В хорошем смысле обалдела от копродукции HBO с любимой студией А24. Irma Vep — это короткий сериал Оливье Ассаяса по мотивам его же фильма 1996 года. Тот, в свою очередь, основан на чёрно-белом фильме Луи Фейада о вампирах (1915). Настоящая сюжетная и смысловая матрёшка, где режиссер бросается красивыми гиперссылками и в прошлое, и в будущее. Каст бомба. Алисия Викандер изображает растрепанную в чувствах (рассталась и с бойфренд, и с герлфренд) голливудскую старлетку. Венсан Макен играет самого Оливье, к моменту съёмок уже сделавшего фильм о вампирах. Времена и характеры наслаиваются, вставки из оригинальной вампирской ч/б ленты не выглядят как вставки. Чего уж там: ребята настолько требовательны к деталям, что хореографа в этом сериале играет — здесь вздрогнули балетоманы! — Анжелен Прельжокаж. Вообще это совершенно безумный, но очень вкусный киновинегрет. Только вдумайтесь. Нуар. Вампиры. Отравленные кольца. Актер, которому костюмерша достаёт крэк, так как иначе он играть не может. Режиссёр-социопат, который доказывает психотерапевту, что он норм. Статисты у буфета, обсуждающие кейтеринг на Emily in Paris. Викандер то в Louis Vuitton, то в старинных кружевах. Спит со своей ассистенткой. Которая мстит ей тем, что спит (потом ещё и сочетается браком) с ее парнем. Будут соболя и коктейли в Plaza Athénée и на контрасте совсем интимная тихая столица Франции. В общем, эквилибристика в обращении с визуальным словарем нескольких эпох. И как по мне, самый оригинальный сериал, который выходил из-под продюсеров HBO. Следите за руками костюмерши!

Обожаю брифовать арт-директора на новый фестиваль. Всегда получается маленький piece of art. Гоша рисует от души. Ждём всех на экваторе лета в ЦДК!

С 13 по 17 июля Центр документального кино и парфюмерный бренд Zielinski & Rozen проведут цикл специальных показов о знаменитых французских женщинах «Джейн, Шарлотта и Аньес». Показы пройдут при поддержке Яндекс.Кью и издания The Blueprint — каждый из фильмов обсудят эксперты сообщества «Мода» Кью и сотрудники редакции.

Цикл начинается с картины об актрисе, певице и иконе стиля Джейн Биркин, снятой ее дочерью Шарлоттой Генсбур, «Джейн глазами Шарлотты». Потом мы покажем фильмы «бабушки новой волны» Аньес Варда: документальный автопортрет «Варда глазами Аньес» и вымышленную биографию Джейн Биркин «Джейн Б. глазами Аньес В.». Это откровенные и трогательные фильмы, в которых через призму объектива героини смотрят на себя, на тех, кого любят и кем восхищаются. Это три ленты о любви, нежности и красоте.

Полная программа: на нашем сайте.

Помню, как в день подачи заявки на социально-значимый фестиваль в Департамент СМИ, встретила в ЦДК (реально случайно!) Лиду Мониава. Она мыла руки и я аккуратно поинтересовалась, что она у нас делает. Оказалось, пришла на рабочую встречу. Попросила пароль от Wi-Fi. Я сочла это благословением, социальную значимость официально мы получили, завесив рекламой спальники Москвы. И вот 5 июля открываем двухмесячный фестиваль ‘Дело жизни’. Для меня это история максимально личная: искренне верю, что теория малых дел победит абсолютно любую турбулентность и все ереси. И я восхищаюсь каждым героем нашего фестиваля: будь то микрохирург Вадим Кеосьян, который 20 лет пришивает людям потерянные конечности; водитель, пивовар, 3D аниматор и студент, уехавшие очищать Арктику от мусора; люди, которые придумали синхронный перевод, или вот, Лида. Всем желаю найти дело жизни и ждём вас в ЦДК, чтобы посмотреть на самых важных людей нашей страны.

Пошла по хитам национальных литератур. Гречанка Мария Иорданиду написала ‘Локсандру’ в 1963 году, когда ей самой было 65. Это ода любви Константинополю, который никто иначе как Город в романе не называет. Удивительно, как через рецепты кебаба в йогурте, греческо-турецкие байки, сочные бытовые детали автор рисует складную и грандиозную общественно-политическую картину мира — уже, увы, потерянного. Греко-турецкие войны, Малоазийская гуманитарная катастрофа начала ХХ века, бесконечные всполохи на Балканах и назревающий закат великого Константинополя. Вехами времени тогда были рождения, свадьбы, похороны или ‘та самая фиолетовая юбка’. Отдельное удовольствие — смаковать описания внешности, приготовления трапез и детали характеров ушедшей Византии. А ещё ‘Локсандра’ имеет дар утешения: писательница сама всегда дарила книгу тем, кто попал в сложные ситуации. Посвящается всем бабушкам. 🇬🇷