Первая мысль в зале: удивительно, как этот спектакль=мощнейшее антивоенное высказывание пока не запретили? Ближе к ночи получаю инсайт: кажется, ‘Бульба.Пир’ закрывают. Александр Молочников поставил его в 2020 (а Гоголь написал ‘Тараса Бульбу’ почти 200 лет назад), но и тогда это смотрелось как двухчасовая битва европейской толерантности и радикального православия. При этом допускаю, что каждый мог увидеть то, что хотел, так как спектакль — талантливый политически амбивалентный перевертыш, где нет правых и виноватых: виноваты и прокляты одинаково все. Если совсем коротко, синопсис шоу такой: может ли быть счастливым союз сына православного фанатика и дочери рупора европейских свобод? Вступят ли в симбиоз пошлая толерантная Европа и христианские казаки-террористы с русской душой.
Увы, все заканчивается кровавой бойней, где нет выживших. Кроме глав двух кланов, и у каждого в финальной сцене по младенцу на руках.
Однозначно этот спектакль — драматическая удача Екатерины Варнава. Ее жена Тараса, она же человек-собака, мастерски сыгранный оборотень, заставляет трепетать. Она одна протестует против насилия. Ее игра — чуткое отражение и воплощение апокалипсиса и в рисунке тела, и в голосе.
Что касается худсредств, то здесь все, за что Молочников любим: яркое марево сцены, великолепные музыкально-танцевальные номера. Эффектные падающие на пол из-под колосников пластиковые пакеты с трупами. Казаки на продавленных креслах за ноутбуком пишут письмо западным политикам и пируют как на картине Репина.
В финале сумасшедшая невеста Андрия — спектакль местами ловко дрейфует в шекспировских Ромео и Джульетту — бросает в воздух вопрос, который ровно три месяца задают себе все: победит любовь и мы не умрем? No answer.

Посмотрели сегодня командой в ЦДК фильм ‘Война Раи Синициной’. Рая Синицина — ветеран ВОВ, ей 94. И она очень честно рассказывает о том, как жила в Ленинграде 1941-45. Удивительно, но делает это она легко и по-доброму, будто наставляя молодого талантливого режиссёра-балбеса. Их сосуществование в документальном кино — отдельный вид зрительского удовольствия. Чего стоит только сцена с красной помадой в начале или момент, когда Рая на деревянной лавке на задворках Тель-Авива впервые в жизни упоительно курит косяк. Пересказывать фильм нельзя, его нужно бежать смотреть со всех ног. После него пуще прежнего хочется жить, чтобы если радость — то до небес, а боль — на разрыв сердца.

В The Essex Serpent блистает давно не востребованный шикарный актёрский состав: Том Хиддлстон, Клэр Дэйнс и Клеманс Поэзи. Готическая драма стилизована не придраться: тут и смертоносные умопомрачительной красоты болотные топи, и антагонизм городского прогресса и сельской глуши, и даже шерстяные рукава-фонарики. Фэшн вообще в сериале залихватский: на месте Loro и Brunello я бы присмотрелась и к цветовым, и к предметным комбинациям. Викторианский сюжет выходит за рамки привычных детективов и как в хорошей опере периодически оглушает ариями мести или смерти. Смотреть дико увлекательно, особенно понравится англоманам, поклонникам Хиддлстона (парень давно не играл лицом) и любителям серпентариев всякого рода, в том числе и людских.

Le weekend 🌰

Morning 🌸

Возвратились в утопию в ЦДК. Все-таки Шпаликов гений, а Юсов — один из лучших операторов ever. Приходите смотреть уже не существующую Москву на большом экране 💫

Есть такой простой и короткий фильм ‘Элита’ Алексея Учителя 1997 года. Начинается на госдаче Шохина (экс-министр экономики, сейчас президент РСПП), где его жена Татьяна на камеру признаётся, что худеет. Дальше по соседству дача Петра Авена, там его красивая и увы покойная супруга Елена озвучивает свои эмоции по поводу назначения мужа министром. Потом идут презентации в модной галерее ‘Дом Нащокина’, которую держала жена Дмитрия Рюрикова (был такой помощник по международным вопросам у Ельцина), балы, где Майя Плисецкая и Влад Сташевский одинаково почётные гости. Через очень личные слова о гибели Листьева из уст Альбины Назимовой (стальная женщина!) доходим до пророчества Ольги Свибловой — молодой, без бус — о том, что Россия удивительная страна, где можно строить какие угодно замки и дворцы хоть на кремлевской площади, но и пасть они могут в один момент. А есть ещё Сати Спивакова и ее рассказ про то, как на них с Владимиром в Париже напали после концерта и она накрыла собой скрипку. Текст за кадром читает Олег Басилашвили. Отдельного внимания заслуживают благодарности в титрах: в одном ряду мелькают закрытые клубы министерства обороны и ‘Ностальжи’, группа ‘На-на’, пресс-центр Московской мэрии и Авдотья Ипполитова (она же Дуня Смирнова now)… Это самый интересный документальный капустник девяностых, в конце которого черноту экрана заливает тоской песня Дмитрия Шостаковича ‘Родина слышит’. Я уже давно ничему не удивляюсь.