Хиссандра стояла над телом последнего ворона, глядя в его стекленеющие глаза, которые уже ничего не видели. Она не чувствовала ни удовлетворения, ни угрызений совести. Просто завершила дело. Но перед тем, как покинуть библиотеку, она запустила несколько маленьких змей, чтобы те прочесали окрестности.

Змеи разбежались в разные стороны, впитывая воздух, ища тот единственный запах, который мог выдать убежище девочки. Хиссандра не собиралась убивать её, но если ее просто оставить, это равносильно смерти.

Через десять минут раздался крик. Достаточно громкий, испуганный. Он доносился из небольшого домика, скрытого за деревьями в нескольких сотнях метров от главного здания. Хиссандра двинулась туда, не торопясь, зная, что змеи уже сделали своё дело.

Домик был маленьким, чтобы не привлекать внимание. Внутри, прижавшись к стене, стояла девочка. Лет пятнадцати, не больше. Белое оперение, бледная кожа, глаза цвета красного вина, настоящий альбинос, как и говорил старый ворон. Она смотрела на Хиссандру с ужасом, дрожа, и пыталась отодвинуться ещё дальше, но стена не пускала.

— Не подходи, — прошептала она, и голос её дрожал. — Не подходи ко мне.

— Я не буду делать тебе больно, — сказала Хиссандра, останавливаясь на пороге. — Ты не умрёшь сегодня. Но я не могу оставить тебя здесь одну. Люди, которые убили твоего отца. Они больше не угроза, но я не успела его спасти.

Она солгала. Подошла ближе к девочке, огладив ее по щеке, а голове той всплыли ложные воспоминания, как отец говорит ей бежать, перед тем как был заколот. Внушение полезная штука.

— Пойдём со мной,

Девочка смотрела на неё, и в её глазах смешивались страх и недоверие. Она не знала, кому верить. Но Хиссандра не оставила ей выбора. Она уверенно наложила магические петли на запястья девочки, чтобы та не сбежала и не позволить ей причинить вред себе. Хотя скорее змее не хотелось за ней гоняться.

— Ты теперь моя защитой. И пока я жива, никто не посмеет тронуть тебя.

Девочка молчала, в её глазах появилось смирение. Хиссандра закутала её в плащ и повела обратно к библиотеке. Теперь, когда Вороны были мертвы, ей нужно было осмотреть их хранилище. Книги, свитки, манускрипты, возможно, здесь хранились знания, которые могли бы пригодиться ей.

Она держала девочку недалеко от себя, на безопасном расстоянии и начала медленно проходиться по стеллажам. Она искала что-то особенное. Что-то, что могло бы изменить её понимание магии. Но пока она видела только пыльные тома, которые не имели большой ценности, т.к она и так знала, что в них.

— Может быть, здесь ещё осталось что-то, что стоит забрать, — прошептала она, проведя пальцами по корешкам.

Хиссандра знала, что её ученица будет рада увидеть её, когда она вернётся. И возможно, она привезёт ей кое-что поинтереснее, чем просто глаза ворона. Книга, которая могла бы открыть ей путь к новой магии. Может быть, даже к той, что изменит всё.

В одной из книг, она увидела странный черный свиток с красными письменами. В нем говорилось о заклинании, которое казалось бы невозможным в этом мире. И то, из чего состоял сам свиток, давало понять, что шутки шутить тут не будут. Настоящая обугленная кожа адской гончей и кровь вместо чернил.

Ингредиенты. Перо черного феникса. Кусочек небес, сфера пустоты. Трезубец моря.

— Сложно. Но не невозможно.

Многие ли мечтали посадить Векс на цепь в своем подвальчике?

Хиссандра закрыла за собой тяжёлую дверь библиотеки, чувствуя, как магия, которую она только что наложила, начинает окутывать здание новым слоем сокрытия. Заклинание было сложным. Она вплела в него несколько слоёв иллюзий, ложных троп и временных петель, чтобы никто случайно не наткнулся на это место. Если она и не заберёт все книги сейчас, то хотя бы оставит их в безопасности до следующего раза.

Она вздохнула, поправила плащ и направилась к девочке, которая терпеливо ждала её у входа. Ванесса, Хиссандра узнала её имя во время короткого разговора. Альбинос, с белым оперением и бледной, почти прозрачной кожей. Её глаза цвета красного вина слегка слезились на ветру, но она не жаловалась.

— Идём, — сказала Хиссандра, протягивая ей руку. — Нам предстоит долгий путь.

Они пошли через лес, который постепенно погружался в сумерки. Ванесса шла молча, но Хиссандра чувствовала, что внутри неё кипит множество вопросов. Она решила заговорить первой.

— Ты давно живёшь здесь? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал мягко.

— Сколько себя помню, кажется 3 года, — ответила Ванесса, не поднимая глаз. — Отец говорил, что здесь безопасно. Он приносил мне еду, книги. Иногда я слышала голоса других. Но они не заходили внутрь.

— Тебе было одиноко?

— Всегда.

Хиссандра кивнула, чувствуя, что это не просто слова. В девочке была какая-то глубокая печаль, что-то такое же она видела в Арк, когда только встретила. Но там истории отличаются.

— А почему тебя считали изгоем? — спросила она, зная ответ, но желая услышать его от самой Ванессы.

— Мой цвет, — тихо сказала девочка, касаясь пальцами своего белого оперения. — В клане воронов альбиносы, это знак проклятья. Нас считают нечистыми. Мой отец был единственным, кто заступился за меня. Он спрятал меня, чтобы остальные не убили меня.

— Твой отец был хорошим... По своему, — сказала Хиссандра, не добавляя, что он делал ужасные вещи, чтобы защитить её. Но благими намерениями, вымещена дорога в ад, — Он хотел, чтобы ты жила.

Ванесса не ответила. Она просто посмотрела в землю, и Хиссандра поняла, что в её душе сейчас бардак. Змея чувствовала, что девочка не виновата в том, что её отец совершил. И что у неё есть шанс дать вороне новую жизнь.

— Мы идём к тебе домой? — спросила вдруг Ванесса, поднимая глаза.

— Да, — кивнула Хиссандра. — Я заберу тебя с собой. Ты будешь жить у меня, пока я не придумаю, что делать дальше. Возможно даже познакомишься с новой сестренкой.

Ванесса улыбнулась, впервые с того момента, как они встретились. Это была робкая, почти неуверенная улыбка, но она была настоящей.

— Я не знаю, можно ли тебе верить, но кажется у меня нет выбора, — прошептала она.

— Ты права, — усмехнулась Хиссандра, — Доверять змее, не самое умное, что может прийти в голову. Но кто не рискует, тот не пьет.