Вчера открывался проект Amy. Я была довольно усталая и заскочила в финале действа обнять дорогого автора, поэтому о еде — в следующий раз: быстро слопанный тартар и тарелка пасты были хороши, но ребята изначально гордятся другими разделами, до которых я не добралась. Но что круто: у рестораторов есть такое понятие ‘качает’. Когда звон бокалов и столовых приборов, многоканальная болтовня за столами, шорохи и стуки снующего персонала, жар и трепет кухни сливаются в мерное гудение, от которого просто хорошо на душе. Как у камина в дождливый день. В Amy яркость и индивидуальность тембра этого гудения получила очень легкие и верные обертона. Ресторан дорогой, но не пафосный. Мишель Ленц в олдскульном колпаке с бокалом розе щедро постил гостей в свой инстаграм. Главная по кофе в городе Настя Годунова делилась фото сына Яши. Форбс Александр Клячин был супер-расслабленный. Шеф Руслан Поляков с пультом управления окнами в какой-то момент просто распахнул/выплеснул Amy на Патрики. Момент жизни, часть процесса.

Какое красивое пустое пространство Stella Art Foundation.

Over the rainbow ⛳️

Легендарная книга Undressed итальянца Марио Тестино. У него Кейт была самая красивая и настоящая

Очень личное признание в любви к вечному городу, Last Summer in the City, было написано в 1973 году человеком удивительной судьбы. Джанфранко Каллигари родился в Эритрее, вырос в Милане, а жизнь свою посвятил Риму. Хотя в душе — это самый настоящий триестец. (Триест — бывшая имперская столица Австрийского Приморья). После 1973 редчайшие копии романа затерялись, став предметом гордости коллекционеров или культовым объектом у студентов литературных факультетов, пока сорок лет спустя не случилось переиздание. Это первый перевод на английский и я всем советую проглотить эту книгу в жанре La Grande Bellezza, как тарелку качо и пепе в Трастевере: в один заход. Погружение моментальное: тебе тридцать, в Риме тоже тридцать — градусов, by chance живешь на вилле, ездишь на Alfa Romeo, дрейфуешь в мареве молодости, полусвета и теории avanzo — остатков, leftovers. Да, иногда они великолепны на вкус, но это уже кто-то заказал, желал и прожил. А жить нужно только свою жизнь.

Sangre Fresca занимает место вдоль давней демаркационной линии Патриарших — в Ермолаевском переулке. Самый подходящий эпитет для проекта — свежий. Бодрое здесь абсолютно все: гости, интерьер, вкусовые сочетания (Марко Антонио Феррейра и Глену Баллису удалось адаптировать острую мексиканскую кухню под московский аппетит, сохранив умеренную взрывоопасность смеси чили, орегано, паприки, цитрусовых и десятка разных специй и приправ). Тако, гуакамоле и все виды маленьких закусок бокас точно понравятся тем, кто скучает по зимовке в Тулуме. Мой фаворит — буррито с крабом и гребешки. Баланс и текстура и там и там заслуживают отдельного уважения. А вот мескаль-баба показалось слишком сладкой. Кофе отличный. Даже просто посидеть с чашкой американо у окна под порывы ветерка, засматриваясь на работу кухни — маленький шаг в отпуск.

Коллеги из Третьяковки уже давно демонстрируют мое любимое выражение: надежда — это настойчивость. Многострадальная выставка, известная под названием ‘Вещь. Пространство. Человек. Искусство второй половины XX - начала XXI века из собрания Третьяковской галереи’, сейчас открыта. Узнать о ней, если не слышал предысторию монтажа, демонтажа, перемонтажа etc, почти невозможно. А сходить стоит. Чтобы поразмышлять о русской абстракции, кинетических опытах, московском концептуализме и новом прочтении авангарда. Меня больше всего зацепила инсталляция Владимира Селезнёва ‘Метрополис’. Объекты художнику несли всем коллективом галереи. И это тот случай, ‘когда б вы знали из какого сора’ действительно становится поэмой. В данном случае поэмой в пластике. Идеальная маленькая комната для медитации, между прочим. 🌃