‘Маленький’ роман Томаса Манна, написанный как передышка в промежутке работы над тетралогией ‘Иосиф и его братья’. Что интересно: ‘Лотта’ писалась в эмиграции, сначала в Швейцарии, потом в Штатах. В год начала работы (1936) Манна лишили германского подданства. Отрывки произведения нелегально распространялись среди немцев во время войны. Сюжет прост: двадцать второго сентября 1816 года Шарлотта Кестнер, много лет назад вдохновившая Гёте на ‘Страдания юного Вертера’, приехала в Веймар. Роман о великом писателе выливается в антифашисткий манифест. При этом, по словам самого Манна, он никогда не был так близок к созданию комедии. Перечитываю уже второй раз, сейчас очень к месту и ко времени.

Обожаю животных на известных картинах. Этот растерянный котик (ну и толстый взрослый путти) — с полотна Тинторетто ‘Тайная вечеря’. Редчайший случай, когда в Москву привезли вещь такого уровня известности, художественной ценности и гигантского размера (длина картины по горизонтали 4 метра 62 сантиметра). Выставка ‘Венеция Ренессанса. Тициан, Тинторетто, Веронезе. Из собраний Италии и России’ летом 2017-го была одной из любимых. Страсть как хочется в Венецию, в общем. Мяу 🐈‍⬛

Трейси Эмин приехала 💫

Поздравляю всех нас. Трейси Эмин доехала до Москвы и будет красоваться в новом ресторане Александра Оганезова. Now it’s official. Предыстория всего искусства в ресторане Amy — в канале Маши Крупновой

Как сторонник хронометража максимум в 1.45, испытываю счастье, если действительно долгие фильмы смотрятся вдохновенно. Вчера показывали ‘Эннио. Маэстро’ в @cdkino. 2.40, но никто не вышел из зала, пока экран не украсили титры. Морриконе, помимо того что гений, ещё и самый человечный человек на свете. Он любит напевать свои мелодии, признавая, что голос у него отвратительный, любит спорить с режиссерами, всегда настаивая на своём, очень любит свою жену. Лента выглядит напутствием: выбрал дорогу, не сворачивай, и если ты чего-то очень хочешь, то в конце концов тебе всё дадут, не нужно будет даже просить (это я об ‘Оскаре’, который догнал композитора только после шестой номинации, да ещё и за симфонию (!) к ‘Омерзительной восьмёрке’ Тарантино). Весь фильм поёт, звенит, ты будто купаешься во всех лучших картинах второй половины двадцатого столетия и начала двадцать первого. В ЦДК картину представлял композитор Кирилл Рихтер. Он нашёл очень правильные и точные слова, подарив зрителям новый вектор просмотра.

Прислали букет, идеально подходящий к резво дождливой и свежей пятнице. Ну и к арт-собранию, конечно 🤍

Неравнодушна к балканской литературе. Миленко Ергович написал свою версию жизни хорватской актрисы-вундеркинда Леи Дайч, блиставшей на сцене Загреба и исчезнувшей в жерновах Холокоста. Это будто Милорад Павич или Иво Андрич рассказали о югославской Анне Франк и Ширли Темпл одновременно. Чтение книги ‘Руфь Танненбаум’ идёт в режиме пылесоса: рассказ ворует тебя у реальности, ты гуляешь по маленькой Вене (так называли Загреб раньше) между Первой и Второй мировой, в мелькании рынков, танцев, харчевен и театров воскресает кусок монархии Габсбургов и оживают люди и настроения той поры. Но самое удивительное, помимо прелестного языка, это красной линией проходящая через роман тема обывательского зла, его природа и всполохи в благополучной с виду жизни. Читать обязательно!

Помню, как пятнадцать лет назад коротала немало вечеров в каморке под крышей ГИТИСа, где давали выпускные спектакли студенты. С тех пор постоянно и обязательно сверяюсь с художественным нервом, который бьется в душном black box на третьем этаже в Малом Кисловском. Студенческие спектакли — это секс в чистом виде, такой энергии, увы, не даёт ни один маститый классический драмтеатр или продакшн уровня бог. Иногда все, что нужно для счастья зрителя — деревянная дверь, она же стол, она же гроб в качестве декорации. Сегодня выпускались ‘кудряши’ с ‘Толстой тетрадью’ по роману Агаты Кристоф 1986 года. Удивительная штука: вроде роман о жизни двух близнецов (Сергей Кирпиченок и Владислав Медведев) в приграничной деревушке во время Второй мировой, а на поверку выходит, что всё действо — о трансформации отношений близких людей друг к другу, о том, как может биться в истерике крошечная семейная или соседская драма. Пульсировать, сходить на нет, это ведь жизнь. Пересказывать не хочется, лишь отмечу, что Дарья Верещагина — это наша Эмма Корин: пластику дикой кошки и огромные глаза не зря оценили создатели ‘Анны К’ для Netflix, где Дарья сыграла Китти. То, что творят на сцене ‘близнецы’, актриса Элизабет Дамскер тоже невероятно. Всех этих ярких людей примерно 2000 года рождения мы ещё, надеюсь, увидим на больших экранах. С тем же запалом и драйвом.