозь контекст эпохи конца 50-х и начала 60-х авторы сформировали живую характеристику человека того времени. В наши дни такая книга — как глоток свежего воздуха. Впечатлениями от прочитанного делится Михаил Щукин — https://trts.io/mGXwZ

«Может быть, завтра опустится новый железный занавес или придет новый застой, а пока можно вспомнить о концертах Альфреда Шнитке, "противопоставляющих лирического героя враждебной среде", о потусторонней кантате Софии Губайдулиной "Ночь в Мемфисе", о "Крыльях" Ларисы Шепитько, об "Июльском дожде" Марлена Хуциева».

Новый министр культуры Ольга Любимова о Борисе Якеменко. А православная гимназия оказывается норм мозги вправляет. С каждым постом она нравится мне все больше!

155 лет назад Эдуард Мане впервые выставил в Париже свою «Олимпию», а критики впервые ее разругали

Никогда и никому еще не приходилось видеть что-либо более циничное, чем эта «Олимпия». Серьезно говоря, молодым женщинам в ожидании ребенка, а также девушкам я бы советовал избегать подобных впечатлений.
Антонин Пруст

На ее лице отпечаток преждевременной опытности и порока, ее тело цвета разлагающейся плоти напоминает обо всех ужасах морга.
Виктор де Янкович

Плоская, непрорисованная. Как червовая королева после мытья.
Гюстав Курбе

Подобие самки гориллы, гротескная резиновая фигура с черными контурами, обезьяна на кровати.
Амедей Канталуб

Из заметок Антона Чехова о том, как гуляла студенческая Москва:

«Ещё и сегодня желающие могут узреть во многих молодых головах туман, оставшийся после Татьянина дня. Страсть сколько было трахнуто! Пили, пили и пили... Татьянин день проходит в Москве особенно весело. Вся молодёжь гуляет на все свои дивиденды, во все тяжкие и во всю ивановскую. После обедни и акта с традиционной учёной речью толпы по обычаю шествуют в «Эрмитаж». Там начинаются обильные и шумные возлияния. В уста льются спиртуозы, а из уст выливаются словеса и... какие словеса! В этот день позволяется говорить всё, даже и такое, чего нельзя напечатать в «Осколках». Говорят о долге, чести, науке, провозглашают тосты за всё порядочное, качают профессоров, стучат, пляшут.

Alma mater дала России много такого, чего не дала другая какая-либо mater. Да и, глядя на говоривших и слушавших, трудно допустить, чтобы из этой хорошей, молодой толпы могло выйти что-нибудь недоброкачественное».