Сон

***

На небе было тихо. Ночью сон
Махнул под нос туманом папиросным.
Следы от пуль рассыпались, как розы,
Уткнувшись лепестками в тонкий зонт.

Стальная крыша над копной волос
И капли из свинца,
И лязг металла.
Моя дорога в минах; взорван мост,
А на груди фонарь янтарно-алый.

Я не устал.
Мне нужен только миг.
Всего лишь миг на то, чтоб надышаться.
Прижаться к небесам, к земле прижаться,
И попросить прощения у них.

Под мокрой гладью голубых аллей
Схватиться за последнюю надежду, -
У смерти её нет. Играют с ней
В секунды «до» и в сантиметры «между».

Я снял свою рубашку. Каску снял.
И вспомнил вдруг, и крикнул, что есть силы,
О юности, что я когда-то знал,
И женщине, что я не знал красивей.

Ведь мне всегда казалось: вот он, враг,
Возьми на мушку - и прицелься плавно.
Но сам себе я враг. И самый главный.
Достану спичку, вознесу табак,

И папиросным дымом всё вокруг
Покроется. И сон уйдёт навечно.
Моя дорога - из созвездий Млечных -
Короче жизни, но длиннее мук.

Начну.
Окончится чужая ночь,
В которой я почти ничто не значил.
Сверкнёт из фляги недопитый скотч,
Зарёкся бросить, - но не смог иначе,

Закончу.
И начнётся новый день
Без пепла у виска, без бразд героя
И лепестков, что так знакомы мне,
И алых роз, что мне роднее крови…

Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) — это психическое расстройство, которое развивается после сильнейшего психотравмирующего события (насилие, военные действия, катастрофа и т.п.). Состояние характеризуется наличием ярких воспоминаний или сновидений о неприятном событии, которые воспринимаются человеком как реальные, происходящие с ним в данный момент времени.

увидимся там😈

Семён Макаренко
Воронеж

вдохнови меня, если сможешь.
разорвись на прокрустовом ложе, но
сделай так, чтоб я снова ожил,
чтоб ухмылка прошлась по коже,
и чтоб до дрожи…

посмотри на бумагу - она пуста,
прикоснулся губами. и у листа
ядовитые вышли строки.
никак не притронуться - хрупкий стан,
я устал,
ты устала,
и он устал.
веселей улыбаться, когда ты стар
и когда одинокий.

необъяснимая злость.
запах квартиры в колючем смраде.
сердце забилось, но не в груди или пятках, а сзади,  -
там не тронут и не найдут. там не врежут
куда-то в район лопаток и где-то между.

наполовину умер, наполовину жив,
полутруп не от Paco Rabanne и Givenchy.
он пахнет солёным патроном и сладкой местью.
от смерти, отнюдь, не всегда выручает крестик.

перебрей мою голову до крови,
дотянись до мозга, лишив меня памяти,
вырежи лезвием «Rest in piece”, -
это всё, что могу оставить.

напоследок, прошу, подрисуй извилины,
чтоб умнее казался, и люди все видели,
кроме слёз на щеках и кровавого кителя,
самый слабый финал с самой сильной любовной линией.

что любил - от того ни черта не будет.
только память о строках забытых книг
и о пыльных страницах своей прелюдии,
и о брачной ночи чужой любви,

и о море, в котором не видно берега,
и о мире, в котором не плавал раньше,
и сколько бы лет я пути не вымеривал,
все дороги ведут на кладбище,

золотистые кудри.
могильщик сложен
с пробитой губой и пропитой рожей
и копает,
копает,
копает
одно и то же.
он вскопает одно и то же.
он вскопает одно и то же.
он вскопает одно и то же.
и тогда ты поймёшь, о Боже…
вдохнови меня если сможешь.

вдохнови меня, если сможешь,
разорви на прокрустовом ложе, но
сделай так, чтоб я снова ожил,
чтобы юность прошлась по коже,
и чтоб до дрожи!
и чтоб до дрожи!
и чтоб до дрожи!

вдохнови меня, если сможешь!
наше небо волков серее,
ритуальный костюм и обувь,
яма с самым красивым гробом,
и страшнее любого зверя.

вдохнови меня, если сможешь,
вдохнови переточенным лезвием.
я не в силах проститься с прожитым,
сколько б боли оно не весило.

иногда это весело.
иногда это очень весело.
иногда это, сука, пиздец как весело,
но лишь в миг, когда гибнете вместе вы, а…

а погибель всегда не прошена.
и всё…
она всё, что искрошено, вертит
как стекло не осевшую брагу.
выход есть.
но позволь мне проверить.
нагадай на перо и бумагу,
чтоб до драки!
и чтоб до дрожи!
и чтоб до вертел!

вдохнови меня, если сможешь…
это сильнее смерти.

в этом сборнике есть и я😈

УЖЕ ЗАВТРА — 13 ноября — в Музее Есенина пройдет отборочный турнир к 6РЛС "Собачье Сердце".

Свободный Издатель настоятельно рекомендует всем желающим посетить данное мероприятие!

Уже в эту среду пройдет очередной отборочный этап к Российскому Литературному Слэму. Происходить это будет в штатном режиме — онлайн и оффлайн. Поэтому мы приглашаем Вас посетить этот еженедельный праздник поэзии в удобном Вам формате.

Современная поэзия ждёт Вас в Музее Есенина по адресу переулок Чернышевского 4, стр 2.

Вход свободный, регистрируйтесь по ссылке:

РЕГИСТРАЦИЯ 🖤ТЫК🖤

когда-нибудь.

чувство всепоглощающей пустоты.
подели его ровно на семь,
расфасуй по частям, как крестражи.
нам дорога ниче не расскажет.
даже если болит.
даже если совсем.
даже если до белки мажет.
сигарету смолить на всех
станут демоны в чёрствой саже.

когда-нибудь я заплачу.

я заплачу.
а значит жив…
я заплачу.
а это значит,
что за игры в бессонную жизнь
я куплю себе Оскар на сдачу.
почему люди плачут?
почему люди, сука, плачут?
без ответа.
внутри кричит
зажигалка в измятой пачке,
запрещают курить врачи,
чтоб догнаться, - жую жвачку.
если разум нельзя лечить,
можно резать себя нождачкой.

когда-нибудь.

миллионы забот и дел
от чужих переписанных писем,
километры не нужных рилсов, -
ровно всё, чего ты хотел.
компенсация травмы ростом,
пресловутая кровь из носа,
try it harder to fix again -
модный тренд красоты и уродства.
островок тишины стал Помпеями.
так устроено: мы взрослеем,
пока в теле живет подросток.
если душу сравнить со временем, -
это были бы девяностые…

когда-нибудь.

я не буду к тебе спешить.
чтобы наверняка - свяжи
одеялом.
и лист бумаги
положи на глазные яблоки.
подели их на семь частей.
вытри с каждой по капле влаги,
а затем - научи меня жить,
даже с тем, что до слёз смешит,
даже с тем, что до боли ранит.
чтобы вытереть красную
накипь,
нужно срочно достать ножи.
научи меня жить без правил.

научи меня жить.
научи меня просто жить.
научи меня все исправить.

когда-нибудь.

чувство всепоглощающей пустоты.
что угодно,
но только не рты…
что угодно,
но только не рты,
что щекочут слепые нервы.
обручённый с судьбой, я был
обречён на любовь со стервой.
чувство всепоглощающей пустоты.
кто угодно,
но всё не ты…
кто угодно, - и лишь не ты
разбиваешь тайник под ящиком,
клубы пыли - горючий дым.
кто угодно, но только не ты,
разжигая дома, мосты,
разгадаешь меня настоящего.

когда-нибудь.

когда-нибудь я засну
и увижу во сне спасение.
о таком не писал Есенин,
не играли Битлы и Led Zeppelin,
о таком не исполнит звук,
о таком не напишет Ленин,
и не дрогнут ни Каин, ни Авель.
с понедельника
до понедельника
меня что-то нещадно давит.
я боюсь оставаться в постели,
на ладонях которой верю,
что когда-нибудь
кто-то
её
разделит,
что когда-нибудь кто-то меня узнает…
Господи, кем мы стали…
мою грудь разрывает тернием,
потому что когда-нибудь близко.
потому что большое когда-нибудь
будет размером с искру.
потому что сижу с гитарой
и бренчу под аккорды Визбора,
все могло бы случиться когда-нибудь:
от рожденья
до самоубийства.
строки пляшут и рвутся в памяти,
как Коррида в сухой Испании,

я хочу, чтоб когда-нибудь…
и я жду, что когда-нибудь…
и боюсь, что когда-нибудь…

кто-то
меня
узнает…

сигарета истлела, оставив пятно на сухом карнизе.
неприятный сосед материт её, вяло болтаясь снизу.
на заре все окурки в мешки раскидает дворник.
сонный город под ритмы рассвета встречает вторник.

все вопросы спорны.
поэтому, стоит ли быть святым?
«око за око» в конечном итоге делает мир слепым.
я тебя ненавижу.
наружу вздирает грудь,
потому что я каждую ночь
не могу
без тебя
уснуть.

сигарета истлела, оставив пятно на сухом асфальте.
через месяц она наденет на фильтр седое платье.
я тебя ненавижу.
теряю свой воздух в сигах,
потому что я каждую ночь
засыпать
без тебя
не в силах.

не пыли, Россия.
ведь курю я всегда за двоих.
и в конечном итоге тоска в человеке громче, когда он тих.
я тебя ненавижу.
от того, что ревную. или
потому, что я каждую ночь
разделяю
постель
с другими.

сигарета истлела, оставив пятно на сухой кровати.
докурю её позже - насколько набивки хватит.
я тебя ненавижу.
но всё вспоминаю сдуру…
потому что я каждую ночь
не могу
о тебе
не думать.

обещаться глупо.
поэтому, стоит ли говорить?
ходит слух, что в конечном итоге молчание - гимн любви.
ты меня извини.
не могу разобраться толком…
потому что я каждую ночь
без тебя
становлюсь
ребёнком.

тяжело, Россия.
а кому сейчас легче, впрочем…
«око за око» в конечном итоге делает жизнь короче.
я далёк от мести,
как от Комсомольска - Питер,
потому что я каждую ночь
не умею
тебя
ненавидеть.

в каждом облике, виде.
в каждом месяце и минуте.
я тебя ненавижу.
но в конечном итоге уверен, что лгу тебе.
дым щекочет и лижет,
наружу вздирает грудь.
потому что я каждую ночь
не могу
без тебя
уснуть.

сигарета истлела, оставив пятно на чужой газете,
«око за око» в конечном итоге нам больше не светит.
я тебя ненавижу.
рука о тебе не напишет.
чернила не вытекут вглубь, не прольются ниже,
хрущёвки не вдохновят,
не вынудят гаражи
написать хоть строку об этом.
проглочу в себе дар поэта,
но всё выплюну - только скажи,
потому что я каждую ночь,
потому что я каждую ночь,
потому что я каждую ночь
понимаю,
что снова
жив.

«о мёртвых обычно говорят либо хорошо, либо никак»

именно поэтому каждый раз, произнося это слово,
я пишу букву «ё», а не «е» - в знак уважения к боли, которую они испытывали перед смертью.

«о мёртвых обычно говорят либо хорошо, либо никак»

означает ли это,
что смерть оправдывает любые, даже самые изощренные человеческие низости?
иначе говоря, перед гробом мы все равны.
в крайнем случае, можно подрезать.

«о мёртвых обычно говорят либо хорошо, либо никак»

означает ли это,
что смерть мотивирует человека умирать или, хотя бы, изображать убитого - чтобы другие от страха перед невидимым «кем-либо» сказали о нём хорошо?
изображать убитого.
именно убитого.
потому что в другой смерти нету романтики.

«о мёртвых обычно говорят либо хорошо, либо никак»

однако, как бы хорошо о них не говорили, - поют ещё лучше,
а ещё лучше про них пишут стихи,
а ещё лучше про них пишут на стенах:
1994 - «гранжик forever».
1980 - «Lennon will never…
sing».
Смерть - безопасный токсин, если нужно подземный мир разукрасить грехами или насилием.

«о мёртвых обычно говорят либо хорошо, либо никак»

и это действительно так.
можно сколько угодно спешить и казаться не слишком плохим, чтоб не сразу к дьяволу.
и каким бы не встретил последний день:
трезвым, угашенным, пьяным,
и каким бы ты не был строптивым гадом,
и какой бы не была жизнь,

«о мёртвых обычно говорят либо хорошо, либо никак»

и поэтому так

перед смертью
мы все
одинаково
хороши.

На улице Ростовской, в доме 90
Спасают жизни симпатичные медсёстры,
Врачи листают километры из болячек.
Как будто это что-то может значить…

Вколи адреналина человеку в койке, -
Вчера его нашли на поле страшной пойки:
Небритого, побитого и с рожей сальной.
Сегодня его жизнь врачи спасают.

Сегодня его жизнь спасают, потому что
Ублюдскую, но жизнь, нельзя разрушить,
Хоть что-нибудь вколи. Закрой в палату,
Чтоб он сумел дожить хотя б до марта,

Чтоб он сумел дожить хотя бы до апреля,
До дня, когда ему никто и не поверит:
Небитому, побритому - с лицом аптечным.
Когда-нибудь и он заснёт навечно…

Когда-нибудь и он. Заснёт, как прежде,
Ведь если смысл в жизни был, то лишь в надежде.
Разлей, сестричка, водки. Выпьем понемножку
За то, что всё, что было - было понарошку.

Споём с тобой истошно. О любви сыграем!
Ты и не заметишь, что я умираю,
С врачами жарко спорю, строю глазки сёстрам…

На улице Ростовской, 90.

чем ближе смерть, тем больше я думаю о жизни.
однако….

о жизни
стихов
не пишется

сегодня праздник у девчат! сегодня - день поэзии

turn off the lights. огни уже устали
светиться вдоль дороги. и слегка
в глазах террор, как завещает Сталин,
и пара бликов от проезжих фар.

я ненавижу свет, слепящую рубаху,
и то, что мы, не отходя от дел,
гораздо лучше видим в темноте
лишь потому, что в темноте не видим страха.

пускай на плаху. заглянуть боюсь
в тебя. и обнаружить отражение.
боюсь, что моя тяга - грусть
со злобным и неласковым смешением.

рука вцепилась в шею. ногти рвут
меня руками, что когда-то грели.
сегодня ты навряд ли мне поверишь,
да и, по правде, сам себе я лгу.

по форме губ понять тебя несложно.
я изучил их, как свои пять па…
холодный стан, движение рук - одно и то же,
на что почти мгновенно я напал.

turn off the lights. огни уже устали
нам освещать дорогу в долгий путь.
короткое оставлю только: «будь…»,
и будет так: друг друга мы не знали,

не виделись, не спали, не люби…
и всё в таком же духе. всё похоже:
тупые строчки, глупые стихи…

я вас любил. любовь ещё быть может.