Заселившись в Риме в скрытый от посторонних глаз отель Donna Camilla Savelli, занимающий здание монастыря 1642 года постройки, я задумалась, что делает этот город вечным. Первое — исторический имперский фундамент: к какому камню не прислонись — все памятник. Второе — свет и вода: Рим бурлит и журчит тысячами своих фонтанов и колонок-насони, соединяя небо и землю. Наконец, культ еды по умолчанию, умение выстроить очереди за куском пиццы или сковородкой пасты в Трастевере, подобрать к обеду исключительное вино всего за 10 евро или превратить семейную кондитерскую в обязательное к посещению место наряду с Колизеем. Равность непохожих вещей, уважение ко всем шести чувствам. И интуиция здесь точно главная.
❤184🥰30🤩19🐳3
Мода — лишь скромное отражение многомерного мира. II в до н.э. — 2026
❤107🔥26🐳8🥰5🤩2👍1
У правнука основателя ресторана Nino (сидит за кассой, все по-семейному) профиль римского патриция, хоть чекань на медалях: заглянула проверить любимое место, где восемь лет назад отмечала день рождения. Все так же элегантно и просто, четвертое поколение держит марку. Самые нежные артишоки alla romana, трехсотграммовый тартар, пенне арабьята по своему рецепту — с беконом. Обожаю приходить поздно, чтобы посмотреть на шоу сматывания и взбивания плотных скатертей. Официанты будто расправляют паруса к новому дню. И да, здесь все свои, поэтому прощаясь вечером субботы, говорят a domenica — значит, увидятся в церкви на мессе: по воскресеньям ресторан не работает.
❤141🥰17🤩7🐳2🎉1
Выговорить себя в текстах, для публичного чтения не предназначенных: давно не читала ничего пронзительнее о любви. Письма без цели, констатация факта безудержного притяжения. Инструмент вдохновения. Как ни странно, такие личные тексты часто выражают дух времени (здесь шестидесятых) гораздо точнее официальных или популярных изданий. Какие выставки шли в Москве, на что бежали в кино, куда уезжали несносно жарким летом. Маргарита Пуришинская — муза ленинградского поэта Леонида Аронзона, которого называли поэтом-альпинистом, забрасывающим лестницу в небо, лидером неподцензурной словесности. Пара постоянно оказывалась разделена временем и расстоянием и телеграммы и открытки летели через всю страну. И уникально то, что Письма Риты — хоть и святая простота, бытование влюбленной женщины, но еще больше поэзия. Очень цельные, с высоким, не падающим градусом напряжения. Гипнотическая, магическая книга, предельно честная. Настоящий клад. Для тех, кто вдруг нечаянно влюбился — особенно.
❤102🔥31🥰16🐳2🤩1
Февраль по-белорусски ‘люты’. И эти минус двадцать восемь в Полоцке и правда не нежные. Впервые за долгое время, наконец, по-настоящему замерзла Западная Двина — ее снова можно переходить по льду, как в детстве. Тени длинные, солнце ясное, кипенно-белый Софийский собор слепит с холма. На набережной всегда остро чувствую силу места — в конце концов Софий было всего четыре: в Константинополе, Киеве, Новгороде и Полоцке. Но большая история, как ни странно, правдивее всего в бытовых мелочах. В том, что носили, что ели, куда выбирались из дому. Разбирая в крепкий мороз семейные архивы, тону в этих милых деталях, сличаю свой профиль с бабушкиным и убеждаюсь, что почтовый индекс родины будто выбит на моем сердце невидимой татуировкой — что-что, а его я повторю даже спросонья.
❤115🔥25🥰11🤩3🐳1