Как Лига плюща куёт теневое правительство

Тайные общества в целом очень распространенный движ в университетах Лиги плюща. Более того, многие абитуриенты выбирают тот или иной университет исходя из желания оказаться в конкретном клубе.

Исключение — первый из них, Гарвард (год основания — 1636). В Гарварде тайные общества не прижились в привычном виде по двум причинам:
😨Во-первых, отбор туда до сих пор самый жесткий, а изначально не пропускал абитуриентов неправильного происхождения. Снимали сливки потомственного истеблишменте и дополнительная фильтрация внутри этого тесного олд мани дроч кружка не требовалась — поступая в Гарвард ты автоматически оказывался в кругу «своих» и дополнительной легитимации элитарности за счет чернухи разврата и ереси тайных знаний не требовалось;
😨Во-вторых, администрация Гарварда исторически не потворствовала и даже запрещала всякие мистические-масонские девиации, они угрожали дисциплине и морально разлагали студентов; позднее, когда Гарвард стал более открытым для разных слоев общества, в подобных закрытых обществах видели угрозу для социализации студентов более низкого происхождения.

Вместо мистических орденов в Гарварде сложилась традиция джентльменских клубов (final clubs). Их отличие в том, что право на членство передавалось от отца к сыну, а вместо чернушных ритуалов они тяготели к классическим вечеринкам и приемами, спортивным соревнованиям и другим культурным программам. Просто олд мани бойчики собирались вместе, потягивали сигары и коктейли, дискутировали о высоком и отправлялись после выпуска в свои богатые устроенные жизни, не забывая о дружбе, сложившейся в стенах университета. Самый известный такой сабантуйчик — «Порцеллианский клуб». Там тусовались и ковались такие мужы как Теодор и Франклин Рузвельты, Джон Ф. Кеннеди, а еще множество высокопоставленных военных, конгрессменов, судей Верховного суда и других серьезных дядек.

Другая ситуация сложилась в Йеле, основанном в 1701 году вслед за Гарвардом. Йель — это цитадель тайных обществ и «Череп и кости» в этом движе было первым. Но есть и другие — в том же Йеле имеются «Свиток и ключ» (1842), «Волчья голова» (1883), «Орден Берцелиуса» и пр.. Не в пример Гарварду, Йель сразу же сделал тайные общества частью своей традиции. Администрация университета поддерживала эти клубы с момента их появления, многие преподаватели и сами являлись их членами. Поэтому, например, у йельских орденов есть свои исторические здания («гробницы») на территории кампуса. Все эти клубы создавались по образу и подобию европейских масонских лож, многие из них даже являлись их дочерними филиалами — те же «Череп и кости» вроде как изначально были связаны с масонской ложей из Германии.

Ритуалы, тайные символы, кодовые слова — все эти особенности лишний раз подчеркивали элитарность участников. Джентльменские клубы Гарварда чаще принимали по праву крови, а вот «Череп и кости» и их последователи отбирали в свои ряды за личные качества и академические заслуги, в меньшей степени обращая внимание на стартовый капитал.

Вслед за Йелем традиции тайных обществ подхватили и другие университеты Лиги Плюща, основанные позже.

В «Обществе Сфинкса» Дартмута тусили Рокфеллеры, в «Доме мира» в Брауне засветился Томас Джефферсон, в «Обществе старших братьев» Пенсильванского отметился Дональд Трамп.

Членство в университетских тайных обществах пожизненное, участники обязуются поддерживать и продвигать друг друга, хранить тайны и даже оказывать финансовую помощь. Например, про «Порцеллианский клуб» ходит слух, что если его выпускник не заработал свой первый миллион долларов к 40 годам, то его братья по ордену скидываются кто сколько может и компенсируют это недоразумение.

Важно понимать, что полные списки членов этих сообществ веками держатся в тайне, но имена, которые все же просачиваются на поверхность, говорят сами за себя.