Франц Кафка однажды сказал: «я думаю, что мы должны читать лишь те книги, что кусают и жалят нас. если прочитанная нами книга не потрясает нас, как удар по черепу, зачем вообще читать ее? скажешь, что это может сделать нас счастливыми? бог мой, да мы были бы столько же счастливы, если бы вообще не имели книг; книги, которые делают нас счастливыми, могли бы мы с легкостью написать и сами.
на самом же деле нужны нам книги, которые поражают, как самое страшное из несчастий, как смерть кого-то, кого мы любим больше себя, как сознание, что мы изгнаны в леса, подальше от людей, как самоубийство. книга должна быть топором, способным разрубить замерзшее озеро внутри нас. я в это верю.»
на самом же деле нужны нам книги, которые поражают, как самое страшное из несчастий, как смерть кого-то, кого мы любим больше себя, как сознание, что мы изгнаны в леса, подальше от людей, как самоубийство. книга должна быть топором, способным разрубить замерзшее озеро внутри нас. я в это верю.»
отец детективного жанра Эдгар Аллан По в детстве учил математику на кладбище. учитель водил мальчиков между памятниками, чтобы они высчитывали, сколько лет прожили умершие. дело было в том, что школа, где учился будущий писатель, была настолько бедна, что не могла обеспечить учебниками. поговаривают, что в будущем это стало причиной выбора жанра «ужасов» писателем.
когда мой пациент начинает считать кареты в своей похоронной процессии, я скидываю 50% с целебной силы лекарств.
слова доктора из новеллы 'последний лист' О. Генри.
слова доктора из новеллы 'последний лист' О. Генри.