Как известно, смерть — главное событие в жизни поэта. Это целиком и полностью относится и к Геннадию Шпаликову, который своей смертью охарактеризовав закат поколения шестидесятников. А родился поэт, что символично, в 1937-м.

День его смерти, 1 ноября 1974, расписан фактически почасово. Последние годы сценарист и поэт пребывал в глубокой депрессии, ютился по знакомым, ночевал на скамейках и заработал цирроз.

Незадолго до 1 ноября Шпаликов получил резидентство в переделкинском Доме творчества. В день смерти он приехал на Новодевичье кладбище, где открывался памятник Ромму. Как утверждает сотрудница «Мосфильма» Корсунская, Шпаликов был одет в чёрный плащ и красный шарф. Позже у Григория Горина он взял денег в долг и выпивал с журналисткой Ольгой Сурковой в баре гостиницы «Юность» в Хамовниках недалеко от Новодевичьего. Вечером с неначатой бутылкой вина он вернулся в Переделкино.

2 ноября, почуяв неладное, Горин, сосед по творческой резиденции, разбил окно комнаты номер 6 и обнаружил Шпаликова, висевшего на красном шарфе. На столе стояла початая бутылка «Цинандали» и сберкнижка с оставшимися 57 копейками на счету.

Черчилль писал жене перед войной: «Все устремилось к катастрофе и коллапсу. Я заинтересован, воодушевлен и рад. Наверное, я ужасный человек».


Конечно, он был ужасный человек.
И каждый из нас сейчас немного Черчилль.

Если бы Иисус Христос был радикальнее и сказал: «Люби врага, как самого себя», то он сказал бы не то, что хотел. Ближний – понятие общее, а враг – частность. Беда ведь не в том, что мы ненавидим врагов, которых у нас мало, а в том, что недостаточно любим ближних, которых у нас много, хоть пруд пруди. «Люби врага, как самого себя», пожалуй, сказал бы Христос, если бы был женщиной. Женщины любят выхватывать из общих понятий яркие, бьющие в глаза частности. Христос же, стоявший выше врагов, не замечавший их, натура мужественная, ровная и широко думающая, едва ли придавал значение разнице, какая есть в частностях понятия «ближний».

1888 год, 18 октября
28 лет