Forwarded from Блок
[Париж] Шлялся и очень пьянствовал.
22 марта 1889
22 марта 1889
Снова делимся классными новостями от наших друзей ANSALIGY.
На этот раз бренд косметики радует всех скидкой —30% до конца июня на «продукт дня». Надо сказать, что в акции участвуют самые востребованные позиции. Сегодня, например, их виноградный пилинг+мусс. Это комбо реально впечатляет.
Чтобы избежать ошибок в уходе и покупать выгодно, подписывайтесь сразу на их канал. Никакого спама, все с пользой и по делу.
На этот раз бренд косметики радует всех скидкой —30% до конца июня на «продукт дня». Надо сказать, что в акции участвуют самые востребованные позиции. Сегодня, например, их виноградный пилинг+мусс. Это комбо реально впечатляет.
Чтобы избежать ошибок в уходе и покупать выгодно, подписывайтесь сразу на их канал. Никакого спама, все с пользой и по делу.
Сегодня умер Игорь Дудинский — едва ли не последний из первых южинцев, он застал ещё те самые, легендарные собрания неизвестных «московских Сократов», переместившихся из курилок Ленинской библиотеки в две смежные комнаты коммуналки в деревянном бараке у Патриарших прудов.
На протяжении десятилетий, разорванных годом скитаний по русскому северу и двухгодичной журналистской ссылкой в Магадан Дудинский был прилежным посетителем едва ли не всех главных московских салонов позднесоветской эпохи: с явным предпочтением салонам мистическим. Когда же наступило время свободы, этим своим опытом Дуда распорядился самым прямым и прибыльным образом: основал самую отвязную и наполненную бесконечным трэш-фантазёрством газету 90-х «Мегаполис-экспресс».
Впрочем, в памяти он остался главным образом великим богемным тусовщиком — хроникёром подпольной духовной жизни алкошаманской Москвы. Правда, мемуаров он не оставил. А ещё у него было тринадцать жён и дочка — Валерия Гай Германика.
На протяжении десятилетий, разорванных годом скитаний по русскому северу и двухгодичной журналистской ссылкой в Магадан Дудинский был прилежным посетителем едва ли не всех главных московских салонов позднесоветской эпохи: с явным предпочтением салонам мистическим. Когда же наступило время свободы, этим своим опытом Дуда распорядился самым прямым и прибыльным образом: основал самую отвязную и наполненную бесконечным трэш-фантазёрством газету 90-х «Мегаполис-экспресс».
Впрочем, в памяти он остался главным образом великим богемным тусовщиком — хроникёром подпольной духовной жизни алкошаманской Москвы. Правда, мемуаров он не оставил. А ещё у него было тринадцать жён и дочка — Валерия Гай Германика.
Forwarded from Русский хтонизм
12.06.2022
Снилась девушка, которая принесла три горшка человеческого праха. Горшки выглядели так, словно их ухватом вынули из русской печи. Сверху прах был украшен специями — корицей, лавром и высушенными маковыми головками, напоминающими о вечном сне. Девушка держала горшки, обхватив их перед собой, словно удерживая непомерные груди. Что за печь, где готовят такую кашу? Неужели из воспоминаний судебного медика Сапожникова? Пока я задавался этими вопросами, налетел ветер и унес нас в сумрачный летний лес, разметав нас, прах и сон в дубовой чаще.
#дневник
Снилась девушка, которая принесла три горшка человеческого праха. Горшки выглядели так, словно их ухватом вынули из русской печи. Сверху прах был украшен специями — корицей, лавром и высушенными маковыми головками, напоминающими о вечном сне. Девушка держала горшки, обхватив их перед собой, словно удерживая непомерные груди. Что за печь, где готовят такую кашу? Неужели из воспоминаний судебного медика Сапожникова? Пока я задавался этими вопросами, налетел ветер и унес нас в сумрачный летний лес, разметав нас, прах и сон в дубовой чаще.
#дневник
Forwarded from Митин журнал
Умер Игорь Дудинский, великий озорник, фантазер, драматург и мистификатор. Все помнят громоподобную заметку о тайной свадьбе Путина и Кабаевой, которую он придумал в журналистском экстазе, а также его кампанию по превращению идиотки Евгений Васильевой, любовницы министра Сердюкова, в величайшую художницу России.
А были и совсем уже доисторические времена, когда мы с Женей Дебрянской придумали выдавать Игоря за прибывшего из Парижа диссидента Алика Гинзбурга и возили его в таком амплуа по московским салонам. И Игорь с роскошным артистизмом рассказывал завороженным слушателям: «Выпиваем мы с Володькой Максимовым… И тут дверь открывается, и входят Рейган и Миттеран».
Эх, все кончилось! Но начинается новая, таинственная, неописуемая жизнь.
А были и совсем уже доисторические времена, когда мы с Женей Дебрянской придумали выдавать Игоря за прибывшего из Парижа диссидента Алика Гинзбурга и возили его в таком амплуа по московским салонам. И Игорь с роскошным артистизмом рассказывал завороженным слушателям: «Выпиваем мы с Володькой Максимовым… И тут дверь открывается, и входят Рейган и Миттеран».
Эх, все кончилось! Но начинается новая, таинственная, неописуемая жизнь.